Зимней ночью 70-х инженер-строитель возвращается домой через заснеженные улицы Бельц. Внезапный шквал необъяснимой ярости сбивает его с ног, а у одинокого фонаря его встречает странный ребенок в буро-волосатом пальто.
В глухой деревне бабушка рассказала историю из юности: стоило ей в лесу поддаться соблазну и собрать слишком много красивых грибов, как дорога домой исчезла, а из чащи донеслись хлопки и смех. В другой раз отец рассказчика, отломив ветку для посоха, наткнулся в чаще на огромный валун — все тропы упрямо вели обратно к нему, словно лес сомкнулся вокруг путника кольцом.
Бывший парень, который любил разыгрывать собственную смерть, однажды является на порог посреди ночи и приказным тоном велит ехать гулять. Его рука ледяная, пассажиры в троллейбусе нас не замечают, а мои домашние тапочки утопают в грязи, покрывающей пол.
В доме, где на холодильнике год висела безобидная игрушка-брелок с целующимися мышами, ровно в три часа ночи раздалось её «I love you!». Проблема в том, что на кухне никого нет, а брат, который мог бы нажать на игрушку, сидит в другой комнате. Когда вооружённые ножом и вешалкой хозяева врываются на кухню, мыши замолкают, чтобы снова заговорить, стоило им выйти в коридор.
Зимой 12-летняя девочка на грани смерти видит во сне покойную бабушку, зовущую её в вагон медленно идущего поезда. Но каждый раз, когда она пытается ухватиться за протянутую руку, между ними проскальзывает таинственная тень, которая шепчет: «Ты должна жить».
В длинном больничном коридоре замечаешь сгорбленную старушку, которая медленно семенит вдоль стены с фарфоровой кружкой. Она кажется безобидным отголоском прошлого, но знакомый доктор знает о ней историю, от которой до сих пор не может опомниться.
Двое охотников с собакой пробираются сквозь ночную тайгу. Внезапно пёс замирает, шерсть встаёт дыбом. Поднявшись на пригорок, мужчины видят нечто, от чего мороз пробирает до костей.
