Фанат ретро-игр находит на газоне картридж с модифицированной версией Megaman Zero. В игре у главного героя нет лица — на его месте зияет чернота, а в меню появляется странное оружие под названием «рука».
В Рязанской губернии есть заброшенный мельничный омут Бучило, где даже воздух давит животным ужасом. С виду — тихое место для пикника, но через сорок минут любая компания в панике сбегает, бросая вещи. А ещё сюда с пугающей регулярностью бьют молнии, словно кто-то невидимый метит свою территорию.
Фотограф, вдохновляющийся гнетущей эстетикой заброшенных мест, делает серию снимков старого склепа. Просматривая кадры дома, он с ужасом замечает на снегу отпечатки тел, лежащих вокруг склепа, а в приоткрытой двери — чьи-то глаза.
В детстве мне снился странный сон про соседский дом — я стоял во дворе, чувствовал кляп во рту и видел человека с пистолетом. Спустя годы я вернулся на малую родину и узнал, что тот дом продаётся, а старый сосед встретил меня мрачным предупреждением.
В заброшенном тоннеле цементного завода мы с другом спустились по арматуре на трубы над водой, чтобы спрятаться от погони. Внезапно бетон над нами задрожал, и в тишине раздался звук катящейся по рельсам вагонетки — хотя рельсы впереди были оборваны.
В заброшенной деревне, где даже волки обходят стороной, мужчина прячется в собачьем вольере от того, что не может быть медведем. Четырехметровый силуэт бесшумно крадется по снегу, и местные псы, чувствующие опасность за версту, молчат в своих будках.
В приюте для сирот у маленькой Хейли сбылась мечта — её удочерили мрачные мистер и миссис Асмодей. Но в их доме, где на стене зияет пустое место от чьей-то выцветшей фотографии, девочка находит странную куклу, а в саду встречает подружку Атсим, которая живёт в заброшенном доме за забором.
В заброшенном заводе, где местная молодежь ищет острых ощущений, пол под ногами вдруг перестает хрустеть и начинает влажно хлюпать. А в темноте цеха бесшумно раскачивается многотонный крюк крана, хотя сквозняка нет. Компания разделилась, и те, кто остался внутри, начинают понимать, что они здесь не одни.
Мама строго-настрого запретила Кириллу смотреть на сварку, когда он отправился гулять на стройку. Но друзья заставили его нарушить запрет, и один неосторожный взгляд изменил всё — теперь мальчика преследует белый заяц с красными глазами.
В заброшенном штабе на окраине двора компания школьников травит страшилки, но настоящий ужас приходит не из рассказов. В их дом заселяется таинственный детский писатель, который слишком интересуется детьми и приглашает их на чай.
В заброшенном доме без лестницы, посреди ночи, ты просыпаешься и видишь двух старух в платках, стоящих у спящего друга. Они не могли сюда забраться, но они здесь — и одна из них оборачивается к тебе с бледной светящейся улыбкой.
В старом доме на берегу Дона, купленном с первой же сделки, первую ночь невозможно забыть. Среди шороха мышей и стука виноградной лозы вдруг раздаётся отчётливый топот босых детских ног по линолеуму — шаги приближаются к спальне, но никто из живых не должен там ходить.
Купив дачу первого апреля, вы получаете в наследство не только старый сарай, но и чёрный поливочный шланг, который предыдущий хозяин строго-настрого запретил трогать. Шланг не желает оставаться на гвозде: он перебирается в ваши сны, а наутро оказывается то на крыльце, то в мусорном баке, откуда возвращается сам. Участковый, явившийся с визитом, уже знает о шланге больше, чем вы, и его дедукция не сулит ничего хорошего.
В заброшенном озере, где никто не купается, Андрей находит уединение и покой. Но вода здесь хранит тайну: нежные прикосновения невидимых рук дарят блаженство, а однажды спасают ему жизнь. Кто скрывается в глубине, лаская и обнимая юношу?
Студент снимает дешёвую квартиру в старом доме, доставшуюся ему от странной девушки, которая на прощание ехидно советует «готовиться». В первую же ночь из пустой запертой комнаты начинает играть старая советская музыка.
В заброшенной метеостанции посреди рязанских лесов дед годами слушал эфир по ночам, записывая что-то в секретный журнал. Внук помнит его острый взгляд учёного и странную страсть к радиоаппаратуре, но до сих пор не знает, что именно тот слышал в треске помех.
Проснувшись на пустом вокзале, ты не помнишь, как здесь оказался, а встретившие тебя люди не знают, зачем они здесь. Табло над перронами приказывает не выходить на улицу, и за окнами — ни души.
В темном лабиринте средневекового замка я стою в маске чудовища, с ножом в руке, ожидая очередную группу посетителей. Но сегодня наша смена заканчивается странно: дверь заперта, свет погас, а коллега Петер не отвечает на крики, хотя сидит прямо перед камерой. Мы идем за ним в темноту — и не находим никого.
На заброшенном пустыре, среди бетонных плит и сорняков, обитает существо, не помнящее своего происхождения. Оно питается мелкими животными, учится подчинять их волю и исчезать, сливаясь с предметами. Но однажды к его территории приходит человек, и голод берет верх.
В панельном доме на улице Дагомысской пропадает жилец — его дверь распахнута, а в стене скребётся голос, называющий бетон тонкой кожей. Друг, пришедший на помощь, обнаруживает, что время здесь течёт петлями, а соседи с завязанными глазами учат ходить прямо в пустоту. Теперь он пытается выбраться из квартиры, где розетки втянулись в стены, а каждый угол пахнет мокрой известью и чужим ожиданием.
В глухом поселке стоит старый деревянный дом с башенкой, который Артем купил за бесценок, вопреки крикам жены. Внутри — роскошный подвал, отделанный как гостиная, хотя хозяева клянутся, что в этих стенах никто никогда не умирал. Но местные молчат, а прежний владелец вздрагивает, когда речь заходит о смерти.
В глухом лесу грибники наткнулись на городской канализационный люк, вросший в землю за много лет. Этот случай напомнил рассказчику историю со срочной службы на Дальнем Востоке, где на отдаленной точке ходили нехорошие слухи о пропавшем дезертире. Когда солдаты нашли такой же люк, самого безотказного бойца отправили исследовать подземелье.
На Алтае, в заброшенной детской больнице, на мутном стекле второго этажа внезапно появился белый бумажный голубь. Школьники Слава и Лёша, проходящие мимо каждый день, точно знают: раньше его там не было, а все входы в здание наглухо заварены.
Январским вечером 2020 года я, курьер «Блово», привёз пять бутылок молока странному клиенту в старом доме на Бунина. Голос в трубке звучал так, будто говорили сразу трое — прокуренный мужчина, шамкающий старик и писклявый подросток, а на фоне слышалось клацанье.
Отец привёл сына в заброшенную деревню, которой нет на картах, и заставил копать землю в чистом поле. Вместо клада на дне ямы оказалось нечто живое, движущееся под ногами.
В старой хрущёвке питерского Купчино, где каждый второй жилец — алкаш или нарком, я снимал комнату за бесценок. По ночам дверь в мою комнату и соседнюю, пустую, начинала открываться сама собой, а меня охватывал невыносимый, животный страх.
Весна 2020, самоизоляция и одинокая прогулка в лесу. Три лесных ручья сливаются в крошечную лужу, но вместо привычного отражения оттуда смотрит нечто с тремя подвижными глазами и ртом-дуделкой. Твоё лицо искажено до неузнаваемости, но все органы чувств на месте — или это только кажется?
В старом доме один за другим исчезают жильцы, а соседские собаки воют по ночам, словно чуют беду. Вера осталась здесь из-за проблемной собаки, но теперь её мучают странные сны, а реальность начинает путаться с кошмаром. Что-то не так с этим местом — и с теми, кто здесь живёт.
В старом доме у моря, среди пыльных вещей, нашлось заброшенное пальто с меховым воротником. Стоило засунуть руку в его рукав, как ледяная хватка сжала пальцы, не желая отпускать.
Мужчина остался один на пустынном шоссе посреди ночи, когда заглохла его машина, а жена бросила трубку. Решив сократить путь через тёмный ельник, он быстро понимает, что лес не просто пугает тишиной — он дышит, шепчет и следит за ним из черноты.
Старый завод, где трансформаторы под напряжением в шесть киловольт уже убили не одного рабочего. Герой замечает странную фигуру в каске, стоящую в темном коридоре перед одним из агрегатов, но, обернувшись, видит лишь пустоту и ржавое пятно на полу.
В частном доме есть старый колодец, который нужно регулярно чистить. В один из таких дней я спустился вниз и нашёл там скелет в платье. Зачем-то притащил его домой и начал воображать, кем была эта незнакомка при жизни.
Трое друзей с пивом и удочками сходят в забытой богом деревне Хрюшино-Степашино и сразу чувствуют присутствие потусторонней хуеты. Вокруг сгущается туман, в лесу хрустит ветка, а вернувшись в избу, они обнаруживают, что дверь исчезла, а из провала в полу тянет могильным холодом.
Электрик подрядился за три дня перемонтировать проводку в пустом особняке в старой Москве. Ночью, работая в подвале, он вдруг заметил, как приоткрытая тяжёлая дверь сама собой начала закрываться.
В лесу, куда компания приехала по наводке знакомого, всё пошло не так с самого начала: дорога и мост оказались не на своих местах. А у странного чёрного пруда, где камень уходит без всплеска, они нашли стеклянный шар с вплавленными камнями.
В заброшенном парке на окраине города мальчик доверчиво протянул руку к светящейся пилюле, из которой тянулись щупальца. Рядом стояла странная фигура в сером, молчаливо манившая ребёнка внутрь переливающегося шара.
В заброшенном пионерлагере под Рязанью я нашел старую фотографию, где моя бабушка, умершая за десять лет до моего рождения, держит на руках меня — младенца. Снимок выглядел новым, а на обороте стояла дата, выжженная лазерным принтером: прошлый вторник.
Полнолуние над пустырём, странная пьяная девчонка с бредовыми предупреждениями и бородатый старик, толкующий о нарушенном порядке вещей. Когда из темноты доносится душераздирающий женский крик, становится ясно: ночная прогулка к гаражу была ошибкой.
На пустыре, среди гор старых шин и высохшего болота, стоит четырехэтажное здание с зарешеченными окнами. Из трубы на его крыше иногда валит белый дым, а по ночам в окнах мигает свет, когда с окрестностей доносится вой. Местные жители начали исчезать после того, как в квартале появились навязчивые маклеры и странный белый бультерьер.
Объявление о продаже волос с припиской «требуются работники» завело меня в подземный цех, где старик-смотритель кашлял слизью с волосяными клоками. Конвейер выдавал бесконечные мешки с волосами, а из запретной комнаты доносился странный гул.
Водитель застрял на лесной грунтовке в сумерках и, надеясь найти помощь, зашел в крепкий с виду дом. Внутри было чисто и уютно, но в центре пола находился запертый люк.
Зимняя ночь, ледяной перелесок и беглец в одной футболке, спасающийся от неведомой погони. Вокруг — ни души, только заброшенная автозаправка и темный зев канализационного люка, где можно укрыться от мороза. Но тишина убежища нарушается чужими голосами и шагами у входа.
В треугольной деревне, затерянной в глухом лесу, царит неестественная тишина, а дома стоят пустыми, словно декорации. Местные жители — жирные, потные мужчины с влажной кожей — спят мертвым сном, но, кажется, провожают гостей взглядами из-под приоткрытых век. Путники слышат странную, смутно знакомую речь, а у одного из встречающих... нет лица.
В подвале заброшенной гостиницы, у входа в который застыл белый броневик, открылся клуб «Ньярлакотам». Умелые игроки облюбовали это место, пока однажды не грянул Чемпионат с невероятным призом и картой «Школа Террора», где главный секрет вёл прямиком к дверям клуба. Но что-то в этом подвале было не так с самого начала, и скоро игроки поймут, что странности только начинаются.
В заброшенной деревне, где дома стоят пустыми, а ночная тьма кажется живой, рыбаки слышат из леса необъяснимый гул: то ли барабаны, то ли крики, то ли смех. Алый свет разгорается за деревьями, приближаясь с каждой минутой, но никто не решается узнать, что его порождает.
Ночью в пустом детском лагере старая вожатая предлагает вызвать духа. Иголка на самодельном алфавите отвечает, что он здесь и он не добрый.
В загородной усадьбе покойного деда-ученого герой надеется обрести покой, но вместо этого его начинают преследовать сны, неотличимые от реальности. Странная услуга от незнакомого коллеги и смутное чувство вины лишь усиливают тревогу, а стены старого дома, кажется, хранят нечто большее, чем просто воспоминания.
Станция метро «Обводный канал» в Петербурге открылась недавно, хотя пассажиров там почти нет. В один из вечеров я спустился туда, как обычно, но почему-то оказался на противоположной платформе, а часы над тоннелем показывали одно и то же время с обеих сторон.
В подземных тоннелях старой хрущовки время течет иначе: то, что кажется путнику парой часов, может растянуться на дни. Среди семи известных ходов есть один, ведущий к кирпичной стене, которая за ночь восстанавливается после взрыва — и это не шутка местных барыг.
В заброшенной деревне Глядино, где после Происшествия осталось лишь несколько жилых домов, Марья пытается обустроить быт среди странных тварей, занявших сараи. Но главная угроза кроется не в ноющеедах или лосечеловеке — тени за окном становятся всё длиннее, и до темноты нужно успеть накормить тех, кто вот-вот придёт.
