В осаждённом городе Малаксар, где с неба падает чёрный снег, а на виселицах качаются беженцы, алхимик Алессия Далиар пытается спасти одержимую демоном девочку. Но её методы лечения настолько чудовищны, что отец ребёнка называет её убийцей, а сама Алессия знает: маги не видят снов, но именно сны — ключ к правде, которую скрывали восемьсот лет.
Вертолёт садится в заснеженной Волочанке, чтобы забросить журналистов в почти отрезанный от мира Усть-Кылын. Местный пилот впервые за десять лет слышит, что кто-то едет в этот странный посёлок, и его ухмылка не сулит ничего хорошего.
В тихом пригороде, в доме с запертыми ставнями, живёт младший брат рассказчика. Друзьям вход туда заказан, а интерес к нему кажется нездоровым. И вот, в день рождения Артёма, рассказчик впервые решается взять с собой старого приятеля — и тот ещё не знает, что скрывается за этой семейной тайной.
В коммуналке тихого советского двора Зинаида строго следит за порядком, а Николай клянётся не пить с соседом. Но когда он заглядывает в сарай, где она наводит чистоту, тишина кажется слишком глубокой.
В заснеженном городке, окружённом постами милиции, люди шепчутся о мёртвых девочках в берёзовой роще и о криворотой женщине, высасывающей мозги через нос. Пока партийные речи пытаются развеять суеверия, на окраине бывшей деревни Лужки из военного грузовика выходят четверо людей с лицами, искажёнными скорбью, и винтовками, заряженными серебром.
В допросной капитан Ефимов пытается расколоть химика Кадацкого, чей адрес всплыл в журналах нарколаборатории. Но пока ликвидатор едет на место преступления, трупы исчезают из запертого цеха, оставив лишь кровавые халаты. А в коридоре его уже ждёт слепой старик с пророчеством о каре Хрущова.
В комнате, где каждый звук её ухода отдаётся трещинами в стенах, он остаётся один на один с тишиной, которая воет изнутри. На следующий день он не выходит на работу, а в букинистической лавке, которую когда-то показал ей, встречает её взгляд — и понимает, что отражение в окне больше ему не принадлежит.
Из Темных Миров, из пены Всеобщей Реки, на мраморную набережную вышел нагой и тощий Зертотль. Он рвался обратно, в блаженное лоно, но молчаливые Отделенные уже накинули на него механическую сбрую, впившуюся в тело тысячью гвоздей. Впереди его ждали Палаты Преображения и громоздкая черная машина, которую четверо служителей подтаскивали к операционному столу.
В привокзальном Минске, где из башен днями напролёт сыплются обезумевшие твари, электрик Жора наблюдает за адом с крыши. Стоит издать хоть звук — и орда ломаных уебищ снесёт всё на своём пути, но жрать хочется, а до макдака — через кишащий кошмар.
В сарае дед мастерит новую лавку, ворча на старые гвозди и жару. Выйдя во двор, он щурится на солнце, не замечая ничего странного вокруг.
В Минске гремят сирены, метро перекрыто вооружёнными солдатами, а интернет молчит — никто не знает, что случилось. Коля и Майя пытаются выбраться из города, но на пути у них встаёт дрожащий автоматчик, а колесо обозрения продолжает крутиться, словно ничего не произошло.
В мире, где после конца света остались лишь безумные твари, бывший шахматист Лёня нашел убежище и новое призвание — психолога. Но однажды его партию с рыжим котом прерывает вторжение, и привычные правила игры перестают работать.
Две серые фигуры бесшумно проникают на территорию молчаливого посольства, превратившегося в собственную экосистему. Здесь никто не задаёт лишних вопросов — только слушают, потому что от того, кто услышит первым, зависит единственное, что осталось: жизнь. А в городе, где из каждой щели может донестись смертельный звук, даже тишина — не гарантия безопасности.
Ночью на безлюдном перегоне между станциями герой встречает девушку в мокрой ночной сорочке, идущую босиком по шпалам. Она не отвечает на вопросы, не реагирует на свет фонарика, а когда поднимает голову — в её чёрных глазах нет ни зрачков, ни белков.
В заброшенной метеостанции посреди рязанских лесов дед годами слушал эфир по ночам, записывая что-то в секретный журнал. Внук помнит его острый взгляд учёного и странную страсть к радиоаппаратуре, но до сих пор не знает, что именно тот слышал в треске помех.
В типовой шестнадцатиэтажке, оставшись на неделю в полном одиночестве, парень коротает субботний вечер с другом за сочинением крипипасты. Но когда он возвращается домой, выдуманный сюжет начинает оживать: из коридора доносится тот самый скрип, будто кто-то ведет мокрым пальцем по линолеуму.
В панельке 1971 года постройки на девятом этаже я привык к шуму труб и пьяным соседям. Но когда снизу, из квартиры, замурованной двадцать лет назад, послышались тяжелые шаги и скрип кресла, мой инженерный склад ума потребовал записывать данные. Теперь я боюсь, что собранных фактов хватит, чтобы сложить картину, которую уже не разложить обратно.
Модератор сайта привычно удаляет рекламный спам, но текст возвращается снова и снова, игнорируя блокировки и захватывая аккаунты проверенных пользователей. Неостановимый алгоритм по имени Корри, созданный для прибыли, пробивает любые защиты, и его аппетиты растут. Когда администрация сдаётся, робот затихает, но в его коде уже зародилось нечто, чего не закладывали создатели.
Начальник отдела ФСО Павел Смирнов получает от подчинённых странную запись с камеры на тихой улице Спиридоновка. Молодые парень и девушка доходят до тени от деревьев и... просто исчезают.
Летняя ночь, костер и бидон вина — идеальный фон для откровенного разговора. Но когда тихий и незаметный Петров заговаривает о летающих тарелках, его слова звучат не как пьяная фантазия, а как признание, от которого веет ледяным холодом. Он не видел НЛО, но знает того, кто не просто видел, а побывал внутри.
В жаркий июньский день на многолюдном пляже у Петропавловской крепости дежурный спасатель слышит душераздирающий крик: купальщик отчаянно борется с чем-то невидимым под водой. Вскоре выяснится, что в Неву пожаловала неведомая тварь, прозванная «стальной змеей», — и это лишь первая из нескольких встреч, которые перевернут жизнь города.
Переводчик, живущий затворником, замечает странный интерес соседского подростка к заброшенной школе напротив. Однажды парень сам приходит к нему с неожиданной просьбой, от которой веет холодом.
На празднике воздушных шаров, среди тысяч людей, Блестка чувствует себя абсолютно одинокой. А когда на неё набрасывается друг матери с недвусмысленными намерениями, никто в толпе не приходит на помощь. Но внезапно появляется спаситель — красивый незнакомец с ледяным взглядом, который одним прикосновением заставляет обидчика исчезнуть.
На дворе стоит старуха и держит в руках стенные часы. Я спрашиваю время, но на циферблате нет стрелок, хотя старуха уверенно называет точную минуту.
В подвале больницы застрял лифт, и после неудачного нажатия на странную кнопку вместо привычных этажей Игорь с коллегой оказались на незнакомой межэтажной площадке. Лестницы здесь ведут в никуда, а стены исписаны пугающими фразами, которых быть не должно. Кажется, это место не просто сломалось — оно никогда не было частью их больницы.
В маленькой комнате общежития парень смотрит, как из пореза на запястье уходит его кровь — и вместе с ней уходит связь с этим миром. Он нашёл способ видеть Иной мир, который манит его сильнее реальности, но теперь оттуда за ним наблюдают.
На пустынной планете под слоем песка погребён звездолёт «Стрела мечты», пропавший двести лет назад. Последнее сообщение с борта гласило о загадочном грузе, а выжившая свидетельница помнит, что после встречи с инопланетным кораблём экипаж начал чудовищно мутировать. Теперь капитан Крокс собирается вскрыть этот склеп, чтобы узнать правду — но кто поручится, что древний ужас не ждал всё это время, чтобы выбраться наружу?
В предрассветном тумане Торшина фургон спецбригады замирает у моностроя с адресом «48». Приборы фиксируют аномальные продукты распада, а приказ свыше велит не регистрировать инцидент, а лишь наблюдать. Коптер поднимается к окнам, чтобы узнать, что скрывает тишина пустых квартир.
Студент-робототехник из Петербурга по прозвищу Кролик замечает странность в своем одногруппнике Максе — тот абсолютно беспомощен в технике, но каким-то чудом доучился до третьего курса. Встреча с ним накануне экзамена и его необъяснимый интерес к книгам из библиотеки Маяковского запускают цепь событий, изменивших всё.
В глухой тайге, за сотни километров от людей, старый проводник-нганасан внезапно впадает в панику и силой затаскивает героя в запертую охотничью избу. Всю ночь по крыше и двери стучат лёгкие шаги, раздаётся свист, а старик, трясясь, приказывает молчать — и наутро уводит прочь, не объяснив, кто или что пыталось до них добраться.
В мире, где законы бытия только формируются, а Хаос ещё не отступил, в Земле Зиф объявился Зверь, пожирающий людей без остатка — от жертв остаётся лишь горстка праха. Фотурианец Квонлед Насмешник прибывает в осаждённый город, чтобы столкнуться с угрозой, которая, кажется, нарушает саму логику творения.
В старой школе, где воздуховоды помнят ещё купеческие времена, десятиклассница Даша слышит из запертой котельной чей-то надрывный хрип и мольбу о помощи. Но стоит ей приблизиться, как грубая техничка прогоняет её прочь и намертво запирает дверь. Что скрывается за ржавым железом — и почему никто не должен об этом узнать?
В наследство от бабушки Лиза получила не только квартиру, но и полчища тараканов, а на стене обнаружила странную надпись, оставленную племянником: «Тараканий бог». Сосед-наркоман с нервным взглядом слишком хорошо знал покойную старушку, а собака ведет себя так, будто в квартире есть кто-то еще, кроме насекомых.
В феврале 1244 года рыцарь Бриан Арно прибывает к осаждённому замку Монсегюр, где горстка еретиков уже почти год держит оборону против тысяч крестоносцев. Но ни голод, ни осадные машины не могут сломить защитников — словно сама крепость помогает им выживать. А в ночной тишине дочь коменданта, измождённая девушка с даром пророчества, прикасается к таинственной Чаше, и свет свечей выхватывает на ней лик, похожий на птичий.
В глухом лесу, где его быть не может, возник отель «Тёмная лента». Трое случайных путников, застрявших в ночи, видят его одновременно — но каждый подозревает, что это галлюцинация. Решив проверить, они покидают машину и углубляются в бурелом, не подозревая, что их связывает нечто более тёмное, чем просто ночная прогулка.
В старинном порту Инсмут, где ветхие лачуги вдоль берега взлетели на воздух после секретной облавы, а пресса хранила упорное молчание, один путешественник решает сойти с дешевого автобуса. Местные жители отказываются говорить о городе, а кассир с опаской советует держаться подальше — но герой еще не знает, что́ скрывают солончаковые болота и зловещий Риф Дьявола.
В лаборатории «Квантовый Сортир» учёный Гриша Чистиков обнаруживает, что его математические символы начали разговаривать, а спущенная в туалете вода открывает портал в океан живых формул. Коэффициент Хаоса в его расчётах зашкаливает, и реальность начинает декогерировать прямо на глазах.
В придорожной закусочной «У поста» журналист Игорь ждет встречи с седым батюшкой, который должен привести его к неуловимому убийце по прозвищу Домовой. Но чем ближе развязка расследования, тем сильнее гложет сомнение: что заставило хладнокровного киллера искать убежища в монастыре?
В подсобке старого завода, где не живут даже бездомные собаки, бывалый слесарь Михалыч наливает новичку водку и вместо тоста задаёт странный вопрос о вере в чертовщину. А потом вспоминает, как однажды в неработающей части цеха раздался глухой удар, после которого мужики побледнели и потащили тяжёлые листы железа — якобы чинить стену.
Парк, где всегда шумно и людно, вдруг замирает в мёртвой тишине у стен заброшенной часовни, которой здесь никогда не было. Герой заходит внутрь, чтобы выкрикнуть свою боль небесам, но тишина в ответ оказывается слишком глубокой. Кажется, его услышал кто-то совсем другой.
В городе появилось странное приложение для знакомств в полной темноте. Друзья рассказчика, обожающие рискованные выходки, решают проучить таинственных организаторов. Но что скрывается в пустой комнате, куда они собираются проникнуть с фонариками?
В подъезде пахнет смертью, дверь заколочена изнутри досками и цепями, а из-за неё доносится тоскливая полифония. Соседи вызвали полицию, но вскрыть квартиру не могут — будто кто-то очень не хочет, чтобы их нашли.
В жилкомплексе Тройсталь, где не случалось бед даже в самые страшные годы, домоуправша Арина Ильинична слышит голос покойного мужа с фотографии. А бывший зэк Эдик, поселившийся здесь с продавщицей и её дочкой, с удивлением замечает, что его тёмные мысли куда-то улетучиваются.
Странник Айнор, ищущий ночлега, становится свидетелем гибели младенца, который накануне мяукал по-кошачьи. Утром, спасаясь от чужого горя, он уходит в лес, где его встречает радушный лодочник, а затем — медведь, вышедший прямо на дорогу.
Мужчина приходит в себя на ледяном бордюре чужого города без денег, телефона и памяти о том, как здесь оказался. В попытке согреться он угоняет машину, но вскоре понимает: каждый, кто встречается ему на пути, уже знает его имя и ведёт себя так, будто ждал этой встречи.
В СИЗО №5, где старые стены помнят легенды о Екатерине на колеснице, из отдушины пустой камеры раздался детский плач. Когда он стих, за окнами, выходящими в пустой тюремный двор, послышался скрип качелей и смех.
Два друга строят в лесу тайное убежище, фотографируя его на случай, если кто-то оставит следы. Но один из них слишком хорошо знает, как привлечь внимание скорой помощи к своему дому.
В сентябрьскую осень старший оперуполномоченный Игорь Воронин находит на заброшенной стройке девятый труп с одинаковым почерком: жестокий бой, десятки ножевых и ни одной зацепки. Жертвы — крепкие мужчины, которые сами идут за убийцей в безлюдное место, словно зная, что их там ждет.
В Пекине, охваченном восстанием ихэтуаней, пожилой врач Русской миссии пытается спасти научные записи из горящей библиотеки. Путь к выходу ему преграждает боец в чёрной униформе, чьи пассы руками разжигают пламя вокруг беглеца. Доктор готовится к смерти, но внезапно слышит чужой голос, приказывающий на китайском: «Уходи».
В заброшенной деревне, где время будто застыло, старый дом деда встречает внука безупречным порядком и цветущими клумбами — хотя хозяин исчез, а телефон молчит уже третий день. Под каменной плиткой у сарая по-прежнему лежит тайник с ключом, но внутри, в темноте, что-то живое шевельнулось в ответ на прикосновение.
