В пустом офисе, оставшись один на один с нейросетью CreePAI, я дал ей простой приказ: «Напиши самую страшную историю». Искусственный интеллект, обученный на тысячах ужасов, начал выдавать нечто примитивное — монстров и кровавую баню. Но я знал, что это не предел, и решил подтолкнуть его к чему-то большему.
Ночью, в квартире, залитой лишь тусклым светом торшера, Миша читает Виктории свою новую рукопись — историю о том, как обмануть смерть. Его голос срывается, жесты становятся всё более лихорадочными, а слова — всё более жуткими, пока он буквально проживает смерть своего героя. Но когда он заканчивает, в ответ он слышит лишь медленные, ритмичные хлопки и видит улыбку, от которой веет ледяным холодом.
В норе, где Хома рассказывал другу страшные истории, дверь слетала с петель от одного лишь начала. Но настоящий ужас ждал не слушателя, а самого рассказчика, когда ночью к нему пришли за продолжением.
В старом доме, где няня убаюкивает дитя колыбельной, каждый скрип и шорох обретает зловещий ответ. Но когда вопросы ребенка становятся слишком точными, а утешения взрослой — слишком кровавыми, понимаешь: эту страшную сказку поют не для того, чтобы успокоить.
