Зеленая тетрадь, белые стены и жесткая кровать — вот и весь мир, который остался у героя после того, как он остался один в унаследованной квартире. Он пишет, чтобы отгородиться от того, что вокруг, но воспоминания о дедушкиной смерти и о том, что случилось, когда он впервые остался в этом доме один, не дают покоя. Кажется, детские страхи не ушли бесследно — они лишь ждали своего часа, чтобы воплотиться в реальность.
В психушку на свидание к Уроду приходит Николай — в двенадцатый раз за столько же лет. Медбрат встречает его как старого знакомого, а за решёткой уже ждёт щербатая улыбка того, кого здесь называют местной достопримечательностью. Только вот после каждой встречи Николая выворачивает наизнанку, а дома он достаёт из рукава шило и понимает, что снова не смог.
В недострое на окраине рынка двое сталкеров находят следы вандалов и с досады бросают в костер обрывки военного снаряжения. Пламя становится зеленовато-синим, а дым — темнее сумерек.
Ночная переписка двух приятелей прерывается, когда один из них замечает под окнами странного незнакомца. Тот стоит неподвижно, пялится на окна, а затем внезапно набрасывается на прохожего с нечеловеческой жестокостью. Друзьям предстоит узнать, что именно привлекло внимание жуткого гостя.
Вернувшись из комнаты сына, я вспомнил тот вечер из детства, когда впервые испугался собственного шкафа. Тогда, в восемь лет, я завязал его дверцы верёвкой, надеясь, что это удержит нечто, издававшее странный топот внутри.
В палате, залитой синим светом уличного фонаря, мальчишки рассказывают друг другу страшные истории. Один из них начинает историю про мужчину, который вернулся из командировки и понял, что все вокруг него — мертвецы.
Студент-практикант в захолустном колхозе «Восточногвардейский» радуется деревенской романтике и ухаживает за симпатичной Настей. Но идиллию нарушает странность: местные овцы внезапно начинают ходить по кругу, не щипля травы, словно подчиняясь неведомой силе.
Студент сбежал с лекций на дачу в осенний лес, чтобы отдохнуть и выпить вина. После встречи с местной старушкой, ищущей собаку, он задремал, а проснувшись в сумерках, заметил её вдалеке. Спустившись в овраг и поднявшись по лестнице, он обернулся и увидел её внизу — хотя она никак не могла там оказаться.
Вернувшись в родную сибирскую деревню, я решила прогуляться ночью и забрела на окраину, к давно заброшенному дому. Внутри, вопреки запустению, меня встретил теплый уют и запах свежих пирогов, а затем — странная старушка, пригласившая угоститься.
В заброшенном бараке, где мы играли в призраков, мой друг Степуша нашёл нечто, от чего у меня перехватило дыхание. Четыре тени в подвале оказались не котами, хотя у них были кошачьи головы и хвосты. Степуша назвал их «кошкодядьками» и кормил колбасой, но я так и не понял, что это такое на самом деле.
В новом, с иголочки офисном центре на севере столицы журналист Роман часто ночует на работе. Но вскоре уборщицы жалуются на грязные следы от его обуви в ту ночь, когда его не было, а знакомый йогин отказывается даже переступать порог здания.
Ночью на балконе, среди цветущего жасмина, я заметила светлое пятно. Сначала я приняла его за оптическую иллюзию, но к концу сигареты разглядела очертания лица — маску с тёмными провалами глаз. На следующую ночь она висела на том же месте, и стало ясно: кто-то целенаправленно вешает её в кусты каждую ночь.
В детстве у меня была странная мягкая игрушка — то ли кот, то ли медведь с пластмассовыми голубыми глазами. Спустя годы, после расставания с девушкой, которая обещала научить меня ценить её любовь, мне начал сниться этот медвежонок — и каждый раз после сна со мной случается жуткая беда.
Семидесятые, Монголия. Отчаянный мальчишка Олежка, не боявшийся ни собак, ни черта, поспорил, что в одиночку сходит на местное кладбище, где покойников хоронят почти на поверхности. Провожающие уже начали замерзать в ожидании, но герой так и не вернулся — ни через час, ни к утру.
Няня осталась одна в доме с двумя спящими детьми. Решив посмотреть телевизор в спальне родителей, она попросила разрешения занавесить окно — её пугала статуя ангела за стеклом. В трубке повисла тишина, а затем отец детей произнёс: «Забирай детей и бегом из дома. У нас нет никакой статуи ангела».
В лесу пропала бабушка. Доброволец поисково-спасательного отряда с напарниками прочёсывает чащу, выкрикивая её имя. Внезапно из-за кустов доносится отклик — но голос звучит странно, словно эхо, повторяющее чужие слова.
В голодные военные годы старший сын ломает дедушкины часы, чтобы отец не уходил к солдатам за едой. Когда отец всё же чинит их и уходит, он возвращается с целым состоянием — ягнятиной, приправами и обещанием сытой жизни. Но почему мать не притрагивается к еде, а в мясе чувствуется странная сладость?
Друг выжил в страшной аварии и после долгой комы вернулся к жизни. Но с тех пор он стал сам не свой, а однажды ночью признался, что всё это время находился в другом месте — в городе, который опустел и замер в жуткой тишине. Там он встретил давно погибшего приятеля, который предупредил, что по ночам из темноты выходят те, на кого лучше не смотреть.
Ночной звонок от капитана полиции, срочная посадка в патрульную машину и долгая дорога в неизвестность — всё это лишь начало. Макс ещё не знает, что его везут не в участок, а в странное бетонное здание, где его ждёт человек в строгом костюме и комната, заваленная бумагами. Что скрывается за этим ночным вызовом и почему полицейские так нервничают?
Встретив на пьяной кухне загадочного Немца, Макс ухватился за его обещание вырваться из рутины. Тот звал на тайную сходку, суля нечто, что изменит сознание, и предупреждал: обратного пути не будет. Теперь, стоя у одинокой опоры ЛЭП в пустом поле, Макс наблюдает за ритуалом, в котором нет ничего от безобидной философии.
В гастрономе №22 на улице Герцена родился экономист, который видит мир как бессвязный поток из библиотек, кирпичей и Ильи Муромца. Его речь грамматически безупречна, но каждое слово — шаг в пропасть, где логика рассыпается в прах. Что скрывается за этим бредом — болезнь или нечто, что смотрит на нас изнутри пустых фраз?
Старая родительская флешка хранит файл с датой создания 14 февраля 2003 года. Внутри — зашифрованные послания, где названия книг написаны задом наперёд, а цифры указывают на конкретные слова из «Гамлета», «Трёх мушкетёров» и Библии. Но самое страшное: в папке оказалось два скрытых файла, которые настоятельно требуют удалить себя после прочтения.
В лесу под Питером двое копателей разбивают лагерь у глухого болота, где по старым немецким картам бесследно исчезла целая рота карателей. Ночью их будят звуки плеска и голоса — несколько фигур в длинных плащах бродят прямо по трясине, а когда их замечают, все разом оборачиваются и указывают в сторону лагеря.
В июльскую ночь 2011 года, заблудившись в лесу после звонка девушке, ты выходишь на поляну, где стоит изба, которой здесь никогда не было. Из окна доносится колыбельная — её поёт женский голос, от которого тело деревенеет, а мысли превращаются в пар. Ты хочешь бежать, но не можешь пошевелиться, а певица уже взяла кого-то на руки и качает.
В национальном парке, где каждые несколько дней выпадает по 30 сантиметров снега, бесследно исчезает маленький мальчик, собиравший ягоды вместе с семьей. Поисковые собаки не берут след, словно ребенок никогда и не приходил в лес.
В заброшенной лачуге у края южноамериканской деревни, где нет электричества, а единственный свет — свечи, путешественник сталкивается с необъяснимым запретом. Хозяйка дома требует немедленно погасить огонь, но не объясняет причину.
В старинной церкви, где когда-то пахло книгами и чудесами, я снова ступил на знакомую лестницу. Но вместо привычной площадки с окном, где в детстве я замирал над новой книгой, передо мной оказалась сплошная стена.
В подвале заброшенного НИИ двое подростков стоят перед массивной дверью безэховой камеры — места, где, по слухам, абсолютная тишина сводила с ума подопытных за считанные часы. Старший, известный садист, забирает у младшего часы погибшего отца и приказывает зайти внутрь, чтобы доказать, что он «мужик». Антон вглядывается в темноту за порогом, не зная, что скрывается в этой гробовой тишине.
Мужчина слышит зов из запретной зоны, куда боятся заходить даже егеря. В ночь, когда он решается наконец ответить, лес встречает его тишиной и странным воем — не звериным и не человеческим. Андрей разводит костер-ловушку, надеясь увидеть того, кто манит его уже много лет.
Сосновый лес, первое свидание и девушка, исчезнувшая за считанные секунды. Герой остаётся один в темноте, где его зовут лишь эхо и навязчивая кукушка, чьи крики становятся всё ближе и тревожнее.
Учительница задала шестому классу безобидное сочинение о снах. Одна работа заставила её обратиться к директору, психологу и даже к ведущему детскому психиатру страны. Но эксперты не нашли ни жестокости в семье, ни отклонений у ребёнка — только ровные строчки в тетради.
Обычная дорога с работы, рутинный вечер и странное объявление на столбе: «Счастье! В стеклянных баночках!». Он позвонил ради шутки, а теперь держит в руках крошечную банку, внутри которой пульсирует живой свет — и незнакомка уверяет, что это и есть счастье. Но почему она сказала, что он за это заплатит, и что именно он только что принёс в свой дом?
Вернувшись с работы, Джордж застал жену в спальне: она сидела перед трюмо, почти касаясь зеркала лицом, пока их годовалый сын спал в кроватке. С тех пор как она начала часами вглядываться в своё отражение, в доме поселилась тревога, которую не могут развеять ни врачи, ни убранные зеркала.
В залитой солнцем комнате профессор в инвалидной коляске спокойно объясняет журналистке устройство своего вида — и с первой же фразы становится ясно: перед ней не человек. Он рассказывает о биологии, лишённой нервной системы, и о трёх стадиях развития, последняя из которых — необъяснимый регресс в бессознательную морскую форму. Но чем глубже она вникает в детали, тем тревожнее звучит главный вопрос: зачем разумному существу, способному регенерировать любую часть тела, превращаться в растение?
Друг-медик пригласил меня отметить покупку нового компа прямо в морге, где он подрабатывал сторожем. Мы заперлись в подвале без окон и связи, чтобы никто не помешал, но вскоре из пустого коридора донеслись шлепающие шаги. Дверь в трупохранилище оказалась распахнута, хотя Саня её точно закрывал.
Двое друзей от скуки следят в бинокли за соседним домом. В одной из квартир они замечают жестокую ссору пары, которая быстро перерастает в нечто невообразимо жуткое. Один из наблюдателей решает вмешаться, но чем ближе он подходит к месту событий, тем яснее становится, что за обычной бытовой дракой скрывается нечто гораздо более древнее и опасное.
В залитой дождём гостиной 80-летний именинник вспоминает колхоз 1959 года, где люди исчезали бесследно — и местные, и приезжие. Пропадали не только девушки, но и мужчины, и милиция подозревала маньяка. Но старик знает: правда страшнее, чем кажется.
Проснувшись от весеннего солнца, герой впервые за долгую зиму выходит на улицу, где воздух кажется не просто тёплым, а по-настоящему живым. Но чем глубже ночь, тем яснее становится, что этот сладкий аромат исходит не от цветущих деревьев — и источник его гораздо ближе, чем хотелось бы думать.
Вернувшийся из похода с богатой добычей лихой казак Федор Блискавка женится на красавице Катрусе, но горожанки судачат, что её мать — ведьма. Молодой муж не верит сплетням, однако в самые сладкие минуты супружеской нежности он замечает в глазах жены нечто пугающее.
Спортзал училища в Кижинге, июль 2007 года. Среди храпа уставшей бригады в три часа ночи просыпаешься от тихого пения — между кроватями бродит старуха в серых лохмотьях. Она исчезает за дверью, запертой снаружи на шпингалет, и местный аспирант позже скажет: хорошо, что у вас не было ключей от столовки.
Одинокая мать с больным ребенком на руках слишком занята выживанием, чтобы заметить, как мир за окном превращается в ад. Но когда жар спадает, а в дверь уже ломятся десятки тел, становится ясно: её личный кошмар был лишь предисловием к настоящему аду.
Ночью в московских дворах свидетель находит истекающего кровью гастарбайтера, который перед смертью успевает прошептать только «шайтан». Рядом с телом — странные следы, а сам рассказчик утверждает, что видел, как из распоротого живота жертвы высунулась голова лысого голого существа с лезвиями вместо пальцев.
В глухом посёлке среди болот, где по ночам горят зелёные огни, десятилетний мальчик остаётся с дедом после гибели родителей. Однажды в их дом стучится беглый зек, а на следующее лето болота начинают светиться особенно ярко — и мальчик замечает в переулке нечто, чего там быть не должно.
Взрослый друг детства врывается в квартиру среди ночи, заикаясь от ужаса, и умоляет о защите от некоего «Цветика». Он рассказывает, что впервые столкнулся с этим существом ещё в детстве, когда на пустыре к нему подошла компания хулиганов во главе с бледным парнем, который знал о нём то, чего не мог знать никто чужой.
Ты просыпаешься дома, но в зеркале — чёрное пятно, которое не оттирается. Удар по нему кулаком выпускает в твою ванную нечто, и теперь тебе предстоит решать: бить первым или ждать, пока оно само начнёт доёбываться.
Утро в пустом доме, одиночество и внезапный провал в памяти на целый час. А потом — странные записки с мольбой о помощи, появляющиеся одна за другой в самых неожиданных местах.
Домушник проник в квартиру, которая снаружи казалась обычной «двушкой», а внутри оказалась царством невиданной роскоши. Но все шкафы и ящики здесь пусты, а сам интерьер будто бы живет своей жизнью. Вскоре вор понимает, что в этой комнате он не один.
В глухой сибирской деревне, где остановились на ночлег после похорон деда, пятнадцатилетний парень сталкивается с пугающими обычаями хозяйки-старообрядки. Её странные молитвы, ритуалы и запреты кажутся безобидными чудачествами, пока однажды он не замечает в стене избушки тайный люк, из которого на него смотрит её сморщенное лицо.
Советский ученый дает показания о секретном проекте 1930-х годов, который он считал военной разработкой по реанимации. Однако вскоре выясняется истинная цель: возвращение к жизни человека, чей мозг, по официальной версии, был уничтожен десятилетие назад.
В промзоне захолустного уральского городка курьер-закладчик, переживший трип на экспериментальном веществе «Гипербола-4С», обнаруживает, что может управлять давней психической аномалией. Но однажды его концентрация на пластиковой бутылке заканчивается громоподобным «щелчком» в голове — и реальность вокруг перестаёт подчиняться законам физики.
