В Паути-тауне, где летние вечера пахнут геранью и покоем, старый Тобиас правит своей повозкой, собирая тряпьё и железный лом. Но когда его путь сворачивает на Блэквуд-лэйн, к заброшенному дому Оугуста Уормвелла, тени становятся чернее, а деревья шевелятся без ветра — и даже взрослые предпочитают не вспоминать, что именно сорвало крышу с башни семнадцать лет назад.
Хирург Илья Афанасьев привозит с проклятой ярмарки банку с уродливым зародышем — и его жена Вероника, художница, одержимо привязывается к экспонату. С той ночи она тает на глазах, слышит плач из банки и называет существо «Тимошей» — отчеством самого Ильи. Но когда врач решает избавиться от диковины, жена вцепляется в стекло с нечеловеческой силой, и в доме начинает пахнуть формалином и чем-то сладким.
В заброшенном дачном поселке, затерянном в глухом лесу, фанерный домик, обшитый жестью, казался неприступной крепостью. Но каждую августовскую ночь с узкого чердака доносились чьи-то шаги, а всем, кто спал у печи, снилось одно и то же странное существо.
В поисках зарядки для телефона ты забрёл на забытый рынок, где продавцы встречают тебя недружелюбными взглядами, а воздух кажется слишком тяжёлым. Местный торговец молча указывает тебе на кафе «У Ёлочек» — тёмную дыру, которая будто высасывает свет даже в солнечный день. Внутри тебя встречает лишь квадратный лысый официант с лицом вселенской печали и чебуреки размером с твою голову, от которых пахнет одновременно детством и чем-то гнилым.
В 2005 году наш клан наткнулся на загадочный сервер Zakes Discount Bsps, обещавший уникальные карты для Sven Co-op. Но вместо новых уровней мы нашли файл TRAINING.bsp — странную, никем не модераторенную карту, которая не подчинялась законам обычного моддинга. С этого момента игра перестала быть просто игрой.
В старой пустеющей квартире сестра Оля остаётся одна с больным братом Сашей, который не встаёт с кровати и требует еды. С каждым днём ей всё труднее ходить в магазин, а Саша становится всё более настойчивым. Вскоре Оля начинает бояться оставаться с ним в темноте.
В этом доме всё подчинено Ей. Я делаю всё, чтобы угодить, но чувствую: она что-то задумала. Сегодня она слишком ласкова, и я знаю, что это значит — скоро мне придется защищать своих детей.
На старом кладбище, затерянном в лесу, тишина давила сильнее, чем могильные плиты. Пока мать с дочерью красили ограду, их не покидало ощущение чужого взгляда, а из кустов доносилось настойчивое, ритмичное «тук-тук». Внезапно замолчали птицы, и воздух наполнился ледяным ужасом, от которого хотелось бежать, бросив всё.
В старом доме, где когда-то повесился человек, мать укладывает сына спать, но мальчик не может успокоиться: он слышит шаги в пустой комнате, видит приоткрывшуюся дверь и жёлтый глаз в темноте. Мать всё списывает на мышей и сквозняк, пока её голос не срывается на ледяной шёпот с угрозой.
Проснувшись посреди ночи, мужчина обнаружил, что его квартиру окутала непроглядная тьма и гробовая тишина. Телефон не включается, спички не зажигаются, а за порогом его ждет та же пустота, лишенная звуков и света. Но самое страшное начинается, когда из этой темноты доносится тихое «цок» и чей-то голос требует открыть дверь.
Честер мчится на встречу с ней, сжимая в потных руках записку с назначенным временем у водохранилища. Он отчаянно пытается бросить курить, ведь она ненавидит табачный дым, и каждое движение к пачке в кармане — это борьба с самим собой. Но что скрывается за её готическим образом и властным голосом, который когда-то заставлял его слушаться?
В захламлённом сельском магазине с просроченными продуктами и спёртым воздухом Олеся с дочкой пытаются купить воды. Две странные продавщицы — одна с фальшивой улыбкой до ушей, другая с лающим голосом — встречают их слишком навязчиво. А когда девочка называет своё имя, воздух будто густеет, и Олеся замечает, что её собственные часы осыпались прахом.
В метро случилась авария, и состав застрял в тоннеле. Один из подвыпивших пассажиров решил не ждать и отправился пешком на станцию. Когда команда отправилась на его поиски, они нашли его на путях — но то, что они увидели, заставило одного из них схватиться за сердце.
На кукурузном поле, где подросток работал с бабушкой и сестрой, он заметил одинокую дикую яблоню. Подойдя ближе, он увидел у её подножья странных девушек в белых одеждах, которых здесь быть не могло.
В санатории «Ладушки» тишина давит, как могильная плита, а стерильная чистота кажется неестественной. Голые кусты шевелятся без ветра, и в пустом корпусе призраки прошлых постояльцев не сводят с тебя невидимых глаз. Отдых здесь начинается с ощущения, что ты уже не совсем один.
Зимней ночью в калмыцкой степи компания друзей замечает преследователя — громадное худое существо в чёрном пальто. Оно не издаёт ни звука, не оставляет следов на снегу и двигается так, будто парит над землёй.
В палатке после отбоя двадцать бойцов парализовало неведомой силой. Сквозь немоту и оцепенение старший брат моего друга слышит, как за стеной его собственный голос посылает ненавистного замполита матом. А сам он в этот момент не может даже пошевелиться.
Женщине снится пустое здание с длинным коридором, где у окон неподвижно застыли её родственники с испуганными лицами. Из белой двери выходит высокий лысый мужчина в старомодном костюме и детской панамке, с лицом, похожим на её покойного деда, но по-мальчишески юным. Он называет себя Федулом, и от этого имени по спине бежит холодок.
Ночной таксист на пустынной окраине подвозит интеллигентного парня, который всю дорогу молча вертит в руках тусклый металлический шар. Внезапно водитель понимает, что дома с таким номером на улице нет, а когда оборачивается — шар пассажира вспыхивает алым пламенем.
В первые дни 2006 года мы с будущим мужем приехали встречать Новый год в пустующую квартиру моего дяди в Калужской области. Я умолчала, что этим летом здесь умерла моя набожная двоюродная бабушка, и теперь на стенах и дверях повсюду видны нарисованные мелом кресты. А на следующий день после праздника в дверь начали назойливо звонить, хотя на лестничной клетке никого не было.
Станция «Рокафорт» пугает работников последней смены: за короткий срок здесь произошло несколько самоубийств, а на ночных мониторах видеонаблюдения иногда появляются фигуры людей, терпеливо ждущих поезд на пустом перроне.
В заброшенном доме из зеленого камня, где даже солнечный свет гаснет у порога, законы физики перестают работать. Говорят, здесь можно увидеть другие миры, но если ты их заметил — назад дороги уже нет. Мы вошли внутрь, чтобы проверить слухи, и сразу поняли: этот дом не пустует — он ждет.
Под стволом огромной ели в леденящую пургу волки терзают чью-то добычу, а окровавленный воротник мужицкой шубы делят пятеро волчат. Местные обходят эту тропу стороной, но что заставляет мертвеца лежать здесь, в самой гуще пира?
Ночной сторож в морге получает от старого коллеги странное предупреждение: запереться в дежурке и не выходить, что бы ни случилось. Сначала он не придаёт этому значения, но в полночь в коридоре раздаётся скрип двери, а затем кто-то начинает отчаянно рваться в его комнату, источая сладковатый трупный запах.
В глухой деревне, окружённой лесом, девочка росла, считая странности обыденностью. Однажды в чаще она повстречала мальчика в яркой рубахе с самодельной соломенной куклой, и между ними завязалась борьба за игрушку. Дед, прибежавший на крик, вдруг замер, схватил внучку и бросился прочь, а она, оглянувшись, увидела, что мальчик всё ещё стоит и смотрит им вслед.
Пацан купил на рынке дешёвые чёрные очки с черепушками на дужках. Стоило ему их надеть, как мир вокруг стал мутным, а в дверях за спиной соседки он увидел целую толпу невидимых людей.
В лесном озере, где кувшинки пахнут нежнее мёда, маленькая Ксения каждое утро оставляет горсть ягод на листе у воды. Но однажды за ней из чащи выходит человек с глазами дикого зверя и куском бечёвки в руках — и тишина над озером становится зловещей.
В конце 1920-х годов гениальный бостонский часовщик поселился в Энфилде с молодой красавицей-женой. Одержимый созданием часов, которые превзойдут мюнхенские куранты, он вложил всё состояние в постройку башни — и однажды застал супругу в объятиях рабочего. Вместо раскаяния любовники осмеяли старика, и мастер вернулся к своим механизмам с ледяной улыбкой.
В сером аду улья Лемегетон, где даже воздух пропитан потом и сталью, капрал Кулли ждет нового врага. Но среди бесконечных смен и грохота станков он замечает нечто странное: рабочие, сутулясь, исчезают за воротами мануфакторума, а выходят оттуда совсем другими.
В австрийской психбольнице Гелассенхайт пациент-поджигатель Максимилиан Шефер жалуется на ежедневного посетителя с отвратительным запахом и скверным характером. Врачи знают, что к нему никого не пускают, и пытаются разобраться в природе воображаемого гостя.
Стрелка спидометра застыла на девяносто одном километре, отказываясь двигаться дальше, а в салоне старой «девятки» компания необычных пассажиров направляется к пустынной заправке на закате. Здесь, среди запаха палёного и странных взглядов золотоволосого заправщика, даже обычная остановка грозит обернуться встречей с тем, что лучше не замечать.
Весной 1980-х школьник из Улан-Батора находит на пустыре отрубленную человеческую кисть. Но её размер в два-три раза меньше ладони самого мальчика, хотя кожа — морщинистая, взрослая. Находка исчезает, а спустя год выясняется, что её забрал отец друга — высокий чин местной милиции.
После бомбежки мы с Леной потеряли всё и уехали в тихий город. В новой квартире её начали мучить ночные кошмары: она слышит царапанье у изножья кровати и голоса, которых не слышу я. Врачи ставят ПТСР, но лекарства не помогают, и с каждым днём Лена всё больше уходит в себя, глядя в пустоту.
Семья въезжает в роскошный отель посреди заснеженного пригорода, чтобы встретить Новый год, но мать внезапно ловит себя на странном чувстве, будто они что-то забыли. Девушка за стойкой регистрации улыбается слишком сладко, а в книге записей аккуратно исправляет даты их жизни.
В детской комнате Максима есть Шкаф. Сестра предупредила: после десяти вечера оттуда вылезает Тварь, и спасает только одеяло. Мальчик не верит в сказки — у него есть плюшевый тигр-защитник, но сегодня он проснулся от грозы в полной темноте, один во всём доме, и сестра не отзывается на крики.
В темноте вашей спальни кто-то есть. Он не двигается, пока вы смотрите, но стоит отвернуться — подбирается ближе. Вы уже чувствуете его дыхание на затылке, но, когда резко оборачиваетесь, в углу лишь пустота.
В бизнес-центре Екатеринбурга охранник Витя с каждой сменой превращается в живую мумию: его тело спелёнывает невидимая чернота, высасывая силы, а на верхних этажах становится легче. Что за незримая тень преследует его по ночам и почему пустые коридоры несут смертельную угрозу?
Ночной костер, компания малознакомых людей и две страшные истории, рассказанные девушками. Но вместо обычного испуга рассказчицы вздрагивают, глядя в темный лес, а парни сидят с напряженными лицами — словно каждая байка оказалась слишком личной.
Девушка пишет, что заезжала ко мне домой и познакомилась с моим очаровательным братом-близнецом. Он угостил её кофе и рассказал истории из нашего детства. Вот только я сегодня задержался на работе, и у меня нет брата.
Ночью в детской оживает не тьма, а нечто, знающее мальчика по имени. Голос из угла успокаивает и манит, обещая то, чего ребёнок боится желать больше всего.
В дачном поселке Основе, среди бесконечных сосен и сыпучих песков, маленький Витя остается один после отъезда любимой няни. Его тянет к белому дому за железной дорогой, куда няня ходить не любила, говоря, что там «нехорошо», — и теперь мальчику предстоит встреча с новой гувернанткой.
Звон разбитого стекла и грохот вырвали меня из сна. Вскочив, я обнаружил на полу осколки и кирпич, хотя живу на седьмом этаже. Следующий снаряд едва не попал мне в голову, и я понял: это только начало.
В самолете Минск—Лиссабон пассажир замечает странного клоуна с разноцветными глазами, чьи зрачки живут своей жизнью. Незнакомец достает рупор и объявляет всем обвинения, а затем вытаскивает пистолет, из которого вылетает флажок с надписью «ОЙ».
В новогоднюю ночь Комов получает странный звонок из оптики: ему выдали чужой заказ. А друг советует разбить новые очки, глядя с ненавистью.
На длинной улице подмосковного города есть невидимая точка, где случайные прохожие начинают вспоминать самые жуткие истории из своей жизни. Стоит лишь ступить на этот участок — и память подкидывает леденящие душу подробности, которые лучше бы забыть.
Вдовец Бакстер вырезает тыкву на Хеллоуин, вспоминая, как его покойная жена Кэти любила этот праздник. Но когда он зажигает свечу внутри, вырезанное лицо оживает и улыбается ему в ответ.
В заброшенном полулесу, где даже в солнечный день царит мрак, семья находит небывалый урожай грибов. Ночью героиня видит в окне тощего мужчину в белой рубашке, который, заметив её, скалится в улыбке, полной золотых зубов.
Впервые Роман Левкин услышал тот стук, сидя на унитазе в собственной квартире. Вскоре звук повторился в машине, а затем и на деловом мероприятии — но никто вокруг его не замечал. Что или кто настойчиво стучится в жизнь преуспевающего бизнесмена, заставляя его вздрагивать от каждого шороха?
Ванная, шум воды, книга и мурчащий кот — идеальный вечер книгочея. Но скрежет в дверь раздаётся снова, хотя рыжий Ричард уже давно внутри. Кто-то настойчиво пытается войти, и этот кто-то явно не кот.
В жаркую летнюю ночь я проснулся от громкого птичьего гомона за окном. Две невидимые в листве березы птицы устроили настоящий скандал, их карканье пугающе напоминало человеческую перебранку. Когда я крикнул, чтобы они улетели, из темноты донесся грубый мужской голос, ответивший мне бранью.
