Брошенный заводской цех, пыльные коридоры и гнилые полы — идеальное место для прогулки под индастриал-эмбиент. Но однажды в заброшенном кабинете тишину разрывает чужое тяжёлое дыхание и грубый голос, спрашивающий о человеке, которого здесь не было двадцать лет.
Недостроенный линкор «Шарнхорст» переворачивается в сухом доке, калеча сотни рабочих. Верфь превращается в ловушку: цепи рвутся, балки гнутся, а тех, кто отказывается работать, заставляют силой. В день спуска на воду в присутствии Гитлера трос лопается, и корабль рушится на баржи с людьми.
В первой штольне, во время демонтажа вентиляции, я полезла в каналы с инженерами. Всё было штатно, пока мы не добрались до выгородки фильтров — и один из техников, заглянув внутрь, с воплем вылетел обратно. Там, среди фильтров, висит нечто огромное, похожее на мумию в коконе, и оно дышит.
В промёрзшем до нуля ангаре, где гаснет свет и воет тишина, измотанный работник видит в стекле будки живую свиную голову с шевелящимися ушами. А в следующий раз, когда он остаётся один в темноте, из угла доносится чёткое: «Э, мужик!» — и тень начинает двигаться быстрее, чем это возможно.
Ночная смена на кирпичном заводе прервалась настойчивым стуком в дверь, хотя звонок исправен, а ждать гостей неоткуда. Сквозь музыку в наушниках пробиваются крики, а металлическую дверь начинает раздирать скрежет нечеловеческих когтей.
Старый завод, где трансформаторы под напряжением в шесть киловольт уже убили не одного рабочего. Герой замечает странную фигуру в каске, стоящую в темном коридоре перед одним из агрегатов, но, обернувшись, видит лишь пустоту и ржавое пятно на полу.
Ночная смена на заводе. Уставший работник, спасаясь от лишней встречи с начальством, решает справить нужду в тёмный промышленный водосток. В полумраке под ногой что-то шевелится, и сонный взгляд встречается с парой широко распахнутых, моргающих глаз.
