Безработный токарь Илья тащит ворованный металл в пункт приёма, когда его перехватывает бомж, обещающий место с ломом на десять тысяч. Доверчивый Илья идёт за проводником в лес, где находит разбитую машину, упёршуюся в дерево.
Подросток Клэр заходит в открытый дом пожилой соседки, чтобы оставить пирог, но слышит странный стон со второго этажа. Поднявшись, она находит дверь ванной, покрытую слизью, и видит сгорбленную фигуру старухи, стоящую в луже коричневой жидкости.
Дворник Митрич и его коллеги спускаются в подвал старого дома, где находят на стене странный слизкий кокон с человеческой головой внутри. По кокону снуют пауки, а из глазницы трупа выбирается огромный мохнатый паучище.
В заброшенном крыле института теоретической физики аспирант замечает, что тени на стенах ведут себя странно: они живут собственной жизнью, складываясь в фигуры, невозможные для трёхмерного источника света. Но самое страшное — одна из теней начала отвечать на его вопросы, и её ответы ломают законы мироздания.
Мужчина возвращается в заброшенный дом детства, но природа яростно сопротивляется его приходу. Внутри его встречают звуки шагов, уходящие на запертый чердак, и комнаты, полные гниющей тьмы.
Летом 2009 года в украинской деревне двое парней отправились на ночную разведку в заброшенный дом. Внутри они услышали странный шум снаружи — слишком тяжелый для обычной собаки. А когда один из них выглянул в окно, его лицо исказилось от ужаса.
Девушка застревает в лифте поздней ночью. Спасатели, пробившие стену, сообщают, что никакого лифта здесь нет, а вокруг — разрушенный город.
В заброшенной деревне, где время застыло, я навещал бабушку ради её древних историй. Но чем старше был рассказ, тем сильнее магия окутывала меня, стирая грань между реальностью и вымыслом.
В заброшенной деревне, где вечерний туман ложится на землю раньше сумерек, один мужик вышел из дома и бесследно исчез. Наутро соседи вскрыли его избу, но внутри их ждала лишь странная, гнетущая тишина и нечто, что не должно было там оказаться.
В заброшенной церкви на окраине города я наткнулся на старую, пыльную Библию. Внутри неё, на полях, были сделаны странные пометки, перечёркивающие привычные строки о спасении души.
Зимой на заброшенной стройке школьник слышит манящую трель колокольчиков, звучащую прямо в голове. Поднявшись на второй этаж, он находит источник — двухметровую фигуру в лохмотьях, которая с хрустом поднимается и начинает к нему приближаться.
Подруга зовет в гости пьяным голосом, но брат уверяет, что она с ним у бабушки. В темной квартире с открытой дверью вместо вечеринки — мертвая тишина, а на звонок отвечает рингтон изнутри. Чужой, неестественный голос шепчет «Заходи…», и дверь с грохотом распахивается сама.
Журналист Джерри Фоксман приезжает на заброшенное военное водохранилище для скучного репортажа, но встречает там ныряльщика, который выглядит как дряхлый старик, хотя ему всего 34 года. Старик бормочет о том, что видел на дне нечто невообразимое, и его панический страх заразителен. Теперь Фоксман и его напарник одержимы желанием проверить, что скрывает черная вода.
На окраине города возвышался почти достроенный особняк, о котором ходили странные слухи. Мы облазили его целиком, но так и не решились заглянуть в гараж, вход в который преграждала никогда не высыхающая лужа. В один из осенних дней, вооружившись новым фонариком, мы наконец решились спуститься в подвал.
В подгнивающем НИИ, где время течет по своим законам, сотрудник задержался в туалете на пару минут, а вышел в девятом часу вечера. Охрана у проходной в шоке, а сам герой не понимает, куда исчезли четыре часа его жизни.
Двое друзей отправились на вечернюю рыбалку к заброшенной военной части. Внезапно гладь воды взрывается от движения огромной подводной тени, а затем из глубины на них в упор смотрят два бледно-зелёных огонька.
Летнее утро, заглохшая Нива на пустынной грунтовке и двое друзей — идеальный сценарий для кошмара. Но настоящий ужас начинается, когда из пустого поля, где негде спрятаться, раздаётся отчаянный женский крик, который с каждой секундой становится всё ближе.
В пустом коридоре, где только что стих грохот, герой замечает нечто в углу — старый стул. Но когда он выключает свет и пытается уснуть, за стеной раздаётся звон, а следом — медленные шаги, которые становятся всё ближе.
В глухом доме, где некому молиться, мать винит отца, дочь вышивает крестом тельца, а сын возвращается без лица — лишь глазницы светятся отчаянным светом.
В спальном районе северного города компания мальчишек травит глухонемого ровесника, который, не понимая злобы, преданно следует за ними. Однажды трое задир и их жертва бесследно исчезают, а поисковая группа находит их на заброшенном пороховом заводе. То, что обнаружили милиционеры в цеху, заставило одного из них уволиться со службы — и до сих пор не даёт забыть ту улыбку.
Воры леди Рэй и Алхан решают ограбить старинный замок за рекой, где спрятан загадочный сундук. Рэй проникает внутрь через окно, но в темной комнате её находит огромный силуэт с булавой, который вежливо приглашает спуститься в подвал на обед.
В заброшенном пионерлагере под Рязанью я нашел старую фотографию, где моя бабушка, умершая за десять лет до моего рождения, держит на руках меня — младенца. Снимок выглядел новым, а на обороте стояла дата, выжженная лазерным принтером: прошлый вторник.
В холодных уголках Британии, среди заброшенных палат старой психбольницы, жила девочка Амелл, которая никогда не спала. Она знала: сон — это ловушка, и именно в темноте сомкнутых век нас поджидает зло. Теперь её ледяные пальцы касаются твоих век, шепча: не засыпай, иначе Они придут.
Электричка увозит в глушь, где друг травит байки про пропавшую ведьму. Тишина на пустой станции и взгляд из леса — лишь прелюдия к встрече с трёхметровым силуэтом, чьи кроваво-красные глаза запоминаются навсегда. Убежище в дачном домике оборачивается ловушкой, когда шёпот за дверью начинает звать по имени.
В Феодосии есть пустырь с черной, мертвой землей, где испокон веков пропадали люди. Каждый, кто пытался обжить это место, сходил с ума или погибал, а ночные гости до сих пор видят, как из стен тянутся корявые ветви.
В заброшенном колодце под Брянском восьмилетний мальчик жёг бумажки, пока местные не оттащили его с криком: «Жить надоело?». После этого ему начали сниться кошмары — из чёрной воды тянулись бесконечные руки, хватавшие за ноги, а наутро на мокром стекле оставались отпечатки огромных пальцев.
В пустой многоэтажке, где каждый звук разносится эхом, мальчик ждет маму у двери. Лифт останавливается на его этаже, двери открываются, но из кабины никто не выходит — только свет падает на стену пустым прямоугольником. А через мгновение за его спиной, в прихожей, раздается чужой, железный смех.
В подвале заброшенной лаборатории мужик с похмелья увидел в зеркале чужое лицо, а затем на него набросилась собственная тень. Спустя годы его внук просыпается в том же подвале и начинает замечать, что отражение в зеркале больше ему не принадлежит.
В заброшенном лесу у древнего дольмена группа уфологов ждала сигнала из космоса, но вместо огней в небе услышала хруст веток во тьме. Когда вспышка фотоаппарата вырвала из мрака чей-то силуэт у самого камня, стало ясно: маяк привлек не тех, кого они искали.
Глухая ночь, дача в забытой богом деревне, где единственный сортир — в темноте за зарослями крапивы. Стоит выйти из дома по нужде, как в кустах начинает шевелиться что-то огромное и тяжелое, а утробный рык разрывает тишину.
В заброшенной многоэтажке, где воняет гнилью, хромой смотритель ведет дела с тварью, подвешивающей трупы в лифтовой шахте. Он шантажирует монстра рапортом, но берет мзду грязными купюрами и кольцом, чтобы сохранить тихую семейную идиллию дома. Вопрос лишь в том, кто кого на самом деле держит за горло в этом гнилом симбиозе.
В заброшенной деревне, где в одиночестве умерла старуха, а её тело так и осталось в доме, юный охотник решает заночевать. Стоит ему погасить свечу, как из темноты доносится шорох и чьи-то быстрые шаги. Но когда он зажигает огонь, тишина возвращается, а наутро он находит обгоревшую табуретку.
Охотник из Брянской области решил заночевать в осеннем лесу, устроившись в заброшенном захоронении времён войны. Среди ночи его верная собака вдруг подняла яростный лай, глядя на стену могилы.
В заброшенной малосемейке, где когда-то жила слепая гадалка, студент остался один с уснувшим другом. В лунном свете он увидел, как входная дверь сама открылась, а на стене появилась лохматая тень, которая замерла, глядя прямо на него.
В заброшенном особняке дореволюционной постройки, где когда-то творил безумный художник, ночной джем-сейшн обернулся кошмаром. Свет гас в ритм музыке, из-под пола доносился скрежет, а когда один из музыкантов полез в подвал за пивом, он вылетел оттуда с перекошенным от ужаса лицом. Теперь, оставшись последним в доме, ты слышишь чужое хриплое дыхание прямо у своего уха.
В бане девяностых, где Надя работала одна по ночам, начали происходить странности: из пустого бассейна доносился всплеск, а на полу появлялись свежие мокрые следы босых ног, ведущие в никуда. Казалось, за ней кто-то неотступно следит из бесчисленных зеркал, но стоило обернуться — за спиной никого не было.
В глухой гомельской деревне, ныне заброшенной, женщина с дочерью приютила на ночь странную семью — бледную мать и двух девочек со стеклянными глазами и стиснутыми зубами. К утру гостьи бесследно исчезли, оставив лишь следы босых ног, а в округе начали твориться необъяснимые вещи: бесновалась скотина, людям снились кошмары, а местная шептуха предупредила, что в дом впустили покойника.
Автобусный парк, 1997 год. Ночью я пробрался в запертую раздевалку, чтобы переждать ссору с родителями. Среди лабиринта шкафчиков меня разбудили звуки мокрых шагов по плитке — кто-то бродил в кромешной тьме.
Романтический вечер на заброшенном контейнеровозе оборачивается кошмаром, когда из темноты доносится ритмичный стук. Влюбленные находят источник звука — маленькую девочку в рваной одежде, стоящую лицом к стене.
В пустошах Мохаве игра начала темнеть сама по себе, игнорируя настройки яркости. Телепорт по ID к убитому NPC забросил меня не в лагерь Цезаря, а в тёмное убежище с чужими текстурами на стенах, где группа фигур в комбинезонах стояла неподвижным кругом.
Станция метро «Обводный канал» в Петербурге открылась недавно, хотя пассажиров там почти нет. В один из вечеров я спустился туда, как обычно, но почему-то оказался на противоположной платформе, а часы над тоннелем показывали одно и то же время с обеих сторон.
В заброшенном храме Мельпомены маска на сцене подмигивает вам пустыми глазницами, и с каждым мгновением ржавый ливень усиливается, грозя затопить всё вокруг. Стены здесь дышат, тараканы — хозяева, а вы нравитесь этому месту настолько, что оно не хочет вас отпускать.
В коллекторе города N нашли мумифицированный труп — хотя в сырой канализации тело должно было разложиться. Рядом с погибшим лежала записная книжка, где он умолял о помощи, писал про лабиринт труб и странные шаги, преследующие его во тьме. Но главная загадка в другом: на стене рядом с телом кто-то оставил надпись «ОБМАНУЛ».
Тёплым летним вечером двое подруг решили срезать путь через заброшенные склады, и в кромешной тьме услышали, как кто-то хрустит ветками, двигаясь прямо на них. Спрятавшись в старом здании, они поняли, что за ними кто-то вошёл внутрь, и теперь крадущиеся шаги звучат всё ближе.
Строители объездной дороги под Богородицком работают в зоне радиоактивного заражения. Местные получают лишнюю неделю отпуска, а приборы зашкаливают. Среди бела дня дезориентированные майские жуки падают на асфальт, а у рабочих начинают распухать ноги и резко падать зрение.
В заброшенном здании компания натыкается на странно расставленные диван и стулья, словно в зрительном зале. Среди хлама они замечают нечто, что начинает двигаться само по себе, а воздух вокруг него искажается рябью.
Двое друзей отправились на заброшенную военную базу в сумерках, но вскоре поняли, что они там не одни. Странные мотоциклисты, курсирующие туда-сюда, сменились необъяснимыми огоньками, летающими на огромной скорости, и звуками шагов по битому стеклу из пустых зданий. Когда из темноты донесся стук молотка по бетону, а в дверном проеме колыхнулась грязно-серая тень, стало ясно: пора уносить ноги.
Балкон пустого города, квартира, где старики с хохотом вырезают фигуру из живого поролонового куба, и родители, в ступоре глядящие в разбитый телевизор. В этом сне привычный мир сошел с ума, и каждая следующая комната — новая петля кошмара.
Парк аттракционов пуст, колесо обозрения застыло на тридцатиметровой высоте в полной темноте. Одинокая кабинка, внезапная остановка, и тишина, в которой собственный голос кажется едва слышным шепотом. А затем ты понимаешь, что ты здесь не один.
В окнах заброшенного здания напротив всегда горел свет. Сначала я просто замечал это, а потом увидел в одном из них неподвижный силуэт, который, казалось, смотрел прямо на меня. Однажды ночью я коснулся стекла — и он сделал то же самое.
