Ночной дежурный в пустом ДЭЗе начала 2000-х привык к обществу странноватого слесаря Петровича, который захаживал попить чаю. Но однажды разговор со сменщицей открывает, что никакого слесаря в штате нет и никогда не было. А когда герой решает проследить за ночным гостем, он оказывается на балконе, ведущем в совершенно другую, заброшенную версию реальности.
В глухой избе, где время застыло дурным кругом, тебя ждут: моряк с мутным самогоном, баба со сковородой и медведь, что молча глядит в окно. Есть вещи, о которых лучше не думать, и колодец, в который нельзя заглядывать. Просто пей, когда нальют, и не пытайся вспомнить, кто ты на самом деле.
На даче, где плющ оплёл старую рабицу, появилась новая соседка — вертлявая девчонка с противным голосом. Она звала меня посмотреть на новые туфли, а потом сквозь листву забора просунула грязный палец, предлагая взять его за «пальсик».
В командировочном городе мужчина встречает бывшую жену, с которой не виделся 12 лет. Она ничуть не изменилась, только кожа стала слишком бледной, и просит его зайти с ней в одну контору. Он соглашается, но здание оказывается заброшенным, а женщина исчезает за дверью, бросив странную фразу на прощание.
Глухая ночь, пустынная база посреди степи. Оставшись один в роли охранника, я полез под машину чинить шланг — и вдруг услышал детский смех. Вокруг ни души на километры, а невидимый голос предлагает сыграть в прятки.
В заброшенной деревне есть просека, которую местные обходят стороной из-за странных криков. Герой решает срезать путь и замечает среди деревьев две неподвижные фигуры, которые настойчиво зовут его на помощь.
В заброшенной шахте, где шахтеры обедают прямо под землей, один из них просыпается от того, что крыса настойчиво кусает его за палец. Разозлившись, он гонится за ней по штреку — и через минуту на его место обрушивается перекрытие. С тех пор на каждой смене к нему приходит та же самая крыса, чтобы разделить обед, но никто не знает, откуда она узнает о его приходе.
Жилец девятиэтажки, привыкший к лифту, решает спуститься пешком — и бесконечно бредёт вниз, насчитав уже пятнадцать этажей. Вокруг сумрак, этажи ветшают и превращаются в руины, а знакомый подъезд исчезает, сменяясь лестницей в никуда.
Весна 1996 года, военный городок Дурнево в Курской области. Сначала находят изрезанное тело солдата из патруля, а его напарник бесследно исчезает. Летом пропадают двое подростков, ушедших в лес, а к осени — еще один военный, и гарнизон поднимают по тревоге.
Дед Шурка возил меня на своем дребезжащем «козлике» куда угодно, но в рейс до Лопатино отказался брать — сказал, что через тамошний лес ехать «страшновато». Согласился он лишь с условием, что на обратном пути я надену нательный крест, а на мои расспросы начал рассказ о старинной барыне-садистке, бесследно исчезнувшей в тех краях.
В обычном провинциальном городке дочь завуча школы №22 начинает подозревать, что её мать — не та, за кого себя выдаёт. Сайт школы молчит о многолетней работе женщины, документы исчезли, а в памяти всплывают жуткие эпизды из детства: ночные визиты незнакомки с красными жилетами, прогулки в заброшенную пятиэтажку и странный язык, на котором мать говорила с незнакомцем. Теперь, когда мать вышла на пенсию, тишина вокруг её прошлого становится оглушающей.
В заброшенной военной части среди зимней вьюги сталкер находит следы чужого присутствия: гул ветра в трубах, запах мочи и отблеск огня в дальнем коридоре. За поворотом его ждет комната с костром и силуэт, чьи размеры заставляют замереть на месте.
Снятся бескрайние древние болота, над которыми в тумане торчат ржавые зубцы гигантских шестерен. Они медленно движутся, и где-то в глубине гнилой топи угадывается ритмичный гул неведомых машин. Что скрывают эти безмолвные трясины, куда не ступала нога человека?
Двое молодых людей едут на машине из Киева в Кировоград. В придорожном селе они решают заправиться и спросить дорогу, но местные жители странно реагируют на название города, а один ребёнок заявляет, что такого города нет.
В городе, где каждый встречный плюёт ему вслед, старик с татуировкой солдата прячет лицо от чужих глаз. Но даже в заброшенном доме его настигает сон о мире, где люди не шарахались от него в ужасе.
Четверо заблудившихся путников, спасаясь от холода в заброшенной лесной сторожке, придумали бегать по углам, передавая эстафету. Всю ночь они двигались в полной темноте, чтобы не замерзнуть насмерть. Но когда один из них пересказал эту историю, слушатель вдруг заметил в ней странную математическую нестыковку.
Август 1992 года, лесные пожары под Клином. Шестнадцатилетний подросток, спасаясь от скуки в доме отдыха, целыми днями колесит на велосипеде по пустынным окрестностям. В один из дней он выезжает на шоссе, которое с обеих сторон плотно обступает большое кладбище с неестественно одинаковыми надгробиями.
Заброшенная сторожка бывшего лесника, известного своим интересом к оккультизму, манит пьяного рыбака переночевать. Проснувшись в полной темноте, он слышит топот и голоса, а невидимые силы начинают гнать его по кругу, толкая в спину с приказом «Беги!».
Зимний путник находит приют в одиноком доме посреди леса и проваливается в глубокий сон. Проснувшись среди ночи, он чувствует, что на его кровати кто-то лежит рядом, а утром замечает, что в доме нет окон, а все помещение заставлено койками с укрытыми белыми простынями фигурами.
В таежном поселке Мезьга пожилой сторож Кузьма заступает на первую ночную смену в местной школе. Перед уходом странный завхоз Семен велит ему надеть чужой вонючий свитер и не выключать приемник до полуночи, а после ухода оставляет новичка один на один с ледяной тишиной и непонятным предчувствием беды.
Жительница Калининграда просыпается посреди ночи в собственной квартире, но мир за окном неузнаваем: рыбоконсервный комбинат превратился в безоконный монолит, снег исчез, а единственный фонарь льёт мертвенный голубой свет. В довершение кошмара, она стоит босиком в чужом легком платье посреди абсолютно пустых комнат, где исчезла вся её жизнь. Утром она находит вещественное доказательство того, что это был не сон — грубое холщовое одеяло, которого в её доме никогда не было.
В глухой марийской глуши старик-портной, знавший каждую тропу, внезапно сбивается с пути. Среди ночи он видит железную дорогу там, где её быть не может, а остывшие рельсы бесследно исчезают в траве. Спасительная телега с людьми проносится мимо, и лишь вывернутая наизнанку одежда открывает страшную правду: он стоит на краю бездны.
Застряв на пять часов на пустом вокзале, Михал Михалыч коротает время за картами с приветливым старичком. Новый знакомый представляется домовым, потерявшим своих хозяев, и предлагает скоротать ночь за чаем и экскурсией. Но когда поезд уже подают, Михмих решает забрать странного попутчика с собой — и тот исчезает в здании вокзала, чтобы вернуться с неожиданным трофеем.
В тихой деревне пропал без вести сторож, живший в одиноком домике у дороги. Никто не придал этому значения, пока одна за другой не начали исчезать местные девочки.
Раннее утро. Подросток один в квартире. В дверь ломится жизнерадостная троюродная тетя с огромными баулами, бледной дочерью и чумазым молчаливым мужичком, который жмется у порога. А в подъезде до сих пор пахнет гарью после недавнего пожара, и соседка с помутившимся рассудком ищет таинственного Степку.
В поселке Сосново, где когда-то жили финны, стоит дом с огромным кустом сирени. Прежние хозяева умоляли не трогать его, но новая хозяйка решила спилить ветви.
В заброшенном поселке семья продает хряка за сто рублей — и умоляет забрать его бесплатно. Андрей с друзьями приезжают за дешевым мясом, но в сарае, обитом металлом, их встречает нечто размером с диван, с диким ревом таранящее дверь. Хозяева шепчут про старуху-соседку и странное существо, которое по ночам скакало на спине поросенка.
В послевоенном санатории маленькую девочку с туберкулезом привязывают к кровати. По ночам она слышит, как в темном коридоре бегают и играют другие дети, но днем выясняется, что палата пуста. Однажды она решает позвать на помощь высокую тень, которая бродит по коридору.
В березовой роще возле университета собака принесла хозяину отрезанный палец. В полиэтиленовом тюке оказались десятки свежих человеческих пальцев. Но наутро дело бесследно исчезло — его забрали сотрудники «родственной организации».
Каждое лето бородатые барды выходят из леса и исчезают у соседской калитки, а старый дуб за сараем загорается огромными светляками. Восемь лет назад мой сосед сбил машину с туристами и скрылся, а теперь его тонкие стены пропускают лишь скулеж и грохот походных рюкзаков.
В съёмной однушке под ванной обнаружилась странная кирпичная кладка, которую хозяйка просто прикрыла экраном. Однажды нетрезвая гостья решила проверить, что скрывается за кирпичами — и нащупала там нечто, от чего вся компания в панике вызвала полицию.
В степи под Березанью одиноко стоял дом царской постройки. В комнате девочки массивная железная кровать начала ходить ходуном, а хриплый голос настойчиво звал её на чердак. Никто не мог найти незваного гостя, но он возвращался снова и снова.
В старинном особняке, где располагался магазин дешёвой одежды, одна из примерочных кабинок пользовалась дурной славой: свет в ней моргал, а посетители, заходившие туда, бесследно исчезали. Продавщица, заметившая странную закономерность, попыталась помешать очередному исчезновению — и той же ночью увидела в кошмаре, что зеркало в кабинке стало чёрной бездной, полной утонувших лиц.
Каждое утро я ездил в школу на трамвае, который соединял два крошечных городка через лес и луг. Однажды я заметил в трещине на стекле странное отверстие, а за ним — мир, который выглядел совсем не так, как осенний пейзаж снаружи.
Взрослый мужчина возвращается на заброшенную дачу детства, чтобы превратить её в склад. Из подвала тянет тухлятиной, а в руке он привычно сжимает нож — память о страхах, которые когда-то населяли этот дом. Стоит ли открывать дверь, за которой двадцать лет назад жил его самый жуткий кошмар?
В заброшенном особняке начала XX века, где отродясь не было дверей, пара прячется от внезапного ливня. Но снаружи раздаётся вежливая просьба впустить хозяина — и голос настойчиво требует отворить несуществующую дверь.
Осенью мама решила срезать путь до почты через знакомый двор, но вместо здания оказалась на проселочной дороге у кладбища, которого здесь быть не могло. Трое мужчин у старого сарая молча отвернулись от нее, а странный провожатый в фуфайке велел больше не приходить в это место. Наутро грязь на сапогах была настоящей, но на привычном маршруте воздух странно колыхался.
В деревне у стариков есть место, которое местные обходят стороной — старое пепелище, где полвека назад сгорело целое село. Говорят, та беда началась с того, что у сельского главы пропала дочь, а после его самоубийства по ночам над домами стали раздаваться шаги и замогильные вопли.
В гипермаркете, среди бакалеи и автопокрышек, Сергей Петрович случайно находит незнакомый отдел с товарами, названия которых не поддаются логике: «здычи», «букульцы» и «сома». Но настоящая странность начинается, когда он замечает, что проход, через который он пришёл, исчез, превратившись в глухую стену.
Костя возвращается в заброшенную сибирскую деревню, где прошло его детство, чтобы продать старый дом. Но местные жители, которых он помнит с юности, совсем не изменились за двадцать лет, а их странные слова и взгляды полны невысказанной тревоги.
Участковый заходит в «неспокойную» квартиру, где пьющая мать запирает дочь в ванной. Внутри — странный сладковатый запах, хозяйка бормочет что-то невнятное и пытается не пустить его к запертой двери, крича о чудовище и крови.
В сталинской пятиэтажке — трупный запах, висящий на запертом изнутри засове. Внутри — висельник, но под ним нет опрокинутого табурета, а на потолке — чьи-то отчетливые следы.
Двое путников, застигнутых декабрьской ночью в глуши, находят приют в безлюдной деревне Кленовое. Внутри чистого, словно ждущего их дома, за запертыми дверями и занавешенными зеркалами, начинают раздаваться тяжелые шаги.
В заброшенной деревне Пегасово под Тулой местные жители не на шутку встревожены: все дома испещрены глубокими царапинами, а дверные замки будто разорваны чудовищной силой. Местный мужик советует держаться подальше, ссылаясь на волков, но эти следы оставлены явно не лесным зверем.
Возвращаясь в родную деревню, Алексей застаёт её вымершей: дома заколочены, а в воздухе стоит сладковатый запах тлена. В доме деда его встречает странный, злобный старик, который сначала не узнаёт внука, а затем начинает вести себя пугающе. За ужином дед загадочно улыбается, намекая, что знает, куда исчезли все соседи.
Брошенный заводской цех, пыльные коридоры и гнилые полы — идеальное место для прогулки под индастриал-эмбиент. Но однажды в заброшенном кабинете тишину разрывает чужое тяжёлое дыхание и грубый голос, спрашивающий о человеке, которого здесь не было двадцать лет.
В тайге на границе Иркутской области и Якутии бригада лесозаготовителей в 1997 году нашла нечто, скрытое в земле. Местный участковый отнесся к находке на удивление спокойно, словно знал о ней заранее. Но рабочих до сих пор преследует ужас от увиденного.
В 1950-х в секретном городе Советская Гавань строили тоннель сквозь Сихотэ-Алинь. После обвала семеро рабочих оказались заживо погребены в горе, и когда спасатели через три недели пробились к ним, живым нашли лишь одного — всего в крови, с безумными глазами и с одним ответом на все вопросы: «Их забрал дух горы».
Старый завод, построенный пленными немцами, хранит мрачные секреты. В пропарочной камере, где температура превышает сто градусов, однажды утром находят нечто ужасное. А в бетоносмесительном цехе у транспортерщиков своя страшная статистика, связанная с железным кожухом.
На пустынной дороге у заброшенного городка Эмбой, между лавой и солью, я наткнулся на перегородивший трассу красный Понтиак. Рядом с разбросанным чемоданом неподвижно лежали два тела — без единой царапины и капли крови. Что-то было очень не так, и я поспешил уехать, но зеркало заднего вида показало, что я ошибался.
