В детстве меня до ужаса пугало одно дерево перед домом — с раскидистыми ветвями и ярко-красными листьями, которые, казалось, следили за мной. Оно никогда не осыпалось, даже зимой, и я почти физически ощущал чужое присутствие, стоило повернуться к нему спиной. Спустя годы я вернулся в родные края, но дерева на месте не оказалось.
В раскалённых недрах Джаханнама растёт дерево, чьи плоды — единственная пища для проклятых. Но стоит сорвать их, как адская мякоть закипает в желудке, выжигая внутренности заживо.
В бесконечных уровнях Джаханнама, где сама архитектура дышит голодом, заблудший путник слышит не только рев пламени, но и тихий, скребущийся звук из-под раскаленных плит. Там, внизу, корни единственного проклятого древа тянутся к нему, обещая пищу, которой нельзя насытиться.
