Муж-врач считает мою болезнь выдумкой и запирает меня в старой детской с жуткими обоями. Я чувствую на себе чей-то взгляд, но он твердит, что это сквозняк. Почему дом сдавался так дёшево и кто жил здесь до нас?
Он понял, что это катастрофа, с первого взгляда, но медлил, не в силах уйти. Следующие месяцы казались зомбированием, где он наблюдал за собственным унижением со стороны. Даже когда она ударила его ножом, он начал оправдывать её, чувствуя, что в его голове поселилось что-то чужое.
