В актовом зале Дома Культуры, заваленном телами, Ира смотрит на новогоднюю ёлку, превратившуюся в клыкастое чудовище с кроваво-красными шарами. Девушка чувствует, как внутри поднимается тёплая волна, смешивая Похоть и Гнев, а шары на дереве, кажется, подмигивают ей в ответ.
Тишина в ночном лесу — неестественная, гробовая — давит на уши, а друг бесследно исчезает, оставив у костра свою винтовку. Теперь ты один в темноте, и каждый шорох листвы может стать последним.
Рыбак задержался на уральской базе в опустевшем 33-м номере. С первых минут его встретило необъяснимое чувство чужого присутствия, а после короткого сна вещи, разбросанные по комнате, оказались аккуратно сложены.
В заброшенной башне на краю Эверита охотник на ведьм слышит душераздирающие вопли, которые с каждой ночью становятся всё громче. Он видит то, что не видят другие: призрачную армию, неумолимо приближающуюся к его убежищу. Когда отчаянный стук в дверь возвещает о просьбе о помощи, у него появляется последняя надежда избежать неизбежного.
Патологоанатом из Кишинева вызван в молдавскую деревню, затерянную в лесах Кодр, чтобы установить причину смерти местного пастуха. Тело не имеет следов насилия, но лицо покойного искажено таким ужасом, что даже видавший виды врач чувствует неладное. Местные шепчутся о проклятии древних курганов, и вскоре доктор понимает: в этой тишине и сырости таится нечто, чему нет объяснения в учебниках.
В пустом институте профессор зачитался до заката, а теперь до охраняемого автобуса за город — 20 минут, которых у него нет. Вахтёрша уже в кольчуге, дворник метёт площадь, а рейсы отменили. До темноты осталось всего ничего, а он вышел на крыльцо с одной лишь офицерской саблей.
Вернувшись в родной город, Максим с друзьями решает посетить старый луна-парк, который работает с 1900 года. Но после ночного кошмара, где в его комнату ворвался козел на двух ногах, реальность начинает трещать по швам. Что скрывается за мигающим фонарем и красным светом, который преследует парня наяву?
В захламлённой коммуналке с тяжёлой, влажной атмосферой Оля снимает комнату у властной хозяйки Зинаиды Павловны. Первая же ночь в новой квартире наполнена странными звуками, а под утро девушка просыпается от острой боли — у неё выпал здоровый зуб.
В санатории «Артемовск» среди вековых сосен и облупившейся лепнины у одинокого подростка появляется странный собеседник. Мужчина в костюме с букетом цветов бродит под окнами глубокой ночью, просит позвать медсестру Татьяну — но на камерах наблюдения его не видно.
Весна, глухая вологодская деревня и дом умершей бабушки, где всё пропитано тяжёлым трудом и одиночеством. Распродав скотину и оставшись один в старой избе, внук слышит от соседки странный намёк: это место хранит тайну, которую «городским не понять».
Ночью, в заброшенном зеркальном цеху, часы показывают ровно три. Дрол слышит женский плач, доносящийся из темноты, и решает помочь. Но за дверью, откуда раздавался крик, его ждет лишь пустая комната с единственным зеркалом.
В каждом дворе есть сумасшедшая старушка, что шепчет сама с собой. Однажды она садится рядом с тобой на скамейку и заговаривает впервые за много лет, чтобы спросить: «Ты был в заброшенном сумасшедшем доме?».
В башне семерых магов, куда не ступает нога нежити, наёмник ищет таинственную «Куколку». Но внутри его ждёт не охрана и не ловушки, а пугающая пустота и маг, с которым не вышло договориться. Почему хозяева так спокойны, и что скрывают пустые этажи?
Проснувшись от дикой боли во всём теле, Олег не помнит ни вчерашнего дня, ни того, как оказался в глухом лесном доме. В зеркале на него смотрит не прежний успешный делец, а затворник, чьё прошлое покрыто мраком, а настоящее начинается с пульсирующей ломоты в каждой клетке.
В заброшенной детской поликлинике, что стоит недостроенной с 80-х, двенадцатилетний Влад уговаривает друга Васька залезть внутрь — сделать крутые фото, чтобы покорить сердце одноклассницы. Темные коридоры, следы костров и слухи о пропавшем человеке не пугают мальчишек, но зря: внутри этой тишины их ждет нечто, что не имеет отношения ни к бомжам, ни к наркоманам.
В глухой якутской деревушке Салбанцы, в старом клубе, построенном ещё до революции, поселили семнадцать первокурсников. Глубокой ночью из заколоченной пристройки, где был раскурочен пол, донеслись неимоверно тяжелые шаги, от которых стонали половицы. Нечто невидимое, но осязаемо плотное и враждебное, медленно прошло вдоль замерших в ужасе парней, остановившись напротив одного из них.
В комнате умершей бабушки гаснет свет, и Костя остаётся один в темноте со свечой. Он пытается не вспоминать детскую легенду о Жердяе — существе, что заглядывает в окна к непослушным детям. Но когда парень замечает приоткрытую дверь в детскую, его охватывает леденящее любопытство.
Сайт знакомств свёл его с девушкой с зелёными глазами. Свидание назначено в промзоне, в доме, где на лестничной клетке валяются шприцы. Войдя в квартиру, он замечает, что соседи выглядят странно, а на стенах — плесень.
В заброшенном доме, где прошло детство, мужчина находит старую книгу «Винни-Пух», ставшую ключом к кошмару. Лес за огородом манит его к поляне с накрытым столом и морем мёда — туда, где три года назад четверо друзей решили сыграть в сказку.
В заброшенном доме, куда Настя случайно бросила камешек, в окне мелькнула фигура — женщина с седыми волосами и пустотой вместо лица. Она манит девочку к себе, и Настя чувствует, как её неудержимо тянет войти внутрь.
В затопленной базилике Эремоса, где море медленно пожирает стены, крестоносец Воконис ждет скорбящих на панихиде по своему господину. Но те, кто явился — дознаватель Ташк и священник Арзен — пришли не ради молитвы, и каждый из них хранит тайну, за которую готов убить.
В сибирской деревне Окунево, где археологи нашли древнее культовое место, появилась загадочная женщина Расма. Она объявила эти глухие леса «Пупом Земли» и новым Ноевым ковчегом, но странности только начинаются. Местные легенды гласят, что под землей скрыт храм с магическим кристаллом знаний, а в окрестных озерах таится секрет вечной жизни.
В заброшенном доме посреди болот, где путника встречает лишь вой ветра и запах гнилой растительности, потерявшийся турист находит приют у старика с кожей, похожей на пергамент. Но тепло очага не может заглушить древний, грешный запах, пропитавший стены, и взгляд хозяина, полный животного страха. Кажется, этот дом ждал гостя, но не для того, чтобы спасти от ночной бури.
В колхозе, где режут скот каким-то чудным способом, а местные называют это «работой», главный герой решает сбежать. Но погоня за ним не прекращается даже в лесу, а наутро, выбравшись к людям, он понимает: от этих мест так просто не уходят.
В старом трактире «Золотой Бык», затерянном в чаще Гардомвуда, путника встречает хозяйка с печальной улыбкой и её хрупкая «племянница» Дина, что каждую ночь уходит одна в лес. А в полночь за расстроенным роялем садится незнакомец с седыми прядями в черных волосах, играющий музыку для призраков.
Пятничная рутина обернулась спонтанной покупкой дома за тысячу долларов в глухой деревне. Дорогу туда упорно скрывал сбойный навигатор, а по прибытии героя встретила мёртвая тишина и маленькая девочка, играющая на земле с окровавленным сердцем.
Фрахтовщик мечется в чёрном шторме, где волны тяжелее стали. На пустой палубе распахнута дверь в трюм, а среди груза стоит помятый контейнер с заклинившей створкой. Внутри корабля — брошенный пистолет, выкипевшие кастрюли и тишина, которую не нарушает ни одна живая душа.
На оптовой базе под Тагилом работала девушка Вера с глазами разного цвета — один жёлто-зелёный, другой голубой. После новогодней ночи в бане она согласилась на безумную лыжную гонку в минус двадцать пять. А когда он нагнал её в лесу, её глаза вспыхнули зелёным огнём.
В заброшенном бункере сталинских времён, глубоко под землёй, идёт жестокий психологический эксперимент: троих испытуемых оставили в полной темноте, чтобы проверить, как легенда о древнем чудовище сломает их рассудок. Но когда доцент Зимин остаётся один просматривать записи с камер, он замечает на плёнке то, чего там быть не должно — безмолвную фигуру, несущуюся из тьмы, и огромный силуэт, вырастающий за спиной у жертвы.
В заброшенном трамвайном депо доживает свой век старый вагон Келлер, который помнит каждую поездку с кондукторшей Светланой. Но сегодня — особенный день: девушка уезжает навсегда, а из леса приходят слухи об обезумевшем Икарусе, который отрастил лапы и сожрал сторожа.
Матросы находят в заброшенном форте винный погреб. Ночью к их костру выходит странный монах, бормочущий о грехах и молитве кровью. Что-то в его облике заставляет бывалых моряков похолодеть.
В старой хабаровской квартире, доставшейся от бабушки, зияет пустой дверной проём в дальнюю комнату. Сквозняки из него ведут себя невозможно: ветер дует в спину, с какой стороны ни подойди. Пора наконец поставить дверь, но герой ещё не знает, что пустота в проёме — не просто причуда умершей родственницы.
В старой хрущёвке во время ремонта кухни строитель слышит из вентиляционной шахты женский голос, умоляющий о помощи. Когда он заглядывает в узкий канал, ветер замолкает, а затем разражается жутким смехом-плачем.
В заброшенной деревне, где остался лишь один жилой дом, мужчина возвращается, чтобы исполнить обещание, данное у гроба бабушки. Но на местном кладбище его встречает сгорбленная старуха, которая знает его имя и задаёт странный вопрос о запахе земли.
В дождливый октябрьский вечер четверо друзей проникают в заброшенный особняк, где двадцать лет назад поспешно съехала богатая семья, бросив все вещи. Алан, заводила компании, уговаривает остальных обыскать комнаты в поисках ценностей, но в коридоре оказывается странно разное количество дверей с каждой стороны. Когда друзья расходятся, в темноте старого дома начинает происходить нечто, заставляющее усомниться, что они здесь одни.
В заброшенном магазине на занесенной снегом станции двое опоздавших на поезд находят ночлег. Среди грязи и пыли один из них слышит детский плач, а за дверью замечает блуждающие огни, уходящие в лес. Следуя за ними, путники обнаруживают пустую деревню со следами странных повреждений на домах.
Блогер, одержимый проникновением в закрытые города, наконец попадает в один из них — место, которого нет ни на одной карте мира. Но чем глубже он всматривается в его унылые, будто застывшие во времени улицы, тем сильнее его охватывает чувство, что не город поглощен лесом, а сам лес медленно переваривает реальность.
На тихой улице калифорнийского Монтеррея женщина замечает, что за ней увязался незнакомец в странной военной одежде, с лицом, иссеченным шрамами. Он преследует её до заброшенного пустыря, а затем, приставив пистолет к виску, называет по имени и заявляет, что должен её убить.
В заброшенной деревне, где время остановилось, стоит единственный дом с целыми окнами, пропускающими свет. Но стоит открыть дверь — и тебя затягивает в пасть неведомой твари, а изнутри вылетают кости. Теперь двое охотников на нечисть окружены тысячами красных глаз, горящих в темноте леса.
В поисках зарядки для телефона ты забрёл на забытый рынок, где продавцы встречают тебя недружелюбными взглядами, а воздух кажется слишком тяжёлым. Местный торговец молча указывает тебе на кафе «У Ёлочек» — тёмную дыру, которая будто высасывает свет даже в солнечный день. Внутри тебя встречает лишь квадратный лысый официант с лицом вселенской печали и чебуреки размером с твою голову, от которых пахнет одновременно детством и чем-то гнилым.
В заброшенном подземном переходе на улице Плехановской нашли тело парня и его флешку с дневником. Он пытался записать всё, что происходило в его квартире после того, как за стеной кто-то начал смеяться и стучать в дверь. Что скрывается за заколоченным проходом в соседнюю комнату, он так и не узнал.
В заброшенной деревне, где даже свет в окнах не горит, 19-летний Тимофей отправляется в ночной магазин за хлебом. Но странная продавщица, открывшая ему дверь, ведёт себя так, будто знает его, а вернувшись домой, он замечает, что у бабушки нет зубной щётки. А в лесу за домом кто-то передвигается на четвереньках.
В заброшенном советском профилактории посреди уральского леса автор остаётся один на ночь. Кто-то упорно выключает свет в его номере и приоткрывает дверь, а ближе к полуночи с верхних этажей доносится женский голос, напевающий старинный романс.
Очнувшись в грязном амбаре без окон, я увидела спящих на соломе людей, раздетых до нижнего белья. В помещение вошла грузная женщина в скафандре и объявила, что мы — подопытные для изучения биологического оружия.
Экспедиция из двенадцати смельчаков встретила у опушки леса старика, который предупредил: из этой чащи не выбирался никто — ни живым, ни мёртвым. Наутро деревья раздвинулись, образовав зловещий проход, а старик бесследно исчез, оставив группу наедине с тишиной, в которой нет ни птиц, ни насекомых.
В Паути-тауне, где летние вечера пахнут геранью и покоем, старый Тобиас правит своей повозкой, собирая тряпьё и железный лом. Но когда его путь сворачивает на Блэквуд-лэйн, к заброшенному дому Оугуста Уормвелла, тени становятся чернее, а деревья шевелятся без ветра — и даже взрослые предпочитают не вспоминать, что именно сорвало крышу с башни семнадцать лет назад.
Трое друзей-подростков проводят летнюю ночь в заброшенных фермах за селом, чтобы доказать свою смелость. По легенде, в одном из тёмных коридоров обитает Чёрный человек, и его кабинет всегда заперт. Но когда замок на двери исчезает, из темноты доносится лёгкий звук шагов.
В санатории «Ладушки» тишина давит, как могильная плита, а стерильная чистота кажется неестественной. Голые кусты шевелятся без ветра, и в пустом корпусе призраки прошлых постояльцев не сводят с тебя невидимых глаз. Отдых здесь начинается с ощущения, что ты уже не совсем один.
Стрелка спидометра застыла на девяносто одном километре, отказываясь двигаться дальше, а в салоне старой «девятки» компания необычных пассажиров направляется к пустынной заправке на закате. Здесь, среди запаха палёного и странных взглядов золотоволосого заправщика, даже обычная остановка грозит обернуться встречей с тем, что лучше не замечать.
Недостроенная телебашня в центре Екатеринбурга манит смельчаков ржавыми лестницами и дырами в бетоне. Среди завсегдатаев этого гиблого места — парень по кличке Курбаши, который с завязанными глазами штурмует отвесные стены. Говорят, он уже не просто рискует жизнью, а испытывает саму Башню на прочность.
