В подземном лабиринте, где среди факелов мелькают тени и бесшумно парят белые женщины-птицы, мальчик Эван находит прикованного цепями пленника. Тот умоляет ребенка об освобождении, обещая воссоединение с семьей, но в пещере уже чувствуется незримая опасность.
В подземелье без окон и календарей остались только двое: рассказчик и Хирш с пустыми глазами безумца. Остальных давно забрали, стены сотрясает чужой стук, а еду спускают сверху — но Хирш смотрит так, будто видит во мне не товарища, а причину своего помешательства.
В московском метро 1975 года бесследно исчезает целый поезд с пассажирами. Ночная бригада обходчиков отправляется на поиски в тупик, где, по расчетам, состав просто не мог поместиться.
В заброшенном бомбоубежище времен Холодной войны двое друзей-энтузиастов находят старый противогаз — и внезапно слышат чужое дыхание. Из темноты на них смотрит существо, лишь отдаленно напоминающее человека.
Техник спускается в старинный коллектор, где под мигающими лампами легко заблудиться среди бесчисленных ответвлений. Во время обхода она натыкается на бригаду рабочих, которые ведут себя странно и не замечают её, даже когда она подходит вплотную.
В 1949 году военные отправили двух солдат обследовать подземные пещеры Кобяковского городища, пользовавшиеся у местных дурной славой. Связь с бойцами оборвалась, а вытащенный на поверхность телефонный кабель оказался размочален и залит кровью.
В заброшенном подземном комплексе, где ядовитый воздух и ржавчина стали единственными хозяевами, пульсирует нечто, оплетающее стены сетью живых нитей. Оно питается любой плотью, что осмелится нарушить его покой, и терпеливо ждет, впитывая ржавчину в свой панцирь. Но однажды в его владения проникает человек, и тишина сменяется хлюпаньем охотничьих щупалец.
Серена задерживается на работе до полуночи и возвращается домой через пустынный подземный переход. Внезапно она становится свидетельницей жестокого избиения женщины мужчиной в синем пиджаке. Когда она пытается убежать, лестница выводит её в точно такой же переход — с той же сценой насилия.
В заброшенных шахтах под ДС-2 стены оказались подозрительно гладкими, а телефон сел за минуты. Из темноты донесся ритмичный стук, а впереди замаячил силуэт человека, ковыляющего странной походкой и волочащего за собой что-то тяжелое.
В заброшенной станции метро Минска герой находит труп собственного двойника, а затем встречает мальчика из объявления о пропаже, который тоже путешествует на таинственном вагоне. Мальчик предлагает странную сделку, связанную с телами их двойников.
В 1997 году, разбирая архив с грифом «Секретно», я наткнулся на папку, от которой до сих пор холодеет кровь. Её должны были уничтожить, но я вынес её, чтобы мир узнал, на какой грани он балансировал. Внутри — документы, объясняющие, почему в СССР внезапно закрывали кварталы и копали метро так глубоко.
Геолог Сергей Воронцов слышит странные звуки из недр Кольской скважины, но не придает им значения. Поздним вечером, во время привычного ритуала, телевизор начинает транслировать нечто, от чего у него холодеет кровь.
Ночная смена электромонтера в техническом туннеле Петербургского метро — рутина, пока за стаей крыс не прихрамывая не пробегает человек. Утром на шпалах находят три обезглавленных тушки, из которых исчезли головы, внутренности и вся кровь. Кто этот хромой охотник, и почему никто из коллег не хромает?
В заброшенном караульном помещении военной части, куда ведёт стальной подземный коридор с бронированной дверью, по ночам начали происходить странности. Солдаты слышат шаги и скрежет по металлу из пустого тоннеля, а пульт сигнализации сходит с ума, фиксируя движение там, где всё должно быть мертво.
Серый офисный день обернулся запертой станцией метро, где техника отказывается подчиняться, а пассажиры начинают замечать странности в поведении друг друга.
Группа исследователей спускается в заброшенное подземелье, где их встречают не только звуки чьих-то быстрых шагов и смех, но и таинственный силуэт, который, кажется, следит именно за ними. Когда выход на поверхность оказывается наглухо заварен, а один из товарищей бесследно исчезает за секунду, становится ясно: они здесь не одни, и эти существа не желают их отпускать.
