В подмосковном городе-спальне, куда Инна переехала ради московской мечты, ночные улицы хранят мёртвую тишину. На лавочке у её подъезда сидят три старухи, обсуждающие не погоду и не соседей, а то, как из человеческих тел вместо крови сочится труха и вылетают мотыльки. Девушка спешит домой, не подозревая, что эти бабушки уже знают о ней всё — и у них свои планы на новую жиличку.
В далёкой стране с немыслимыми названиями городов женщина прижимает к груди неподвижного новорождённого сына и настаивает, что чувствует, как он сосёт. Мёртвый мальчик открывает глаза, но отказывается расти и принимать пищу, а его отец-умелец создаёт механическую кровать, чтобы вытягивать сына в высоту. На седьмую зиму родители отправляют странного, высохшего ребёнка в школу, где одноклассники презирают его, а учительница просит всех затаить дыхание, когда он отвечает у доски.
В следственном изоляторе герой старается слиться с серой массой, но разговор с опером заходит в тупик. Внезапно у кума начинается приступ боли в груди, и тишину кабинета разрывает звук, с которым рвется человеческая плоть.
Митя Слонов обнаружил на теле друга Олега ярко-красную полосу, которая появилась неизвестно откуда и не смывалась. Вскоре выяснилось, что с такой же аномалией столкнулись и другие люди. Что это — странная эпидемия, чья-то жестокая шутка или нечто гораздо более зловещее?
Мама вернулась домой к маленькой Саше, но в привычный вечер врывается тревога: реклама контрацептивов, проповеди о материнстве и странная боль внизу живота. В мире, где всё стало розовым, а случайности страхуют таблетками, тишина кухни кажется обманчивой.
Дима заметил на животе у щенка металлическую застёжку-молнию, а мама с ножом в руках настойчиво советовала заглянуть внутрь. Позже мальчик оказался в тесной пещере с колышущимся существом, которое говорило о крови и жилах, а папа показал ему длинный шрам на собственном животе.
Ночной лес — не место для маленькой девочки в летнем платьице. Но она сидит под березой с раздутым животом и змеиным хвостом, свисающим изо рта. А на заправке в глуши два оператора становятся свидетелями того, как из чащи выползает нечто, сминающее колонки, как карточные домики.
Проснувшись утром, Руслан обнаружил, что в паху больше нет ничего, кроме жалкого отростка длиной с наперсток. Но уже через минуту иллюзия рассеялась, и он с облегчением вышел из ванной к жене и дочери. Однако привычная утренняя ссора с Оксаной внезапно оборачивается чем-то, что заставит его судорожно хвататься за инструменты.
В квартире разбросаны осколки чувств, которые четырехлетний Петя собирает вместе с деталями конструктора. Отец семейства ощущает, как из него выгрызают внутренности, но не находит на теле ран — только горячую кровь, заливающую спину. Жена смотрит с подозрением, а в голове мужчины нарастает гул, грозящий прорваться наружу.
В подземном переходе, где гаснут лампы и из пустоты доносится пение, парень по кличке Спира отказывается идти дальше. Его пальцы чернеют и удлиняются на глазах, а силуэт в конце тоннеля приближается, не двигаясь с места.
В клинике обещают быстрое похудение без диет и спорта. Секрет метода — в особых нейромодуляторах, которые заставят сердце биться чаще от настоящего ужаса. Назар соглашается на процедуру, еще не зная, что именно скрывается за белыми стенами кабинета.
В школьном туалете Коля с ужасом наблюдает, как его собственные пальцы вдавливаются в глазницы соклассника Чебака. Он не может остановиться, не владеет своим телом, а вокруг начинает сгущаться непроглядная тьма, полная невидимых теней и зловещего смеха.
В мясной лавке Эсти Хольма идеальная чистота, но крошечный порез на перчатке стал лазейкой для того, чье имя скоро узнает весь мир. Гость уже в его крови, и Эсти списывает озноб на ротавирус, не подозревая, что проиграл партию в ту секунду, когда содрал заусенец.
В мире, где стресс и негатив материализовались в настоящий яд, заставляющий кожу сочиться кровавым потом, героиня пытается выжить, прячась за влажными салфетками и избегая токсичных прикосновений. Но завтра — день обязательной терапии, которую боятся все, но которая страшнее самой отравленной жизни.
Раннее зимнее утро, пустая остановка и странный тринадцатый троллейбус, который подобрал только одного пассажира — угрюмого Петра. Внутри салона невыносимо жарко, а за окнами вместо привычной дороги — пульсирующие стены из плоти и гул недовольных голосов.
Проснувшись после пьянки, герой обнаруживает на спине чужую, отвратительно сделанную татуировку, которую совершенно не помнит, как набил. На следующий день рисунок начинает меняться сам по себе, пуская отвратительные «корни» по телу, а мастер из салона лишь ехидно усмехается, показывая точно такой же символ у себя на запястье.
Отец и сын на тихой рыбалке в заброшенном дачном поселке. Спасая вечер, папа отправляется искать червей в ближайшую рощицу — и находит нечто, копошащееся в разлагающейся туше лисы.
В мире, где люди ходят по воздуху, а здания плывут, как корабли, над головой раскинулось Второе море. Но среди этой утопии, где каждый волосок — небоскреб, а счастье решено уравнением, в тесноте городов начинает работать жуткий закон: на телах прохожих отпечатываются лица их соседей.
Ини Чинту очнулся в полной темноте, не в силах пошевелиться. Бесстрастный голос из ниоткуда сообщил ему, что он ослеп, лишен рук, ног и языка. Теперь его несут куда-то навстречу солнечному теплу, а вокруг стоит звенящая, неестественная тишина сотен безмолвных наблюдателей.
В машине холодно, клиент странный и требует только дрочки. Рука проститутки устала, а член мужчины кажется неестественно огромным — но внезапно её пальцы обжигает острая боль.
