Комбриг Остенберг, бывший сыщик из Одессы, пятую неделю гонится по кровавому следу за атаманом Юдиным по прозвищу Упырь. Тот не грабит, а режет всех подряд — детей, стариков, женщин, жжёт церкви, и за ним не стоит ни белых, ни красных. Но чем ближе комбриг к своей цели, тем чаще местные шепчут, что Юдин не человек вовсе, а сам дьявол, и что пуля его не возьмёт.
Федю Стахова разбудил тигриный рык среди заснеженной Москвы. Восемь лет назад наполеоновские солдаты повесили его отца, но сегодня мальчик слышит его голос, а за стеной балагана творится неладное. Ночью артисты уходят к проруби, и ветер доносит до Феди странный, оборвавшийся плач.
В гостиной петербургского особняка знаменитый чтец Арбенин слышит собственный голос, записанный на фонограф, — но механический двойник искажает каждое слово, превращая декламацию в пытку. Никто из гостей не замечает фальши, однако сам Арбенин чувствует, как нечто чужеродное просачивается в его речь, высасывая жизнь из звуков. Вскоре он начинает слышать пустоту в собственных гласных — и понимает, что фонограф украл не просто голос, а часть его души.
В разгар Великой чумы 1665 года в английскую деревню, погрязшую в пороках, явился таинственный незнакомец, начавший клеймить грехи жителей. Никто не знал, откуда он пришел и как оказался среди них, но его внезапное появление стало предвестником ужаса, скрывающегося на тихих полях. Когда заразная хворь подобралась к границам поселения, этот пришелец оказался тем самым раскаленным прутом, что должен был прижечь гнойные раны обезумевшей от безнаказанности деревни.
В замке Касугаяма, на пороге эпохи Сэнгоку, великий полководец Уэсуги Кеншин молит богов о победе. Но его путь лежит не на поле брани, а в порт Нагасаки, к чужеземным иезуитам, чьи хитроумные витражи и странные обычаи манят его сильнее, чем аркебузы Оды Нобунаги. Среди вони и пьяного угара португальского трактира он ищет ответ, не подозревая, что самая страшная тайна уже ждет его за порогом.
В июльское полнолуние 1883 года я возвращался пешком с именин соседки, отвергнув экипаж. Ночная дорога через поле и туманный лес казалась безмятежной, пока я не вспомнил о странном «движении» — недуге, что преследовал меня годами. В тот вечер оно молчало, но лес, казалось, затаил дыхание, готовясь явить нечто, что не было ни звуком, ни призраком.
Весна 1888 года, заброшенные руины Пестума и поезд, на который двое архитекторов решают не садиться. Оставшись среди пустеющих храмов, они замечают странную заброшенную виллу с заколоченными окнами — место, которого нет ни в одном путеводителе. Но куда страшнее то, что вскоре они понимают: они здесь не одни, и те, кто бродит меж руин, не собирались уезжать с вечерним поездом.
В заволжских степях XVII века беглый холоп Емельян Стеклодув, чья молва превратила случайную драку в подвиг, ищет армию Разина. Но лихорадка настигает его в пути, и в бреду он видит не только тайну будущей песни, но и то, что грань между жизнью и смертью уже стерта. Очнувшись у кочевников, он крадет их сбережения и случайным выстрелом взрывает царский арсенал, привлекая внимание самого атамана.
В петербургском доме предварительного заключения, в одиночной камере, политический заключенный медленно сходит с ума от тоски. В осенних сумерках он проваливается в сон — или наваждение? — где оказывается в Москве и с ужасом узнает, что его невеста, оставленная в гостинице, уехала с незнакомцем в высокой черной шапке. Теперь он мчится по заснеженным улицам вслед за извозчиком, который везет его в неведомую часть города, где начинают стираться даже названия переулков.
Семеро рыцарей-крестоносцев, изнемогая от жажды в глухой ливанской долине, готовятся встретить смерть с молитвой. Их пение прерывает звонкий топот — на повороте ущелья появляется таинственный всадник в золотых доспехах, чей герольд бросает вызов на турнир обессилевшим воинам.
В Тулузе, в канун казней за колдовство, мастер восковых фигюр Гюи Бертран получает заказ на портрет от таинственного незнакомца. Сходство должно быть разительным, а плата щедра, но сам заказчик внушает скульптору леденящий ужас.
Весна 1543 года. Тишину городка Лукомья разрывает отряд коронных войск, но солдаты едут в жутком молчании, а среди них — пленник, с ног до головы увязанный ружьями, с лафетом на спине и лицом, закованным в железную решетку. Кровавый пот струится по его щекам, но никто не смеет взглянуть ему в глаза — даже месяц не может пробиться сквозь эту маску.
В немецких окопах — суета: солдаты надели маски с хоботами, похожие на бесов. Ротмистр Корнилов понимает: враг готовит газовую атаку, а приказ о штурме пришёл, кажется, слишком поздно. Русская пехота идёт в полный рост навстречу жёлто-зелёному облаку, и тишина этой атаки страшнее любого крика.
В то зловещее лето, когда горела сама земля, а небо по ночам становилось неестественно розовым, я жил в помещичьем доме, полном страха. Мы искали таинственных поджигателей, но настоящая угроза таилась не в огне, а в том, что начиналось, когда набат звал в ночь.
В уездном городке Ч…, где на верстовой улице стоят лишь три дома, подпоручик Бубнов прогуливается, мечтая о том, что бы он делал на месте Наполеона. Внезапно к нему подходит странно одетый незнакомец и с порога заявляет нечто невероятное, а затем, чтобы доказать свою правоту, выделывает такие штуки, от которых у любого здравомыслящего человека поехала бы крыша.
Голодный Париж, октябрь 1789 года. Толпа выводит пекаря на самосуд, заставляя его читать унизительную молитву, но хлеба на горизонте всё нет. Когда тысячи людей застывают в поле, ожидая несуществующую подводу, их коллективный голод начинает рождать нечто, что парализует волю и превращает город в сцену для чёрных грёз.
Британская Суматра, 1889 год. Возвращаясь с прогулки, плантатор Вильям застаёт слугу в панике: тот клянётся, что слышал страшные крики жены хозяина. Но в доме тихо, а из спальни доносится лишь тяжёлый, низкий вздох и запах сырого мяса.
В засушливом июне 1878 года рыжая и рябая Арина, которую бабка пилит за «некрасивую» внешность, встречает на деревенских игрищах смуглого незнакомца. Он целует её и бесследно исчезает, а вскоре бабушка настойчиво отправляет внучку в лес к внезапно объявившейся родственнице, о которой раньше никто не слышал.
В Гаване, где зной плавит камни, а слухи о восстании рабов стелятся гуще пыли, лейтенант Диего Варгас получает приказ от инквизитора: сжечь пленных колдунов, чтобы запугать невольников. Но за осквернёнными могилами и шёпотом о хунганах кроется нечто большее, чем страх бунта — и у лейтенанта есть лишь время до шторма, чтобы понять, кто на самом деле угрожает городу.
