Кепка из Копенгагена

После инсульта отец почти оправился, но походка изменилась — стала враскачку, как у старого моряка, хотя он никогда не был на море. А новая копенгагенская кепка, которую он так полюбил, словно пробудила в нём странную, давнюю тоску. Однажды он попросил привезти ему сигареты, которые курил лишь раз в жизни — в ночь моего рождения.