В бункере, где выжившие после катастрофы живут по циклам, главблок Николай и врач обходят детей, ликвидаторов и инженеров. Они делают уколы, раздают таблетки и обещают скорое спасение, но их фальшивые улыбки и дрожь в голосе выдают страх. Почему взрослые так нервничают, а дети безропотно соглашаются на процедуры?
В заброшенном бункере времен Второй мировой три подруги ищут контент для Инстаграма, но находят дверь, которой там быть не должно. Металлическая створка гостеприимно приоткрыта, приглашая войти в лабиринт одинаковых комнат, где каждая следующая дверь ведет все глубже в неизвестность.
Курю у панорамного окна в кабинете старого знакомого, пока за стеклом небо истекает чёрной сукровицей, а доктор Лесовский без умолку объясняет мне мою жизнь. Он говорит, что меня не похищали — что родители сами продали меня проекту «Таламус», бункеру, где двадцать детей годами учили тому, чего не умеет никто. Я слушаю, докуриваю «Винстон» и жду, когда небо обрушится на город, — потому что где-то там, среди трупных мух, всё ещё бьётся изумрудное крыло.
Посреди выжженной пустыни, в церкви, забитой трупами адептов странного культа, герой находит люк в подземный бункер — и слышит оттуда женский крик о помощи. Спустившись, он узнаёт в пленнице ту самую девушку с ресепшена отеля, где он останавливался сутки назад. А в бардачке его кадиллака лежит правило, которое лучше не нарушать: всегда быть в машине одному.
