Женщина, никогда не помнившая своих снов, вдруг оказывается в бесформенном мире, где можно летать. Под ней простирается бесконечный город без окон и дверей, который вибрирует, как единый механизм, и наполняет воздух едким дымом.
Во сне, на факультете философии, умерший поэт Педро Энрикес Уренья вдруг заговорил со мной. Гул толпы возвестил возвращение древних богов из векового изгнания, и они взошли на сцену, принимая наше поклонение. Но в их победном клекоте послышалось нечто, от чего всё переменилось.
На идеально подстриженном газоне гигантский ящер вцепился мне в ногу — я не могла ни закричать, ни открыть глаза. Но когда я бросилась ему навстречу, в его взгляде узнала что-то давно знакомое и родное. Проснувшись, я поняла: это была не просто встреча, а мучительная потеря того, кого я уже не помню.
В Уруке, где даже двери помнят голоса богов, могучий Эабани видит сон, от которого стынет кровь. Он обращается к деревянной створке, как к живому врагу, подозревая, что её красота — лишь украшение для его грядущей темницы. Но что за тень уже легла на его постель, заставляя героя бояться выйти в поле?
В Уруке, где стены помнят победы над небесным быком и хранителем кедров, могучий царь Гильгамеш застыл над телом друга, чьё сердце вдруг перестало биться. Шёпот умирающего о неизбежной судьбе и странный сон, что сомкнул веки верного спутника, заставляют героя впервые ощутить ледяное дыхание неведомой угрозы.
В поисках маиса молодой гуичол последовал за муравьями, но проснулся раздетым и голодным. Птица, назвавшаяся Матерью маиса, заманила его в свой дом, где его ждали пять прекрасных дочерей.
