Снежная корка хрустнула под ботинком, и Саша понял: сорваться здесь — смертный приговор. Но когда лавина швырнула его на скальный уступ, он вдруг обнаружил, что холод больше не кажется враждебным.
Над заснеженной Пермью поднимается дирижабль «Биармия» с пятью десятками антропологов на борту. Гид Тимур ещё не знает, что канадский учёный с глазами-безднами вручил ему не сувенир, а защиту от того, чьё имя лучше не вспоминать вслух. Когда задул северный ветер и в конференц-зале начали воспроизводить древние ритуалы, стало ясно: эта научная конференция — лишь прикрытие для встречи с чем-то, что голодно ждёт за облаками.
Вертолёт садится в заснеженной Волочанке, чтобы забросить журналистов в почти отрезанный от мира Усть-Кылын. Местный пилот впервые за десять лет слышит, что кто-то едет в этот странный посёлок, и его ухмылка не сулит ничего хорошего.
Снегоход уносит группу спортсменов в заснеженную глушь, где даже телефон не ловит сеть. Выйдя из домика подышать воздухом, Лиса замечает в центре замёрзшего бассейна алое пятно, а затем — парня на коленях, чьё тело дёргается в луже расползающейся крови. Но стоит ей моргнуть, как бассейн оказывается пуст, а вокруг — лишь нетронутый снег.
В заброшенной котельной среди заснеженных сопок Кольского полуострова четверо беглых солдат ищут убежище. Но старый знакомый, предложивший им эту берлогу, ведёт себя странно, а в лабиринте обледенелых труб кто-то или что-то оставило серебряный крестик.
В заброшенном доме, где меловые руны на полу обещают встречу с пропавшей школьницей-убийцей, героиня, не боящаяся темноты, проводит ритуал призыва. Но тишина в ответ — лишь затишье перед тем, как снег за окном начнет шевелиться, а силуэт в дверном проеме окажется не креслом.
На балконе заснеженной многоэтажки стоит тигр. В дверном проёме квартиры замерла огромная белая волчица. А на кровати лежит беспомощный, скованный болезнью Шоно, сжимая в руке старинный кинжал.
На Эльбрусе, в одиночку, Жек находит под слоем свежего снега медвежий след и серебряное кольцо. А ночью в палатке, где он должен быть один, кто-то ложится рядом и просит взглянуть на него.
В посленовогодней суматохе на даче, кишащей незнакомцами, Алиса застает своего мужа, нежно обнимающего другую женщину. Решив разыграть спектакль оскорбленной невинности, она хватает ключи от машины и выбегает в ночь, чтобы уехать домой. Но в белом безмолвии заснеженного двора её ждет нечто, что превратит ревнивый побег в настоящий кошмар.
Зимний вечер, заснеженный двор, трое подростков караулят поворот. Машина проскакивает ловушку, и старший сплевывает: «Сорвался, падла!» — но что они ждали на самом деле и почему тринадцатилетний Пашка так старательно лепит снежок, глядя на дорогу?
