В заброшенном карьере за железнодорожной насыпью земля не любит людей — здесь никогда не растет трава, а после дождя из глины проступают странные камни. Местные шепчутся, что сюда нельзя ходить поодиночке, иначе можно заплутать на пустом, как Марс, дне. В тот день туман средь бела дня встал стеной между мной и друзьями, но я все равно шагнул дальше — за красивым камешком для Светки.
В октябре 2000-х я возвращался с унылого мотослёта на дачу, когда внезапный холод и одиночество на пустынной трассе А-108 стали меньшей из проблем. Среди клочьев тумана, переползающих дорогу, я заметил то, чего здесь быть не могло — и мой мотоцикл заглох.
В городе, где вечный туман и уныние, люди всё чаще пропадают без следа. А перед исчезновением их замечают напевающими одну и ту же мелодию, которую никто не может вспомнить.
В заброшенном поселке у глухого озера, где нет рек, тишина давит так, что кажется — ты последний человек на земле. Но однажды вечером, когда туман отрезал берег от мира, из черной воды донесся звук, которого здесь быть не может.
Ночью, спускаясь по пустынному севастопольскому серпантину «Тещин язык», чтобы извиниться перед дедом, я заметил в тумане странный светлый предмет, висящий на дереве. Луна то пряталась за облака, то выныривала, не давая разглядеть детали, но что-то в его очертаниях заставило меня подойти ближе.
