В захолустном Сирореченске, где жизнь течёт мимо трёх нераскрытых убийств, останавливаются двое охотников за паранормальным. Их интересуют не репортажи, а странная смерть — и в этом городе она уже случилась. Но что именно привлекло их внимание в этой сонной дыре, и почему рассказчица не уверена, рада ли она очередной «удаче»?
В захолустном Саммерстауне шериф Гарри Логан находит тело повешенного индейца, чья смерть — дело рук местных линчевателей. Но старый шаман, сидящий у трупа, обещает, что земля сама взыщет за убийство, и вскоре шериф понимает: закон белого человека здесь бессилен.
Вернувшись в родной Черривиль после смерти отца, Ширли Картер, которую город помнит как скандальную дочь мэра, затевает дорогой ремонт в родительском особняке. Местные сплетничают о наследстве, а коллега советует массажистке не связываться с «этой шалавою», но та готова щедро заплатить за курс реабилитации после перелома.
Переезд в унылый городишко, где все друг друга знают, а единственная достопримечательность — дымящий завод, обернулся знакомством с местным инвалидом Элвином. От него разит сыростью и тленом, как от давно умершей рыбы, а его плотоядный взгляд на старшую дочь соседей не сулит ничего хорошего.
Илья Дюрягин приезжает в захолустный Ребровск на похороны друга, который разбился при загадочных обстоятельствах. На кладбище его встречает толпа жутких уродов, а злобная старуха требует немедленно убираться из города.
В тихом Хмелевске, на месте бывшего пивного бутика, открылся мясной магазинчик с пугающей аббревиатурой «РЖМ». Местные шутят, что полуфабрикаты делают из «рогов, жил и мышей», но хозяйка Даша знает другое: продавец — маленький лысоватый мужичок со «свинячьими глазками», который слишком тепло смотрит на посетительниц. А на фоне пропажи женщин и детей в городе его навязчивое внимание начинает казаться не просто странным.
Вернувшись в родной городок, Настя с радостью окунается в объятия детства и местного говора, но беззаботная встреча с подругами срывается: одна из них бесследно исчезла, не отвечая на звонки. В тихой провинции, где все друг друга знают, эта внезапная пропажа кажется лишь досадной случайностью, пока тишина в телефоне не начинает давить тяжелее, чем духота старенькой «девятки».
