В доме, где отродясь не водились мыши, старая хозяйка просыпается на рассвете, чувствуя, как солнечный свет проходит сквозь ситцевые занавески, не достигая её. Домочадцы затеяли что-то опасное, отправив её на службу за тридевять земель, но даже в церкви, глядя на блюдечко с молоком для кошки, она не может отделаться от мысли, что вся живность всегда её сторонилась.
Вернувшись из армии, я снял комнату в старом доме, где пахло сыростью, а соседей не было видно. В первую же ночь меня разбудил грохот в дверь, и на пороге оказалась полураздетая, рыдающая девушка — моя соседка напротив.
В доме купца Попеняки творится неладное: скисает молоко, подгорает обед, а слуги в ужасе разбегаются после того, как в особняк проник загадочный прекрасный господин. Теперь очередь дошла до младшей дочки Марыси — и ни один караван не возьмет девушку, которая приглянулась ночному гостю.
В маленьком уральском городке семейная пара покупает старый дом уединённой старушки Акулины. Их внимание приковывает старинный резной буфет с запертыми ящичками и сотней деревянных гномов, но едва новый хозяин открывает нижнюю дверцу — из темноты с хищным рёвом вылетает нечто чёрное и мохнатое. Кто или что скрывалось в недрах фамильного шкафа все эти долгие годы одиночества?
В старом деревянном доме, стоящем на родовом месте, группа молодых людей просыпается затемно, чтобы ехать в церковь. Вдруг снизу, из-под пола, раздается отчетливый стук костяшками по доскам, а хозяйка дома буднично отвечает: «Да не сплю я, сейчас встаю». Молодежь в ужасе, ведь в подпол нет хода никому, кроме мышей и кота.
В старом деревянном доме, стоящем на родовом месте, группа молодых людей просыпается затемно. Лежа в постелях, они вдруг слышат из-под пола отчетливый стук, словно кто-то костяшками пальцев стучит в доски снизу. Хозяйка дома буднично отвечает на этот стук, но для гостей остается загадкой, кто или что может стучать из подпола, куда нет хода никому, кроме мышей и кота.
Молодожёны приезжают зимой на старую дачу, чтобы отдохнуть от городской суеты. Посреди ночи рассказчик просыпается и видит, как его покойный дедушка закрывает форточку, которой больше не существует.
Художник, покончивший с собой, лежит в гробу с неестественно вытянутой шеей и серым лицом цвета асфальта. Через три дня после похорон в старом доме, где поселился рассказчик, начинают происходить странности. Ночью в окно кто-то всматривается, и этот силуэт кажется пугающе знакомым.
В зеркалах старинного особняка, где Еремей Молчальник служит ночным сторожем, отражается не только настоящее. Когда часы бьют полночь, из глубины стеклянной глади начинают выходить те, кого давно нет в живых. И они хотят не просто напомнить о себе — они требуют закончить то, что не успели при жизни.
В старом доме, доставшемся в наследство от прабабушки, Андрей находит потрепанную книгу с инструкцией: в три часа ночи постучать в камин и задать три вопроса. Скептицизм сменяется леденящим ужасом, когда из камина доносится шуршание и грубый голос, отвечающий «да» и «нет».
В старом деревянном доме, доставшемся семье после таинственного исчезновения дяди, на чердаке обнаруживают выжженные символы. Ночью оттуда доносятся странные звуки, а серебряный крестик рассказчика начинает темнеть.
В старом доме, доставшемся в наследство от бабушки, поселилась молодая семья. Бабушка всегда говорила, что в этих стенах живут призраки, но они добрые и полны любви. Однако с переездом герой начинает замечать, что за закрытыми дверями действительно слышен шепот, а сам дом хранит какую-то пугающую тайну.
В старинном дерптском доме с рыцарскими доспехами и низкими сводами поручик Лосев не может уснуть. В полночь хрустальная люстра вспыхивает лазурным пламенем, и из её радужного сияния начинают выходить жёлтые скелеты.
В старом доме с печным отоплением компания друзей собралась на спиритический сеанс. В темноте, при свете свечи, в углу комнаты начала расти чёрная фигура, а тарелка на доске вдруг стала обжигать руки. Но одна из девушек вместо страха проявила дерзость — и разозлила незваного гостя.
В старом доме, где каждое лето герой разбирает завалы векового хлама, он находит комнату, скрытую за горой сломанных стульев. Внутри — пустота, корыто с одеялами и сундук, полный тарелок, под которыми спрятан мешок с тапками. Но что-то в этой находке заставляет сердце биться чаще.
В старом питерском доме с темными лестницами и вечно скрипящим паркетом молодая жена остается одна в коммуналке. Сначала скрежет в камине, потом шуршание в стенах — и вот уже соседская кошка приносит ей в постель задушенную крысу. А в четыре утра из пустой комнаты начинает доноситься фортепиано.
Весенний день тянется бесконечно, когда ты второклассница, а мама на смене до восьми. В старом доме, где скрипят половицы и тётя рассказывает о тяжелом одеяле и искрах перед глазами, самое страшное — это не шорохи на кухне, а запретный шкаф в кладовке, который манил тебя с тех пор, как ты в него залезла.
В старом доме под Ригой, куда переехала большая семья, по стенам бесшумно бегает оранжевое пламя, не оставляя следов. А в подвальной комнате, где поселился рассказчик, появляется полупрозрачный силуэт, который молча наблюдает за спящим.
В сталинском особняке с антикварной мебелью девушка-студентка устроилась сиделкой к обаятельному профессору-историку. Его вечерние чаепития затягивают её всё сильнее, а случайные прикосновения сухой руки вызывают странный электрический разряд. Но однажды она замечает: старик не так немощен, как притворяется, а его запретная книга на латыни носит пугающее название «Incubi».
Молодая мать с новорожденной дочерью переезжает в старый дом, где её с первых минут охватывает ледяной холод и тревога. Вскоре после заселения муж начинает странно себя вести, а по ночам из коридора доносятся шорохи и шаги, которые невозможно объяснить сквозняком.
В старом доме, пропахшем тиной и сыростью, пожилая женщина ждет сына, задержавшегося в ночную грозу. Ее не покидает странное предчувствие беды, а на подоконнике в горшках чахнут уродливые растения, похожие на волдыри.
Новая няня приходит в старый двухэтажный дом, где её встречает хозяйка в одежде XIX века. Сразу после ухода женщины героиня чувствует, что за ней кто-то следит, а дети странно намекают на судьбу предыдущей няни.
В Салеме, где ведьм жгли не за страх, а за совесть, у эксцентричного дядюшки Этвуда остался дом, который он завещал продать, но строго-настрого запретил в нём копаться. Джордж Дадли, последний из обедневшего графского рода, приезжает вступить в наследство, но поверенный советует не спешить избавляться от странного имущества. Что скрывают стены дома, который не решился продать даже сам чудаковатый хозяин?
Семилетний Коля запоминает всё до мельчайших деталей, но его мир сужается до фактов: больная рука, пропавший отец, мамин страх перед звуком ксилофона. В старом доме, где соседи готовятся к переезду, мальчик смотрит мультики, не зная, что некоторые вещи не предназначены для детских глаз.
В старом доме с неработающим лифтом парень ведет девушку к себе на седьмой этаж, пока она увлеченно рассказывает о паразитах. Но когда дверь открывается, их встречает не пустая квартира, а старуха с кровавыми глазами, которая швыряет в гостью книгу.
Писатель в провинциальном особняке пытается работать, но его отвлекает гнилостный запах мокрой овчины от портьеры. Ему мерещится, что за тканью кто-то стоит, и он боится даже обернуться.
В старом фамильном особняке, где синяя плесень дышит в такт туману с реки, коллекционер запретных фолиантов замечает, что его собственный карандаш начинает выводить буквы против его воли. Он пишет прощальную записку, не зная, сколько минут у него осталось, — и боится, что челюсти разожмутся раньше, чем он успеет закончить.
