Весна 1992 года, девятилетний мальчик один дома после школы. Внезапно после выпуска новостей на экране гаснет свет, раздаётся колокольный звон, и из черноты проступает надгробие с фотографией мёртвой старухи.
Мальчик возвращается из школы в пустую квартиру и находит работающий телевизор, показывающий странный фильм: мужчина в пальто и шляпе бесконечно идёт по ослепительно белой площади под палящим солнцем. Чем дольше школьник смотрит, тем сильнее его охватывает невыносимая жажда и чувство, что он сам стоит на этой раскалённой мостовой.
В новогоднюю ночь продавщица Надя и местный выпивоха Савельев остались вдвоём в ларьке посреди бешеной метели, отрезавшей их от мира. Прямое обращение нового президента по телевизору внезапно прерывается — его лицо на экране искажается, лопается, а следом гаснет весь свет. Когда электричество возвращается, в ларьке становится ясно: метель скрыла не только дороги, но и кое-что пострашнее.
В Останкино, в жуткую ночь 1995 года, я включил телевизор по совету Владислава Листьева, чтобы спасти умирающую сестру. Вместо технического перерыва на экране застыла искалеченная заставка «Телестанция Останки», и теперь я не знаю, что таится в эфире, который не должен существовать.
Лето 1991 года, Стерлитамак. Шестилетний мальчик включает телевизор, ожидая привычных мультфильмов, но вместо этого видит странную куклу с черными глазами и розовыми волосами, которая молча бродит по вырезанным из газет домам. Внезапно идиллию прерывает нарастающий шум ветра, а экран гаснет, чтобы через мгновение показать ту же куклу — но уже с выколотыми глазами и оторванными руками, приближающуюся к зрителю под жуткую музыку.
В детстве нас с братом пугала кукла Макс из нашего любимого шоу. Теперь, спустя годы, мой брат лежит неподвижно, и единственное, что выводит его из ступора — это работающий телевизор.
Восьмилетний мальчик, мучимый ангиной, засыпает перед телевизором в гостиной. Среди ночи он просыпается и видит на экране странную, любительскую передачу, где люди на кладбище раскапывают могилы на аукционе. Ребёнок не может оторваться от жуткого зрелища, которое длится без единой рекламной паузы.
Вернувшись домой за полночь, Виктор Александрович застал брата неподвижно сидящим в старом кресле. По телевизору шёл репортаж о беспорядках в загадочной стране Тлён, которой, как выяснил учитель географии, не было ни в одном справочнике.
В арендованной квартире на окраине Заводского района, в белую февральскую ночь, герой встречает свое тридцатилетие в одиночестве. Телевизор ловит странную передачу, а когда изображение сменяется немой балериной в маске кролика, его пронзает ледяной узнавание — он уже видел это ровно так же, в далеком детстве.
В депрессивной квартире с допотопным телевизором, который ловит только помехи, героиня слышит тихую колыбельную. Мелодия звучит на грани слышимости, но стоит подойти к экрану — и пение становится отчетливее.
Вернувшись из армии в промозглый северный городок, я устроился на местное ТВ. Первое же задание — съездить к старушке, у которой украли деньги с карты. Но в её квартире пахнет не нафталином, а чем-то сладковато-противным, а в глазах — черная, одержимая бездна.
