В старом доме один за другим исчезают жильцы, а соседские собаки воют по ночам, словно чуют беду. Вера осталась здесь из-за проблемной собаки, но теперь её мучают странные сны, а реальность начинает путаться с кошмаром. Что-то не так с этим местом — и с теми, кто здесь живёт.
Мужчина остался один на пустынном шоссе посреди ночи, когда заглохла его машина, а жена бросила трубку. Решив сократить путь через тёмный ельник, он быстро понимает, что лес не просто пугает тишиной — он дышит, шепчет и следит за ним из черноты.
Полнолуние над пустырём, странная пьяная девчонка с бредовыми предупреждениями и бородатый старик, толкующий о нарушенном порядке вещей. Когда из темноты доносится душераздирающий женский крик, становится ясно: ночная прогулка к гаражу была ошибкой.
На пустыре, среди гор старых шин и высохшего болота, стоит четырехэтажное здание с зарешеченными окнами. Из трубы на его крыше иногда валит белый дым, а по ночам в окнах мигает свет, когда с окрестностей доносится вой. Местные жители начали исчезать после того, как в квартале появились навязчивые маклеры и странный белый бультерьер.
В заброшенной деревне Сколина пустошь, где по преданиям жил ведун, спрятан клад, который откроется лишь во время Чёрной Луны. Мой друг Андрей, одержимый этой тайной, отправился туда один, не дождавшись меня, а теперь я иду по его следу и вижу сны о горящем селении и плачущем старике.
Зимняя ночь, ледяной перелесок и беглец в одной футболке, спасающийся от неведомой погони. Вокруг — ни души, только заброшенная автозаправка и темный зев канализационного люка, где можно укрыться от мороза. Но тишина убежища нарушается чужими голосами и шагами у входа.
В треугольной деревне, затерянной в глухом лесу, царит неестественная тишина, а дома стоят пустыми, словно декорации. Местные жители — жирные, потные мужчины с влажной кожей — спят мертвым сном, но, кажется, провожают гостей взглядами из-под приоткрытых век. Путники слышат странную, смутно знакомую речь, а у одного из встречающих... нет лица.
В подвале заброшенной гостиницы, у входа в который застыл белый броневик, открылся клуб «Ньярлакотам». Умелые игроки облюбовали это место, пока однажды не грянул Чемпионат с невероятным призом и картой «Школа Террора», где главный секрет вёл прямиком к дверям клуба. Но что-то в этом подвале было не так с самого начала, и скоро игроки поймут, что странности только начинаются.
В подвале многоэтажки, где обосновались бездомные, есть загадочная дверь, наглухо заваренная с обратной стороны. Однажды она начала открываться сама, выпуская из себя ледяной мрак, а после один из обитателей исчез, а вернулся уже совсем не человеком. Теперь он сидит в темноте и молча смотрит пустыми глазами, а того, кто остался, необъяснимо тянет обратно к этой двери.
Охранник на безлюдном заводе привык к одиночеству, но последний ночной обход перед сменой сломал привычный порядок. Сбитый с толку ранними рабочими и спешкой, он забегает в пустой цех справить нужду — и замечает, что в темноте кто-то стоит неподвижно. Человек не реагирует на оклик, не дышит и не двигается, хотя секунду назад здесь никого не было.
В заброшенном депо, прозванном Железным кладбищем, погиб друг. Спустя годы бывший член команды «Квадрат» получает звонок от другого пропавшего из виду приятеля, который теперь водит его по ресторанам и рассказывает странные вещи об их общем знакомом, пережившем психушку.
Сестра зовет меня в заброшенный дом бабушки, что умерла три года назад. В лесах Ленинградской области, где не ловит связь и орудуют убийцы, мы натыкаемся на руины старой церкви. Среди мусора и камней там стоит странный стол с кровавыми разводами, а на стене висит черное распятие с лицом уродливого демона.
В Новом Лагере «Готики» бесследно исчезает половина жителей. Наёмник Горн собирает оставшихся на втором этаже таверны, но при попытке заговорить с ним угрожает смертью. После этого по всей колонии начинают находить трупы, и никто не замечает исчезновений.
В заброшенном пионерлагере на границе с Прибалтикой парень знакомится с девушкой с литовским именем. Она стоит у воды и смотрит вдаль, а в её голосе слышен странный акцент. Что-то в ней неуловимо не так, но он ещё не знает, что именно.
Школьная легенда о Зефирном человеке казалась безобидной шуткой, пока мы не решили провести обряд в заброшенной больнице. Свечи, зефирки на березовых ветках и странные каракули на бумаге — всё выглядело невинно, но запах подгоревшего зефира так и не выветрился из пустых коридоров.
В комнате питерской коммуналки, купленной для дочери-студентки, при разборе старой антресоли жена внезапно теряет сознание: ей привиделась злобная старуха, вырвавшая палку из её рук. Муж ничего не находит, но под полом обнаруживает источник застарелого смрада — засохшую лужу непонятного происхождения.
В промозглое октябрьское утро Нечайкин вышел из дома и застыл у гигантской шоколадной лужи, где вместо гондолы уже две недели плавала дохлая собака с лысым раздувшимся брюхом. Мальчишки кидали в тушу камни, а сам Нечайкин вдруг поймал себя на мысли, что ему отчаянно не хватает палки или арматурины, чтобы тоже ткнуть в эту улыбающуюся морду.
В заброшенном подвале на бабкиной даче, запершись в полной темноте и тишине, герой жует сырое мясо, ожидая, когда рассудок даст трещину. Но странности начинаются раньше, чем он планировал: стены перестают быть стенами, а дверь исчезает, чтобы появиться вновь. Сможет ли он отличить галлюцинацию от реальности, когда за ним уже пришли?
В частном секторе нашли заброшенный дом, где на столе лежало тело незнакомой девушки в кружевном белье. В её теле торчал странный предмет, похожий на ракушку, но оранжевый и шершавый, а от него тянулся шланг куда-то в пол.
В старом ростовском бараке у девушки начались классические сонные параличи: каждую ночь в три часа её душила тёмная фигура. Но однажды в полнолуние она очнулась и увидела перед собой нечто, от чего навсегда покинула этот дом.
В посёлке Брусок, где каждый день одинаков и даже туман кажется привычным, молодой мойщик посуды решается на невозможное: съесть две порции желе за один день. Но чтобы узнать рецепт, ему придётся довериться соседу, который уже давно пробил стену в своей квартире и видел, что выползает из-под земли по ночам.
Чудовищный ливень обрушился на парк с чистого неба, превращая газоны в трясину, а прохожих — в беглецов. Среди всеобщей паники первыми признаками беды стали утки-мутанты ростом с человека, а затем — фигуры с расколотыми зрачками, которые целенаправленно преследуют каждую живую цель. Спрятавшись в заброшенном здании, герой замечает в окне знакомое лицо друга, но дождь продолжает сеять вокруг безмолвную угрозу.
Двое парней, сбежавших от беспросветной жизни в Москву, коротают вечер с незнакомым бомжом в заброшенном недострое. Внезапно новый знакомый предлагает спуститься в подвал, где за тяжелой дверью скрывается нечто, заставляющее его загадочно улыбаться и потирать руки. Что находится за той дверью и почему бомж так рад незваным гостям?
Лето 2007 года, дачный поселок во Владимирской области. Ночью после семейного ужина в поселке начинается необъяснимая паника животных, гаснет свет, а за дверью дома слышится странное хрюканье, рык и звуки, будто кто-то дергает ручку.
Промокшие путники находят ночлег в доме у леса, где живут бородатый мужчина и его молчаливая дочка с рыжими косичками. Хозяин слишком ласков с ребятами, а девочка слишком пристально наблюдает за гостями, не разжимая губ в улыбке.
В старом доме дяди и тёти, пропахшем гнилью, меня пугала не только теснота от хлама, но и слепая собака Павлуша с гнойными глазами, которая, казалось, неотрывно следила за мной из мусорных завалов. Дворовые дети странно отказывались брать котят, бормоча про мусор и какого-то дядю в ванной.
В 1973 году геолог прибыл в опустевшую деревню Заречье, где земля была изломана странными провалами, а приборы фиксировали невозможные искажения пространства. Местные жители разъехались в ужасе, а оставшийся старик шептал о людях, исчезнувших под землей, и о том, что кто-то движется в глубине, перестраивая саму почву.
В шведском городке, где царит параноидальный ужас, а на улицах бродят безумцы, пророчащие «ритмы антихриста», потомок авантюриста Джеймса Артура находит предсмертную записку деда. Она проливает свет на его работу ассистентом у таинственного доктора Карамэлла в заколоченном особняке. Что скрывается за этим фасадом и почему местные жители в панике советуют бежать?
Там, где заканчивается тропинка и начинается ржавый забор, художник находит лаз, которого не помнит, и слышит лай собаки, которой там быть не должно. Он бежит прочь, но в голове уже всплывают образы, которые он сам же и похоронил много лет назад. Теперь он пишет картину, чтобы заглянуть в собственный омут забвения — и не знает, что оттуда тоже смотрят на него.
В заброшенном домике на краю парка, который ты всю жизнь обходил стороной, детская компания решает провести сразу три ритуала вызова потусторонних сил. Ты не помнишь, почему боишься этого места, но полнолуние уже наступило, и дверь открыта.
В заброшенном доме старой ведьмы, где воздух пропитан смертью, а куклы следят пуговицами, Дима ищет трофей для спора. Но запертая комната манит сильнее, а в мутном зеркале мелькает силуэт, которого здесь быть не должно.
Каждый день я возвращаюсь в Развеселую Ферму, где меня встречает девушка в ковбойской шляпе. В игре вечная солнечная погода, а из лутбоксов падают ценные вещи вроде Лопаты Ленивого Отшельника. Но за окном офиса скрежещут безумные механизмы, а на стене давно сняты часы, чья стрелка застывала на цифре тринадцать.
Военный отряд заходит в покинутый шахтерский городок, где все местные жители больны и ходят с зелеными лицами. На центральной площади перед горисполкомом стоит пустой постамент — памятник Ленину исчез, а внутри здания никого нет. Связь со штабом обрывается странным приказом: «Немедленно убирайтесь оттуда».
На YouTube найден архивный ролик с советской телезаставкой прогноза погоды. Но вместо карты циклонов в эфир врывается бегущая строка «ГИДРОМЕТЦЕНТР ПРЕДУПРЕЖДАЕТ» и приглушенный голос, приказывающий не выходить из дома. Что скрывается за этим странным перехватом телесигнала?
В Северном море, у скалы с дурной славой, рыбаки нашли бутылку с предсмертной запиской. Её автор, Джонатан Эллери, выжил после кораблекрушения, но оказался в подземном гроте под утёсом — и понял, что это место уже касалась рука человека.
Золотой закат над пустой фермой, старый фермер Фред и его верный пёс Джим. Идиллия нарушается лишь тревожным радиоэфиром о странной болезни, разрушающей мозг, да неожиданным вопросом: «Ты ведь не станешь есть меня, а, Джим?
В заброшенной военной части среди глухих полей каждое утро в посудомойке находят заднюю половину растерзанной собаки. Переднюю часть тела найти не удаётся, а местные шепчутся о заброшенном ртутном заводе, где бесследно исчезали люди. Тишина вокруг стоит мёртвая, и никто не знает, откуда берутся эти псы.
В заброшенном имении среди осенних руин двое путников находят статую неземной красоты с пугающей надписью на трех языках. Местный житель предупреждает: это место хранит тайну исчезнувшей графини, после смерти которой начали пропадать люди.
Старший лейтенант полиции, расследуя кражу старинной книги с форумов мистиков, выходит на след фаната бульварной эзотерики. Вор, скрывающийся под маской черепа, планирует провести ритуал в заброшенной усадьбе графа-тирана. В назначенный вечер, когда в поместье гремит благотворительный прием, спецназ берет диверсанта в подвале.
На окраине поля, среди забытых скифских курганов, стоит квадратный холм, где даже ветер ведёт себя странно. Однажды я решил взобраться на него, но задремал под сухой акацией — и проснулся от того, что в моей комнате за окном замерцал огромный жёлтый глаз. А когда я очнулся уже наяву, в центре городища зияла та самая дыра из сна, и ноги сами понесли меня вниз, к плите, которая начала подниматься навстречу.
В заброшенном поле, где из размытой почвы торчат колонны из живого камня, культуролог-практикант Сергей сталкивается с тем, что реальность вокруг начинает гнить. GPS отказывает, камера умирает, а во сне голос шепчет: «Ты — находка».
В заросшем пустыре казахстанской деревни трое парней срезают путь домой. Один из них, близорукий и навеселе, замечает странный трёхметровый столб, которого здесь раньше не было. Через минуту его спутники внезапно замолкают и срываются на панический бег.
Ночной лес, случайный костер и пожилой охотник, который слишком хорошо знает местные легенды. Он предлагает скоротать время до рассвета за историей о Мертвой усадьбе — но его рассказ начинается с того, что сам рассказчик когда-то едва не поверил в тамошнюю нечисть.
Заброшенный кирпичный завод на краю города внезапно обнесли новым забором, и Андрей, привыкший считать это место своим, решает проверить, не появился ли лаз. Но едва он касается гладкого профнастила, с территории доносится оглушительный женский крик, а тропинка за спиной начинает зарастать на глазах.
Апрельский туман над свежевспаханным полем, скрип старого велосипеда и срочный вызов на свиноферму. Дорогу усыпают свежие свиные копыта, словно оторванные заживо, а начальник с дрожью в голосе спрашивает, крещёный ли ты. Внутри ангара вместо свиней — ровные ряды могильных плит с выгравированными поросячьими мордами.
В заброшенной зимней деревне, где герой прячется от суда, его покой нарушает визит жуткой старухи, требующей еды. Получив отказ, она угрожает: «Не дашь — тебя сожрут», а ночью во дворе появляется таинственная фигура из сна.
Ночью в заброшенной деревне, где живут лишь старики, парень просыпается от настойчивого стука в дверь. Калитка заперта, местные так не стучат, а в глазок смотреть страшно. Кто или что стоит на пороге в доме, где не горит свет?
На улице Театр-Плаза, в полуразвалившемся доме, доставшемся в наследство, герой пытается утешить отца, брошенного женой. Внезапно отец срывает с петель дверь и стучит в неё кнокером — и из-за снятой двери доносится музыка и шаги.
В полусожженном доме на краю Западного Края находят дневник поселенца, который радовался тишине и одиночеству, пока не нашел на берегу идеально отполированный синий шар. С тех пор его сны наполнились кошмарами, а на полях появились следы, не принадлежащие ни одному известному зверю.
Вернувшись в родную деревню, пенсионер Михаил поселился в доме покойного отца-самодура. Каждый июль он ходит за малиной, но в этом году его мучает навязчивый смрад из старого сарая, который отец всю жизнь строжайше запрещал открывать.
