Психиатрическая лечебница скрывает не просто палату, а готическую лестницу, ведущую к черной двери. Крики боли зовут тебя по имени, но настоящий ужас ждет не внизу, а за порогом, где Хранитель Действительности впишет свое знание прямо в твой череп.
В Кёльне и Ахене шепчутся, что планы величайших соборов начертаны не человеком. А кузнец, ковавший ворота Нотр-Дама, в отчаянии призвал того, чьё имя не произносят вслух.
В склепе, среди тлеющих свечей и черного гроба, девица шепчет молитвы своему мертвому жениху. Она клянется в вечной любви, но из темноты доносятся скрипы, шорохи и чей-то тяжелый взгляд, прожигающий спину.
В мадьярских хрониках XIII века проклято имя графа Варгоши — садиста, чей труп после самоубийства заковали в серебро и бронзу, залили смолой и оловом и бросили в сорокаметровый колодец, утыкав землю вокруг осиновыми кольями. Но на сороковой день после погребения у церковной ограды находят семь изуродованных девичьих тел с прокушенными шеями, а земля вокруг колодца оказывается вспорота, словно изнутри рвался наружу исполинский зверь.
Скульптор, потерявший возлюбленную, находит способ вернуть её — собрав из воска и костей, добытых из могилы. Его творение выходит идеальным, но мастер не может остановиться, пока не добьётся полного совершенства. Однажды ночью он понимает, что его работа зашла слишком далеко.
