После месяца запоя я решил выходить на сухую. На третьи сутки бессонницы из душа заиграло радио, а к ночи появились голоса.
В стенах моей палаты открываются двери, которых там нет. Из них тянутся руки, слышны голоса, зовущие меня в миры за гранью реальности. Я пытаюсь убедить всех, что это не галлюцинации, но теперь появился ОН — тот, чей запах смерти и многоголосый стон не оставляют сомнений: скоро я сделаю шаг, который изменит всё.
Студент решает провести жестокий эксперимент над собой — не спать несколько суток, занимаясь домашней рутиной. На третий день начинаются галлюцинации: тени в дверях, телефонные звонки с пустой трубки и стальной скрежет ножниц из темноты за закрытой дверью.
Прошло 315 дней со вспышки эпидемии, 187 дней с тех пор, как я понял, что единственный выживший, и 3 дня с тех пор, как мы нашли друг друга. Я так долго был один, что забыл: галлюцинации — это первый признак заражения.
Одиночество в четырёх стенах превращает мысли в хищников. Героиня замечает, что её воображение населяют незнакомые лица — и каждое из них она когда-то видела в реальности. Но почему эти силуэты теперь диктуют ей сцены убийств?
Прогуливаясь по парку, Сергей внезапно слышит оглушительный хор голосов, кричащих, визжащих и шепчущих. Приступы возвращаются снова и снова, заставляя его терять сознание, а однажды в голове раздается звонкий детский вопрос: «Ну что, покончим с этим?».
