В 2002 году, срезая путь в соседнюю деревню, я услышал из леса полифоническую мелодию — редкий по тем временам звук мобильника. Звук манил, но стоило подойти ближе, как он отдалялся ровно на пять метров, словно дразня. Когда я плюнул и решил вернуться на дорогу, лес не отпустил меня, выкинув через полчаса блужданий в незнакомой деревне в пятидесяти километрах от дома.
Зима 1942 года. В деревне, занятой немцами, внезапно появляется старик с яростным взглядом и речью о древних богах, что были до христианства. Он записывается в полицаи и начинает вырезать странные знаки в роще за хлевом, утверждая, что война — это шанс вернуть утраченную свободу.
Ночной сталкер, привыкший к одиночеству и темноте, замечает в заброшенном парке двух женщин в белом, застывших в полной тишине. Они не реагируют на его шаги, а когда одна из них начинает поворачиваться, он понимает: под человеческим обликом скрывается нечто, что не должно существовать.
Ночная встреча у реки с девушкой, назвавшейся русалкой, оборачивается для парня странным подарком — медальоном, который она просит никогда не снимать. Но наутро в деревне начинают шептаться, а ветер доносит тревожные слова о том, что всё, начавшееся со лжи, ведёт к беде.
На старой даче с дочкой мы нашли комнату с видеомагнитофоном и ящиком кассет. Однажды ночью я услышал за дверью чьи-то крадущиеся шаги в пустом коридоре.
Вернувшись домой глубокой ночью, герой слышит странное жужжание у самого уха, но вокруг никого нет. Обернувшись, он замечает на воротнике своей куртки красно-желтую полосатую тварь — клопа, которого панически боится. Сбросив одежду и пережив ночь в кошмарах, утром он не находит насекомого, но понимает, что тварь всё ещё где-то рядом.
Одинокая хозяйка ставит в духовку четыре полоски теста, посыпанные сахаром. Она не отходит от плиты, но когда открывает дверцу, количество полосок… не совпадает с тем, что она помнит.
В московской квартире после смерти пожилой хозяйки начали происходить странные вещи: сами собой распахиваются двери, слышны шаги невидимки, а икона трещит так громко, что её слышно из любой комнаты. Жильцы чувствуют чьё-то незримое присутствие и боятся оставаться в доме.
Подросток остался один в квартире на ночь после известия о смерти деда. Стоило лечь спать, как из пустой кухни за стеной донёсся грохот посуды, звон стаканов и скрежет ножей — и этот адский оркестр не стихал часами. Собака, его единственная защита, смотрела на дверь и бешено лаяла, но выйти и проверить, что там происходит, он так и не решился.
Гувернантка Анна Владимировна смеётся над сказками шестилетней Наташи о полуденнике — существе, что исполняет желания тому, кто выдержит его взгляд. Но девочка упрямо ждёт полуночного гостя, пока в доме, где больна мать, а отец слишком занят новой любовницей, вызревает тьма.
В старом парке, где солнце нещадно палит аллеи, незнакомец настойчиво предлагает одинокому ребенку укрыться в тени. Он слишком ласков и слишком настойчив, а его забота о прохладе кажется странной одержимостью.
Вокзальная мелодия стихла, и «Красная стрела» унесла троих друзей в ночь. Разговор о петербургских странностях — нумерации квартир и полуденных выстрелах — оборачивается историей о съёмной квартире у Петропавловки, где в первую же ночь за стеной начинают звучать ритмичные шорохи и тоскливое мычание. Артём обещает уложиться до Бологого, но что он услышит в ответ из темноты старого фонда?
В старом полулесу, что начинается и заканчивается внезапно, было подозрительно темно для солнечного дня. Там я споткнулась о странный дряхлый уголок, торчащий из земли, а ночью в окно тамбура на меня уставился мужчина в белой рубашке с золотыми зубами.
Девочка обожала шоу «Ледниковый период» и уговорила родителей записать её в секцию фигурного катания. Но после неудачного падения на тренировке врачи скорой помощи столкнулись с чем-то необъяснимым.
Ночные пробежки в безлюдном районе частных домов казались идеальным способом сбежать от информационного шума. Но однажды на снегу рядом с моими следами появился чей-то третий след, будто криво срисованный с моего.
В общежитии за массивным деревянным шкафом поселилось нечто, что по ночам скребётся и с аппетитом поглощает гречку с рисом. Но однажды, обернувшись на звук, ты замечаешь в темноте не просто шорох, а два налитых кровью глаза, следящих за тобой из зияющей пасти.
В заброшенном полуподвале техникума, где лампочки моргают, как в дешёвом хорроре, студент натыкается на бледную девушку, играющую на пианино отрывистую, режущую слух мелодию. Она исчезает в коридоре, который ведёт к давно замурованной кирпичом стене, — но каким-то чудом он оказывается по ту сторону кладки. Теперь из густой, непроницаемой тьмы под лестницей за ним кто-то наблюдает.
В больничном парке, под старым клёном, пациент с помятыми нервами встречает черноволосую девушку, которая смотрит на него как на диковинного зверя. Она не отвечает на вопросы, а её появление среди запретов и тишины кажется слишком случайным. Что скрывает эта хрупкая гостья, и почему её взгляд не отпускает?
В Сандомире эпохи ПНР старый писатель Мечислав Нос получает от Службы безопасности задание устранить сотрудника издательства, посмевшего непочтительно изобразить главу государства. С пистолетом в кармане он входит в здание Института, но, добравшись до кабинета жертвы, обнаруживает, что его миссия принимает совершенно неожиданный оборот.
Двое мальчишек решают провести ночь в заброшенном поместье, что чернеет на фоне еловых вершин. Один из них делает шаг в тёмный коридор — и обнаруживает, что друг бесследно исчез за его спиной.
Обычный вечер, чашка кофе и кот — но тишину дома разрывает треск помех из ниоткуда. Лампочка моргает, стоит только отвернуться, а выключатель перестаёт слушаться. Кажется, в темноте коридора что-то идёт за тобой по пятам.
В домике на горе остались ночевать пятеро спасателей с телом лыжника, погибшего от жуткой травмы. Ночью в рации, которая отказывалась работать, послышался чужой хриплый голос, а труп в соседней комнате изменил позу.
Семья покупает загородный дом по подозрительно низкой цене. В первую же ночь оба слышат топот маленьких ног и видят смутный силуэт.
В спальном районе за одну минуту исчезло солнце, а город затопило ледяной водой. Я остался один в многоэтажке, где нет электричества, соседи бесследно пропали, а из-под крана течёт жидкость, обжигающая горло.
Мертвый друг явился во сне и пообещал вернуть карточный долг так, что хватит на всю жизнь. Наутро я пошел играть к старым знакомым, и удача была на моей стороне.
Ночное кладбище. Хозяин готовит стол из сломанных гробов, кровавый кагор и страшные просвирки. Он ждет гостей — врагов, любовниц, начальников, детей…
В африканских деревнях Танзании и островов Пемба с закатом приходит страх. Местные мужчины боятся ложиться спать: по ночам к ним пробирается низкорослое черное существо с одним глазом и кожистыми крыльями, оставляя после себя боль и странный приказ — рассказать о визите всем вокруг. Тот, кто ослушается, рискует получить повторный «гостинец» уже средь бела дня.
В окопах Первой мировой войны появился враг страшнее пуль и газа. Солдаты всех армий начали просыпаться с травмами, которые невозможно объяснить боем, и шептать об одном и том же кошмарном существе. Никто не знал, откуда оно взялось, но его присутствие грозило сломать хребет любой армии.
Ночная попойка в старом спальном районе. Выхожу на балкон покурить с приятелем — и в один миг его лицо искажает животный ужас, взгляд устремляется мне за спину.
Студент, запертый в бессонной ночи над курсовым проектом, обнаруживает на мятых листах число, выведенное чужим, детским почерком. Наутро он спешит сдать работу, не подозревая, что странная находка — лишь первая трещина в реальности, ведущая к заброшенному гаражному кооперативу.
В поезде Москва—Новосибирск, в пустом купе, ко мне присела девушка неземной красоты. Она знала обо мне всё, а её голубые глаза гипнотизировали, пока друг не ворвался с криком, что я полчаса орал благим матом в запертой комнате. Когда я открыл дверь, чтобы познакомить их — внутри было пусто.
Проснувшись от голоса бабушки, я послушно начала собираться в школу, хотя уже давно закончила её и живу одна. Но самое странное — сегодня воскресенье.
В командировке в забытый богом городок трое коллег натыкаются на идеально сохранившийся готический особняк XIX века, которого словно ждали. Пустынные улицы, мертвая тишина и бесследно исчезнувшие прохожие — лишь первая странность, которая манит их внутрь.
Одинокий путник находит убежище на ночь в заброшенной будке посреди бескрайнего поля и старой железной дороги. Он ставит сигнальные растяжки, чтобы обезопасить сон, но просыпается от странного чувства. Вокруг — ни души, но тишина кажется слишком глубокой, а тьма за окном — слишком живой.
В старом особняке, где ночь длится вечность, художник Августин уже 50 дней не смыкает глаз. Он пишет на черном холсте, купленном у сомнительного торговца, и с каждой новой картиной в комнате появляется нечто, видимое только ему.
Заброшенный военный посёлок, затерянный в глухом лесу, куда ведёт лишь разобранная железная дорога. Ни одной фотографии или записки о том, что там сейчас — только слухи о секретном кордоне и подземельях, о которых молчат даже бывшие сослуживцы. Герой решает нарушить это молчание, но его собака слишком внимательно внюхивается в воздух, а единственная дорога к посёлку оказывается подозрительно нетронутой.
В 1998 году я купил пятикомнатный дом за копейки. В первую же ночь меня разбудил скрежет под самым ухом, будто крыса грызет пол.
Каждое утро Аня просыпается в разрушенном городе, где вместо людей — серые тени в пустых глазницах. Но в зеркалах мир по-прежнему цел, а её «мама» не помнит катастрофы. Кто же тот парень с живыми зелёными глазами, который внезапно появился среди руин?
Февраль 2010 года. Я служил в Алтайском крае, и мы с двумя сослуживцами заблудились ночью на гусеничной машине. В безлунной тьме мы наткнулись на распахнутые металлические ворота, откуда вели наши собственные следы.
В заброшенной деревне, где даже электричка ходит раз в час, мальчик Паша остался ждать бабушку в пустом доме. Вокруг — тишина, пыль, засохшие цветы и странный кислый запах. А из-за забора за ним пристально наблюдает соседка с глазами, полными невысказанной тревоги.
В конце 2012 года физик из американского института случайно находит в классических формулах пугающую закономерность. Перепроверяя расчёты, он понимает: современная физика в корне неверна, а мир, каким мы его знаем, не должен существовать. Теперь ему предстоит выступить с этим открытием перед коллегами на конференции.
Неприятный тип с запахом пивоварни преследует меня повсюду, но никто, кроме меня, его не видит. Из-за этого я начал пить, меня мучают кошмары, и однажды я замечаю в зеркале, что сам становлюсь на него похож.
Тихий студент, сбежав от пьяного дебошира с ножом, остался один на ночной трассе. В отчаянии он заметил в поле огни заброшенного завода, но работающие фонари и целые окна среди гнили и запустения лишь усилили тревогу. А затем за его спиной с лязгом открылась дверь одного из зданий.
В пустой квартире раздаётся знакомый голос из прошлого — тот, кого герой год назад попросил исчезнуть. Теперь он женат, но старая ошибка вернулась и требует последнего свидания на заброшенной стройке.
Ночной звонок от старого друга вырывает Андрея из привычной бессонницы, но в голосе собеседника звучит странная фальшь. В офис к двум часам — пустяковое дело, как он сказал, но Андрей чувствует: за этим кроется что-то, связанное с его давней клятвой.
В больничных палатах слова умирающих звучат иначе. Санитар записывает последние фразы пациентов, но однажды замечает, что некоторые из них — совсем не то, чем кажутся.
Константин Миллер, кандидат наук и исследователь этики ИИ, умирает от инфаркта прямо во время доклада — и приходит в себя в тоннеле, который оказывается вовсе не метафорой. Впереди — столп живого огня, который знает о нём всё и уже начал задавать вопросы. Но Миллер тоже кое-что знает: о проекте, который его институт обсуждал вполголоса и называл «Аквариум».
Двое друзей запрыгнули в последний вагон привычной электрички, а вышли в середине состава, хотя поезд не останавливался и вагоны не перецепляли. Они оба помнят, что зашли в хвост, но реальность говорит об обратном. Что случилось с их воспоминаниями и с самим вагоном в пути?
Аня просыпается в своей уютной квартире, счастливая и влюблённая, провожая жениха в командировку. Но за окном её города — военные колонны, мёртвая тишина в эфире и странная эпидемия, о которой все вокруг говорят шёпотом.
На райском курорте, где даже кожа мерцает, как глиттер, Катю преследует странное дежавю: знакомые пейзажи кажутся собранными из чужих воспоминаний. А когда уличный музыкант запевает песню, которую она помнит с детства, иллюзия рая дает первую трещину.
