Зимой якутский шаман, привыкший к почестям, забрёл в ветхий балаган к бедным старику и старухе. Он потребовал угощения, а наутро уехал, даже не поблагодарив. Но дорога снова и снова приводила его к тому же дому, и с каждым кругом становилось ясно: отсюда нет выхода.
В таёжном поселке 90-х дед с местным охотником ведут внука к заброшенному капищу древнего шамана. Среди гнилых жертвоприношений в землянке они находят сотни странных костяных палочек — и внезапно бледнеют, пятятся к лодке и гребут прочь, не отвечая на вопросы. Что заставило двух бывалых таёжников, не боявшихся раненого медведя, молча молиться и бежать?
В глухом лесу Вилюйского улуса живет старый шаман, добровольно ушедший в изгнание после коллективизации. Однажды его родственник, нарушив строгий запрет, приходит к хижине после заката и слышит из чащи чей-то многоголосый разговор.
