В художественном салоне Винницы висит картина «Женщина дождя» — её трижды покупали, но каждый раз возвращали. Новые владельцы жалуются, что дама с белыми глазами преследует их во снах, а в доме появляется необъяснимое присутствие. Художница уверена: полотно ищет своего единственного зрителя, но пока оно находит лишь тех, кто начинает сходить с ума.
В тихом пригороде люди умирают от истощения, хотя никто не видел нападающего. Выжившие бормочут о невидимом холоде и навязчивом чувстве, что за ними следят, но главное — они больше никогда не смогут уснуть.
Каждую ночь в детстве я просыпался от шаркающих шагов в коридоре. Обездвиженный сонным параличом, я слышал дыхание за спиной и чувствовал прикосновение холодного сухого пальца. В 13 лет я решил подшутить над гостем и впервые встал с кровати — прямо навстречу тому, кто все эти годы приходил ко мне.
Раннее утро, пустой вагон метро и спящий мужчина напротив. Сначала он просто дергается во сне, но вскоре его тело начинает выгибаться в неестественных конвульсиях. Когда поезд останавливается, происходит то, что заставляет остальных пассажиров в панике покинуть вагон.
Проснуться и не смочь пошевелиться — лишь начало. Гораздо хуже, когда в неподвижном теле ты начинаешь замечать, что в комнате ты не один. Кто-то стоит в изножье кровати, дышит в тишине или бесшумно скользит по стенам, пока ты беспомощно наблюдаешь за этим.
Однажды ночью она проснулась от того, что обнимает кого-то в своей пустой постели — но мужа у неё никогда не было. Незнакомец дышит рядом, а когда Оля включает свет, его лицо на секунду расплывается, превращаясь в лицо того, кого не может существовать.
В мансардной спальне, где гардероб заменяют колышущиеся занавески, мужчина просыпается от чужого присутствия. Под ветром вентилятора он видит силуэт с огненно-рыжими волосами, которые светятся неестественно ярко. Фигура молча движется к нему, и время словно застывает в ледяном оцепенении.
В собственной квартире герою снится собственные похороны, на которые съехались вампиры. Пока упыри обсуждают долголетие и готовятся пить его кровь, он чувствует всё происходящее, но не может пошевелиться. Самое страшное — не вурдалаки, а мысль, что случится, когда он проснётся.
Мужчина годами видит один и тот же сон: он лежит в чужой постели, не в силах открыть глаза, но слышит каждый звук и чувствует смену времён года. Недавно кто-то вошёл в комнату, снял с него одеяло и укрыл новым — но спящий так и не проснулся.
Студент привык к сонному параличу: дрожь, невесомость, галлюцинации. Но в эту ночь, едва вырвавшись из ступора, он вышел на балкон — и увидел, как неуправляемая «восьмерка» летит прямо на него, пробивает стекло и расплющивает его о стену. Водитель извиняется глазами, но самое страшное — это всё ещё не явь.
После изнурительной смены Ник проваливается в сон, но его отдых превращается в череду жутких кошмаров. Планета под ним оживает, извергая гейзеры и обрушивая лавины, а в следующем сне его затягивает в чью-то зубастую пасть. Просыпаясь в холодном поту, он понимает, что эти сны становятся всё реальнее и опаснее.
В гостях у молодой семьи рассказчик остался ночевать на полу, наспех постелив маленький матрасик. Среди ночи он внезапно почувствовал удушающую тяжесть на груди, а чьи-то крошечные ручонки с недетской силой начали бить его по лицу, требуя: «Отдай! Это моё!».
В деревне у дальних родственников меня поселили в комнате недавно умершей прабабки. Над кроватью висела старая икона, якобы защищающая от любой нечисти, но что-то в ней было неуловимо не так. Среди ночи я проснулся от чужого дыхания над головой и почувствовал прикосновение к волосам со стороны образа.
В пионерском лагере «Геолог» под Чимганом двое подростков нарушают тихий час и уходят в горы к истоку ручья. Там они встречают странного старика, который предупреждает их о «нехорошем месте», но мальчишки не слушаются. Ночью один из них просыпается от паралича и чувства, что на него в упор кто-то смотрит.
Проснувшись среди ночи в своей комнате, ты чувствуешь, как чьи-то невидимые пальцы касаются твоих подушечек. Стоит тебе расслабиться, как нечто начинает тянуть тебя прочь — не за тело, а за саму суть, в то время как ты остаёшься парализованным и слышишь родных за стеной.
Ночью в пустой квартире ты просыпаешься в приступе сонного паралича, но голова остаётся подвижной. С трудом перевернувшись, ты видишь в темноте высокий силуэт с запахом сырой земли и пота, который молча движется к твоему дивану.
Ночью в детской спальне мальчик просыпается от холода и видит двух полупрозрачных цапель ростом с человека. Птицы молча смотрят на него, а затем синхронно уходят сквозь стену.
В старой двухэтажке с газовыми печами, в доме, где живут только мужики-спортсмены, парень просыпается среди ночи от того, что чья-то рука лежит у него на голове. Он вспоминает, что брат, с которым они обычно менялись спальными местами, сегодня уехал служить, и поднимает голову — рядом сидит полупрозрачная старуха с длинными белыми волосами. Она прижимает его голову к своему дряблому животу, а затем начинает судорожно вибрировать, и парень не может пошевелиться.
В 1997 году я переехала к тете в город, но в её квартире меня преследовало чувство страха, и я боялась оставаться одна. Однажды днём, задремав на её тахте, я вдруг почувствовала, как меня кто-то сильно трясёт, а тело перестало слушаться. Когда я наконец открыла глаза, то увидела в кресле тётин халат, который сидел там сам по себе.
Поздней осенней ночью вы просыпаетесь от того, что в вашей спальне кто-то стоит. Тело отказывается подчиняться, а на грудь вскакивает мохнатое нечто и начинает дикую пляску под невыносимый грохот. Скованный ужасом, вы не можете даже пошевелиться — пока не находите единственное спасение в беззвучной молитве.
Проснувшись от сонного паралича, ты слышишь за спиной карликовые шажки и хихиканье, а на подушку запрыгивает нечто, вцепляясь тебе в затылок. Наутро ты встречаешь на улице хмурого карлика со странным клочком волос на щеке, а следующей ночью в тёмной квартире вновь раздаются те же звуки.
Проснувшись на даче в полной неподвижности, я почувствовал, как по одеялу кто-то идет. В доме нет кошек, а я не могу даже пошевелить пальцем.
Красное, вязкое нечто приходит из-под земли и смотрит на меня, пока я сплю. Третий лишний ложится между мной и девушкой в постели, а в зеркале ванной он не отражается. Я боюсь заснуть, чтобы моя тень не отделилась и не вытеснила мои мысли.
Ночной крик дочери заставил мать вбежать в детскую. Девочка дрожала под одеялом и шептала о таинственном «Нём», явившемся к ней во сне. Убаюкав малышку, женщина сама уснула рядом, но проснулась от жуткого скрежета и увидела над кроватью дочери склонённый силуэт.
В старом бабушкином доме, где скрипят половицы, сонный паралич — не просто болезненное оцепенение. Ты чувствуешь, как чья-то рука хватает тебя за ногу и тащит в темноту, а открыв глаза на секунду, видишь лишь черный силуэт, который уже исчез. Но половина твоего тела уже лежит на полу.
