В заброшенной деревне, куда подростки тайком пробрались из летнего лагеря, стоял ничем не примечательный дом. Внутри на столе их ждала стопка старых фотографий одного и того же человека по имени Купа — от младенчества до глубокой старости. Последний снимок заставил сердце замереть, а когда ребята решили заглянуть в подвал, тишина дома взорвалась их криками.
В глубокой теснине Дарьяла, на черной скале, стоит старинная башня, где живет царица Тамара — прекрасная, как ангел, но с коварной душой. По ночам в ее окне мерцает золотой огонек, а голос, полный неведомой власти, манит путников на отдых. Те, кто входит в башню, исчезают навсегда, и лишь Терек внизу хранит молчание.
Тайга хранит молчание, но болота помнят кровавую резню в староверческом скиту. Материалист Тимур Таракан поспорил на два ящика пива, что неделю проживет в проклятом месте, и сорвал крест с молельни. Однако ночью из черного бездонного озера донеслось хриплое сопение, а на крыше замер рогатый силуэт, который исчез после выстрела.
В туалете на подземном этаже московского ТЦ «Авиасити» высокий герой случайно замечает поверх дверцы кабинки чей-то пристальный взгляд. Все соседние кабинки закрыты на замки и перевязаны лентой — там никого не может быть.
Вернувшись в родной курортный поселок, я отправилась с друзьями в заброшенную «башню» недостроенного санатория, о которой ходили мрачные слухи. Поднимаясь по темным этажам, мы вдруг услышали странный шепот и увидели черную фигуру, словно вросшую в пол.
В промзоне на краю города, куда даже таксисты боятся соваться ночью, живёт подруга брата. Дорога к ней ведёт через мёртвый пролесок, где не поют птицы, а из темноты доносится чьё-то предсмертное мычание. Когда за спиной раздаётся быстрый бег, понимаешь: легенды про этот район были не просто байками.
В московском метро есть станция-призрак, скрытая от глаз пассажиров. Спустившись в её подплатформенные помещения, двое исследователей обнаружили, что нижние уровни вымыты до стерильной чистоты, а навстречу им выбежала крыса, издавшая нечеловеческий вой. В конце коридора их ждала лужа жидкого гудрона и медленно приближающийся силуэт с вывернутыми конечностями.
В марте 2003 года оценщик и опытный автомеханик отправились на заброшенный заводской объект через старый полутемный тоннель. Механик, прибывший заранее, заблудился в подземных переходах и вышел к странной двери, за которой его ждало нечто совершенно необъяснимое.
В загородном доме наглухо замуровали старый подвал, но спустя неделю оттуда начали доноситься звуки — кто-то методично скребёт железом по бетону изнутри. Скребущийся не унимается каждую ночь, а отец заметил, что звук особенно настойчив под одним углом, словно неведомое существо прокладывает себе путь наверх.
В полночь по Перл-ривер скользит лодка с туристами к заброшенной плантации Лабелль, где год назад бесследно исчезали люди. Местный гид знает эту реку с детства, но сегодня даже привычный крик совы и блеск крокодильих глаз кажутся зловещим предзнаменованием. Аттракцион ужасов, который должен был приносить деньги, почему-то манит к себе сотни людей — и никто не знает, что на самом деле ждет их в старом проклятом доме.
В заброшенной хрущёвке на отшибе уральского городка студент-медик прячется от ливня. Среди ночи его будит звук открываемой ключом двери — в квартиру входят двое.
В переулке Вилёк, среди облупленных хрущоб и покосившихся заборов, следователь Шарип Галиев находит свою практикантку в истерике, а бывалого участкового — в обмороке. Запах кошачьей мочи на лестнице становится невыносимым, а ведущий эксперт с каменным лицом признаётся: там, за открытой дверью квартиры №59, творится какая-то бесовщина.
Почтальон обнаружил полностью опустевшую деревню, где единственными жителями остались куры, наблюдающие из окон. Посреди безлюдной улицы в открытой машине лежат страницы с текстом, который заставил его замереть в ступоре.
На детской площадке, среди привычного шума и песка, к вам на скамейку подсаживается изможденная женщина в черном. Она начинает рассказ о квартире умершей неряхи, которую они с мужем купили и с таким трудом отчистили от хлама и насекомых. Теперь её муж сходит с ума, и она с ужасом ждет, что же вылезет из их новой жизни.
В глухом лесу Тихвинского района заблудившийся охотник находит заброшенный хутор и решает переночевать. Глубокой ночью его будит шаркающая походка — в кромешной тьме он чувствует чьё-то смертельно опасное присутствие.
Пожарного вызвали снять ребёнка с огромного дерева в лесу. Поднимаясь, он заметил, что ветки неестественно сужаются, а наверху в кроне что-то блеснуло синим. Капитан внизу лишь молча указал наверх, не объяснив ни слова.
Водитель Витя уезжает на стажировку в пригород, оставив жене странное предупреждение о визите некоего Бориса Войтеховича. Вскоре Алька в панике звонит: незнакомец принес кейс с четвертью миллиона долларов «в благодарность за услугу». Витя отключает телефон и едет на точку сбора к полуразрушенному ДК, где его уже ждут другие мужчины с такими же тугими кейсами.
В заброшенной мазанке, где по слухам жила ведьма, загорелся свет спустя много лет. Местный житель погнался за жалобно блеющим козлёнком, который забежал прямо в этот двор, а заглянув в окно, увидел, как животное бегает по стенам.
В безмятежной долине, где солнце ласкает спелые томаты, Джошуа замечает на своих кустах странную, невиданную прежде болезнь. Но куда страшнее заразы оказывается визит Шерифа, который привозит не только весть о новом налоге, но и напоминание о том, что в этом мире за преступление против общины можно лишиться не только имени, но и свободы.
В старом доме, построенном пленными немцами, есть подвал с девятнадцатым помещением — лишним, которого быть не должно. Его массивная железная дверь ходит ходуном от сквозняка, которого нет, а по углам белеют заклёпки, словно кто-то до сих пор обновляет на них краску. Однажды «штатный алкаш» намертво заваривает эту дверь — и тогда из-за неё начинают доноситься глухие удары.
В поселке Первомайка бесследно исчезает девочка, ушедшая в лес у железной дороги. Через неделю её обезглавленное тело находят на путях, но голову так и не удается отыскать. Обезумевший от горя отец начинает пить, а спустя полгода его тянет обратно в тот самый лес.
В квартире на канале Грибоедова, где когда-то жила старуха-процентщица, новая жилица получает комнату с лепниной и барельефом Мефистофеля. Её хозяйка — блистательная петербургская леди из Кунсткамеры, которая с лёгкостью сообщает, что предыдущий жилец выбросился в окно, а во дворе чайки доедают крысу. Но странности только начинаются: в комнате нельзя выключать свет, а местные чайки ведут себя так, будто знают о доме больше, чем хотелось бы.
Старое общежитие ВГУЭС, где в тесных комнатах кишат крысы, а по коридорам ходят страшные легенды. В женском душе на цокольном этаже царит гнетущая атмосфера, которую все стараются обходить стороной. Однажды ночью, отмывая его в наказание, студентки находят там нечто, от чего кровь стынет в жилах.
В канун Хэллоуина, когда грань между маскарадом и реальностью стирается, герой просыпается в компании незнакомцев, которые уже успели вляпаться в кровавый переплёт. Теперь он везёт их к заброшенной пещере, где спрятана золотая статуэтка, но его спутники слишком легко поверили в сказку о мёртвом друге и несметном сокровище.
В заброшенном тоннеле метро, где каждый шаг по ржавой лестнице отдается скрипом-плачем, человек по имени Джек пытается зарыться в песок, спасаясь от нарастающего гула и металлического лязга. Его преследует не только страх перед тем, что приближается из темноты, но и обрывки мучительных воспоминаний, которые возвращаются вместе с болью.
В грибной год 2006-го житель новгородской деревни Павел Зимин отправился в лес на свою заветную поляну, проигнорировав странного попутчика в лохматой одежде. Собрав небывалый урожай, он обнаружил, что знакомые ориентиры исчезли, а на месте ручья и поля — болото и чужая роща. Теперь из леса доносится чей-то зов, но стоит ли откликаться, если лесные хозяева не прощают грубости?
Осенняя вечеринка на окраине, незнакомая квартира и желание прогуляться пешком. Трасса вдоль ржавых гаражей, заброшенные склады — и внезапный лязг железа за спиной, который с каждой секундой становится всё ближе.
Разбирая чердак старого дедовского дома, я наткнулся на детскую книжку «Малыш и сны». Стоило прочесть пару строк — и я очнулся на первом этаже, не помня, что было несколько часов.
В огромном особняке за высокой оградой живёт мальчик Натти с мамой и служанкой. Он никогда не видел других людей и знает, что за пределами Безопасной Зоны — только дремучие леса, полные чудовищ. Но однажды, исследуя запретные пыльные комнаты, он находит картину, которая заставляет его усомниться в том, что он знает о своём доме всё.
Ночная прогулка привела его в заброшенный дом на краю кладбища, где стены хранили странные символы и даты из прошлого. Внезапно погас фонарь, ледяной вихрь пронзил тело насквозь — и с тех пор он перестал видеть сны.
В захолустном Н-ске пропадают люди, сходит с ума погода, а время начинает жить своей жизнью. Теперь в школьном бассейне заметили нечто стремительное, а по коридорам разлилась давящая, липкая тревога, которую боятся признать даже учителя.
Павел, столичный аспирант-религиовед, углубляется в забытую Богом деревню, разыскивая следы полувековой давности — дело «пророка» Зиновьева и его космических богинь. Но чем дальше он уходит от цивилизации к старым карьерам и горам, тем отчетливее понимает: местные жители, от полиции до старух, знают больше, чем говорят, а сама тишина здесь кажется неестественной.
В уральской тайге есть гиблое место — выжженная поляна, где земля усеяна костями, а в центре зияет дыра, пожирающая всё живое. Местные зовут хозяина этих мест Снаненом и верят в него безоговорочно. Молодой егерь решает отыскать проклятое логово, но даже компас сходит с ума, а часы начинают показывать несуществующую дату.
Поздним вечером я остановился у пустующего кинотеатра, чтобы оплатить счёт за интернет. Двое мальчишек постучали в стекло моей машины и попросили подвезти — якобы забыли деньги на билеты. Но их спокойные, почти взрослые манеры и давящее чувство иррационального страха, которое они внушали, заставили меня усомниться в том, что передо мной обычные дети.
В заброшенном углу школьного двора, среди бурьяна, ржавеет остов разбитой машины, обросший жуткими легендами. Одна из них оказалась настолько правдоподобной, что школьники составили план «экспедиции за штучкой в Зону». Но когда ты сам случайно сдираешь кожу на пальце, начинаешь задумываться: а что, если эта «полезная штука» работает иначе, чем ты думал?
На заброшенном заводе, где производят цемент и бетон, происходят странные смерти и травмы, которые скептики списывают на пьянство. Главный инженер Семён Игоревич, не веривший в слухи, однажды ночью почувствовал, как кто-то с нечеловеческой силой захлопнул перед ним дверь в пустом коридоре. А пьяный сторож лишь усмехнулся: «Ну что, встретились? Он к тебе полз!».
В заброшенном корпусе лагеря «Зеркальный пруд» мы решили вызвать Холодного Трогальщика по инструкции из старого матраса. Ритуал требовал полной наготы, тефтелей за спиной и железного молчания. Но когда в темноте зашлепали босые ноги, я понял, что игра пошла не по плану.
Капитан Попеску, историк по образованию, прибывает в оккупированную Одессу, где его назначают в спецотряд по расследованию серии загадочных смертей. Жертв находят полностью обескровленными, без единой раны, но с необъяснимой сыпью на коже, а город охвачен паникой и слухами о вампире, скрывающемся в катакомбах.
Под старой советской кроватью, где до пола меньше двадцати сантиметров, уже три года кто-то живет. Каждую ночь из-под фанерного днища доносится тихое, не прекращающееся ни на минуту скрежетание, а утром тапочки оказываются в разных концах комнаты. Когда кровать отодвинули, за ней обнаружились обои, содранные до бетона.
Компания молодых людей приезжает в заброшенную деревню, чтобы переждать эпидемию в глуши. Но тишина здесь стоит мёртвая, а старый дом хранит не только пыль и плесень — за ними уже кто-то наблюдает из темноты. Игорь знает, что выходить наружу нельзя, но забыл дома самое важное.
Отец всю жизнь ходил в тайгу один, но однажды ночью в охотничьем домике дверь начала открываться сама — со скрипом, которого наутро не стало. Спустя годы та же история повторилась в сотнях километров от тайги, в пустом школьном коридоре.
В заброшенном бомбоубежище времен Холодной войны двое друзей-энтузиастов находят старый противогаз — и внезапно слышат чужое дыхание. Из темноты на них смотрит существо, лишь отдаленно напоминающее человека.
В заброшенном родильном отделении архангельской больницы среди белых ночей двое мужчин слышат жуткое совиное уханье, переходящее в истеричный женский смех. Из темной палаты вылетает босая фигура в грязной ночнушке и, не оглядываясь, исчезает в ночи — хотя все местные сумасшедшие давно известны наперечет.
В безлюдной степи, у идеально круглого озера, компания отдыхающих замечает, что из густых зарослей за ними следит чья-то ненавидящая пара глаз. Ночью, на крыше ржавой цистерны, они слышат, как нечто с нечеловеческой скоростью пробирается сквозь двухметровую траву, чтобы завыть под звездами с такой злобой, что кровь стынет в жилах.
В Ленинградской области, на территории психбольницы, стоит круглая станция очистки. Ночью к оператору по скрипучей лестнице поднимается тяжелое, пыхтящее нечто, хотя дверь заперта изнутри. Кто или что навещает дежурных в этом забытом богом месте?
В заброшенной даче №13 на берегу реки Сушки, где малина слаще, а приключений больше, чем в любом другом уголке Вьюрков, Никита Павлов очнулся со связанными руками и ногами. В дверном проеме стояла Катя в странном кружевном платье, и на белой ткани расплывались пятна крови.
Разорившись, герой с женой вынужден снимать дешёвое жильё на окраине. Осматривая «очень хорошую квартиру», он обнаруживает вместо неё сырой, затхлый и откровенно жуткий барак. Внезапно севший телефон и старый дисковый аппарат, по которому он слышит странный голос жены, становятся первыми звоночками того, что с этим местом что-то не так.
Женщина с болезненной, словно готовой лопнуть кожей настойчиво предлагает квартал со скидкой, нервно сцепляя руки в сыпи. На новом месте вы находите под ванной труп крысы, а стены начинают напоминать гниющий плод, скрывающий гниющую мякоть.
На закате у заброшенного полустанка я остановился перекурить. По тропинке прошли странная парочка — мужчина-интеллигент с рыжей девочкой, а навстречу им вывалился толстяк в сером костюме. Девочка спросила: «Папа, это Колобок?», и толстяк начал рассказывать жуткую историю о древнем чудовище, а затем его рот превратился в пасть с клыками.
В заброшенном доме компания друзей находит старый черно-белый портрет серьезного юноши. Уже на выходе один из них замирает, глядя на фотографию, и в комнате повисает леденящая тишина.
