Семья переезжает в ультрасовременный город, где даже детская игрушка подчиняется строгим законам. Сын пытается объяснить отцу, что он не клянчил чужую вещь, а лишь попросил её «потестировать». Но за этим невинным на первый взгляд поступком уже захлопывается капкан новой реальности.
В бункере, где выжившие после катастрофы живут по циклам, главблок Николай и врач обходят детей, ликвидаторов и инженеров. Они делают уколы, раздают таблетки и обещают скорое спасение, но их фальшивые улыбки и дрожь в голосе выдают страх. Почему взрослые так нервничают, а дети безропотно соглашаются на процедуры?
В 2057 году солнце гаснет, и единственное спасение — прыжок в прошлое через портал «JumpTime». Три попытки, случайное место и век — и ты уже не на вымирающей Земле, а среди дикарей или мамонтов. Но готов ли ты отправиться туда без вещей, без оружия и без права на ошибку?
В мире, где небо затянуло смогом, а люди давно заменили плоть на металл, Иван Степанович выходит на балкон своей многоэтажной клетки. Сверху доносится вой стаи Псов, а снизу земля утыкана арматурой, гостеприимно принимающей очередное тело.
Петр Глюк, ученый-химик, прибывает в подземную Москву 2142 года, где на поверхности остались лишь купола с историческими зданиями. В новогоднем транспортном хабе его встречает привычная суета, но в телеэфире разгорается спор об антропофилах — тех, кто считает поедание людей актом любви. Петр еще не знает, что в этом городе ему предстоит столкнуться с куда более странной и пугающей стороной новой этики.
На планете Безнадега, где вездесущая грязь душит быстрее, чем тираниды, старый ветеран Константин учит новобранца Димитрия ненавидеть всё вокруг. Но когда комиссар Гестон начинает задавать слишком ласковые вопросы, становится ясно: настоящая угроза может оказаться не в окопах, а прямо за спиной.
В умирающем мире, где право на смерть стало законом, герой приходит к танатоконсультанту, чтобы выбрать способ уйти. Но вместо ответа его отправляют к «узкому специалисту» в заброшенный институт — и тот встречает его как долгожданного добровольца. В центре лаборатории стоит кресло, от вида которого сжимается сердце, а доктор с фамилией Гадес явно знает о смерти нечто большее, чем просто консультации.
