В центре шумного городка затерялось тихое кладбище, где воздух пахнет морем и тиком, а старик-смотритель сидит неподвижно, словно часть пейзажа. Ночной гость приходит по странному объявлению «Земля на вывоз. Бесплатно», и в ответ на неловкие расспросы смотритель вспоминает единственный случай, когда ему стало страшно: женский голос, доносившийся из-под промерзшей земли.
Уэйн наконец добрался до Лавки миров — покосившейся лачуги, где за огромную плату старик Томпкинс обещает отпустить сознание в любую из бесчисленных реальностей. Но когда хозяин заговаривает о сокровенных желаниях, становится не по себе: он слишком хорошо знает, что даже сам клиент не ведает, чего жаждет его душа.
В заброшенном монастыре старик с нечеловеческим голодом в глазах крадётся за невидимой жертвой. Его время на исходе, силы тают, но он должен успеть — иначе будет поздно. Он настигает добычу, но та отказывается подчиняться правилам игры.
Семьдесят один год — не повод для грусти, если только вчера ты не чувствовал себя старым, а сегодня не проснулся высохшим, как трут. В день рождения, оставшись без гостей, старик дарит себе странный каприз: витражное окно с Портобелло-Маркет, где сквозь мутное стекло и темно-бордовый леденец вечерний свет отбрасывает на стену тень раздувшегося паука.
В воскресном Риджент-парке, у подножия Примроуз-хилл, каждую неделю появляется старик в инвалидной коляске, кормящий голубей странным липким кормом. Его бледное лицо в оспинах, пластиковые перчатки и молчаливый слуга вызывают смутную тревогу, но жена рассказчика видит в нём лишь жалкого калеку. Однако местные голуби подозрительно жирны, а сам старик с каждой встречей словно... усыхает.
В заснеженной глуши, среди воющей метели, заблудившийся инженер находит одинокую хату, где его встречает старик с неестественной силой и странной улыбкой. Внутри его ждет ужин, загадочная девушка с родинкой в форме подковы и гнетущее чувство, что стены этого дома помнят больше, чем могут рассказать.
