В детстве мы с братом играли у странной щели в гранитном валуне: она возвращала всё, что в неё кинешь, но вещи возвращались испорченными, а звуки — искажёнными до стона. Двадцать лет спустя я приехала в ту же деревню с дочерью — и щель стала в пять раз шире.
Девочка умоляет родителей купить ей на праздник человека, ведь у всех друзей он уже есть. На рынке, где воздух пропитан сладковатыми запахами, продавцы расхваливают живой товар. Семья выбирает самого красивого и везет его домой, предвкушая радостный миг установки.
Зимним вечером 2005 года студенты Аня и её троюродный брат решили вдвоём покатать блюдце в её квартире. После неудачных попыток вызвать классиков, они призвали духа умершего отца девушки — и ритуал неожиданно сработал. Вот только вызванная сущность вместо ответов на вопросы начала осыпать сестру непристойностями.
Мать строго-настрого запретила девочке покупать черные колготки. В магазине был выбор только из двух цветов, и девочка сделала свой выбор.
В новую квартиру въехала семья, и их сын Игорь наконец-то получил собственную комнату. Но в первую же ночь он заметил, как странно мерцает огонек новенького телевизора, даже когда шнур выдернут из розетки. А наутро родители уставились в экран пустыми глазами, беззвучно шевеля губами, словно не замечая сына.
Шестилетний Артем пытается объяснить отцу, что его воображаемый друг существует, но папа настаивает на обратном. В разговоре мальчик упоминает, что друг задает вопросы, на которые у взрослого нет ответов.
В восемь лет мальчик впервые видит, как его руки покрываются шерстью. С тех пор реальность начинает трещать по швам: из ран течет вода, в шкафу заводится невидимое существо, а у родителей вместо ног — копыта.
Каждую пятницу я навещаю своего дяди Мартина, опасаясь, что наследственное безумие, погубившее всех мужчин в нашей семье, вот-вот проявит себя. Сегодня я нашла в мусорном ведре фамильную серебряную ложку, а в семейном альбоме — выколотые глаза на всех фотографиях предков.
Взрослая женщина, с детства запертая братьями в темном туалете, наконец перестала бояться темноты. Но однажды, оставшись с маленьким племянником, она слышит от него тот же леденящий душу звук, которым её пугали в детстве.
В Мариуполе, в частном секторе, умирала столетняя прабабушка. Перед самой смертью она вдруг потребовала у внучки: «Навари борща!» — и, не получив желаемого, отошла с сердитым лицом и поднятым вверх пальцем. А вскоре после похорон в окно раздался настойчивый стук.
В тихом японском доме пожилая пара годами скрывает от соседей своего взрослого сына-хикикомори. Однажды психиатра-соседа просят зайти в семью, где мать в ярости набрасывается на спящего под одеялом сына с клюшкой для гольфа. Но когда врач оттаскивает женщину и проверяет пострадавшего, он замирает, не в силах поверить своим глазам.
В тесной квартире с грудным ребенком мать замечает, что ночью кто-то надкусывает оставленную еду и оставляет следы в стакане с молоком. На новоселье она в шутку предлагает невидимому «барабашке» переехать с ними в старой шапке — и вскоре в новой квартире на нее в упор смотрят два блестящих глаза из темноты антресолей.
Моя дочь плачет и кричит по ночам. Каждый раз, когда я прихожу к ней, я прошу её остановиться, но она не слушает меня.
Вероника — серая мышка из бедной семьи, мечтающая о богатстве. Однажды она находит способ изменить свою жизнь, но для этого ей срочно нужен интернет. Девушка готова на всё, даже терпеть общество нелюбимой тёти, чтобы заполучить заветный компьютер.
