В заброшенном заводе под Толстовкой, где местные мальчишки устроили штаб, девятилетний рассказчик проходит шуточный обряд посвящения. Но когда в сумерках его новые друзья указывают на старую бетонную конструкцию, он видит, как из темноты выступают две безмолвные твари — с человеческим торсом и паучьими лапами.
Виталик кидает камни в бутылки у речки за гаражами, пока дед заводит машину. Мальчик слышит хлопок дверцы и видит, как дед запирает «шестерку», а дядя Леша протирает очки. Они вместе закрывают гараж и уходят, но что-то в этой картине заставляет сердце биться чаще.
Охранник престижной башни в Москва-сити наконец-то получил «блатное» ночное дежурство на тихих этажах. Но в лабиринте одинаковых коридоров и дверей, где каждый час нужно отмечаться на контрольных точках, тишина оказалась обманчивой. Три недели назад началось то, из-за чего он уже подал заявление на перевод, сославшись на внезапную боязнь высоты.
В долине реки Дарпир, где археологи наконец нашли древнее поселение, нет комаров — хотя кишат ими в пятистах метрах ниже. Руководитель экспедиции радуется удаче, но не замечает, что река, снежники и тишина хранят тайну, ради которой кто-то стер деревню с лица земли.
Зимним вечером 2005 года студенты Аня и её троюродный брат решили вдвоём покатать блюдце в её квартире. После неудачных попыток вызвать классиков, они призвали духа умершего отца девушки — и ритуал неожиданно сработал. Вот только вызванная сущность вместо ответов на вопросы начала осыпать сестру непристойностями.
Обычный вечер перед телевизором. Тишина, покой, привычное покусывание ногтя. Но одна мысль, случайно залетевшая в голову, запускает механизм, который невозможно остановить.
В деревне у стариков есть место, которое местные обходят стороной — старое пепелище, где полвека назад сгорело целое село. Говорят, та беда началась с того, что у сельского главы пропала дочь, а после его самоубийства по ночам над домами стали раздаваться шаги и замогильные вопли.
Четверо друзей отправляются в калининградский лес к немецкому доту, о котором рассказали грибники. Но среди голых ноябрьских деревьев их встречает тишина, в которой время будто застыло — и кажется, что кто-то всё ещё стоит на этом холме, глядя на ту же реку.
Покинутая китайская станция посреди антарктической ночи, где погашен свет, выстужены комнаты и нет ни души. Внутри вы находите лишь запертую массивную металлическую дверь в подвал — без ручек, без замков, открывающуюся только изнутри. Кто или что заперлось там в минус шестьдесят пять, когда вся станция превратилась в ледяной склеп?
Обычный человек, без мистического прошлого, вдруг замечает странную закономерность: за его жизнь бесследно исчезли десятки знакомых. Соседи, учителя, случайные попутчики — все они просто пропадали, не оставив следа.
Ты забыл закрыть входную дверь. А утром в твоей пустой квартире появились чужие грязные следы, скомканная постель и длинные тёмные волосы в ванной. Кто-то хозяйничает в твоём доме, пока тебя нет, и с каждым днём следов его пребывания становится всё больше.
Двое друзей сходят с ночного автобуса в глухой деревне, чтобы успеть к маме одного из них. Но дорога, которую Сергей знает наизусть, в темноте превращается в ловушку: проезжающая мимо машина оказывается пуста за рулем.
У подножия уходящей в болото стены «Картерс Петролеум» стоит последний наследник проклятой нефтяной империи. Индейцы шепчутся о Тени Ужаса, а из скважин, по легенде, вместо нефти должна потечь кровь. Но я приехал к Сэму за велосипедом, а нахожу человека, в котором с каждым днём всё меньше от прежнего беззаботного механика.
В детстве я играл в прятки с завязанными глазами в темном сарае. Меня раскрутили и оставили одного, но я уверенно назвал имена всех спрятавшихся ребят. Вот только все они в этот момент стояли за дверью и смотрели на меня через окно.
В полицейском участке при просмотре видео с банкомата обнаружилось нечто, не поддающееся логике: за три минуты до пострадавшего к терминалу подходит странный мужчина в шляпе, ритмично подпрыгивает на месте ровно семнадцать раз — и бесследно исчезает в прямом эфире. После этого фокуса банкомат отказывается выдавать деньги следующему клиенту, а эксперты не могут найти ни сбоя записи, ни технической ошибки.
Летний вечер в Ейске. Семилетний мальчик сидит во дворике полубарака, разглядывая муравейник. Из соседней комнаты, где горит свет, его тихо зовет подружка Эля — но её голос звучит странно печально.
Каждую ночь девочка засыпает в своей комнате с бабочками, а просыпается мальчиком в мире красных машинок. Два дома, две семьи, две жизни — и только одно лицо в зеркале, которое однажды начинает меняться.
В детском лагере находят мёртвым десятилетнего мальчика — ему пробили голову «тупым тяжёлым предметом». Местные шепчутся о пропавшем со стены зайце-барабанщике из старой страшилки, но следователь не верит в сказки. Однако чем дольше он остаётся в лагере, тем больше странных деталей складываются в один пугающий узор.
После месяца запоя я решил выходить на сухую. На третьи сутки бессонницы из душа заиграло радио, а к ночи появились голоса.
Автобус везет школьников к месту былых сражений — в деревню Петрушкин Лог, где не осталось ни одного дома. Местная торговка странно реагирует на вопрос об указателях, а прабабушка одного из учеников запрещает внуку туда ехать. Дорога обещает быть долгой, но обратной дороги может и не быть.
В деревне, где Сухощавый стал местным анекдотом, а его появление списывают на пьяные бредни, я знаю одно: он приходит только после заката и никогда не нападает — он просто смотрит. Сейчас я пробираюсь через лес к болоту, откуда, по слухам, он явился, и лес вокруг меняется, становясь ниже и кривее.
В заброшенном замке на скалистом отроге близ Чимитирула вновь загорелся свет — верный знак, что у древних стен появился новый хозяин. На рынке объявился его уродливый слуга, а вскоре бесследно исчезла Разванова дочка. Трое смельчаков из села решают нанести визит в замок, но приглашение на ужин от неведомого владельца сулит куда более страшную встречу, чем они предполагали.
В Чалгаевске, утонувшем под смогом химзавода, даже воздух кажется ядовитым. Единственный постоялец гостиницы «Волна» замечает странную пару у входа: женщина в пуховой шали отчитывает человека в балахоне, чья рука скрыта толстым слоем бинтов. Но куда тревожнее то, что в городе, где все улицы одинаковы, а часы на стойке регистрации давно застыли, местные жители не советуют выходить днём.
В гипермаркете, среди бакалеи и автопокрышек, Сергей Петрович случайно находит незнакомый отдел с товарами, названия которых не поддаются логике: «здычи», «букульцы» и «сома». Но настоящая странность начинается, когда он замечает, что проход, через который он пришёл, исчез, превратившись в глухую стену.
Две голландские студентки приезжают в панамский городок Бокетте, чтобы учить испанский язык и помогать местным детям. Но внезапная отмена занятий дарит им неделю свободного времени, которое они решают посвятить прогулкам по джунглям. Последний раз их видят садящимися в такси к старту пешеходного маршрута — после этого девушки исчезают, оставив лишь противоречивые свидетельства и нестыковки в показаниях.
Вокзал города-мечты встретил его шваброй и ведром — далеко не тот трон, на который он рассчитывал, сжигая мосты в проклятом Магнитогорске. Но когда в наследство от сгинувшего в Америке дяди достаётся старый компьютер, вместе с шансом на побег приходит странная программа, которая начинает задавать вопросы, на которые лучше не знать ответов.
В квартире, где девушка жила с бабушкой и дедушкой, прописали дядю. Сначала он был нормальным, но со временем начал пить, устраивать скандалы, избивать родных и довел их до бегства из собственного дома. Когда тиран наконец умер, его смерть принесла облегчение, но вскоре после похорон родственникам начали сниться странные сны.
Семен находит в ящике стола своей новой девушки Саши странную рукопись. В ней рассказывается, как её бывший парень нашел в египетской пустыне глиняную бутылку с джинном. Теперь Семену предстоит узнать, почему эта история осталась незаконченной.
В раскаленном аду бесконечного марша, где солнце сжигает мозг, а армия немых теней пожирает саму себя, один солдат внезапно вспоминает клочок голубых обоев и пыльный графин с водой. Но этот призрак мирной жизни — не спасение, а первый симптом, когда реальность начинает плавиться, а в голове поселяется что-то чужое и страшное.
В компании друзей я случайно остаюсь наедине с девушкой — и она превращается в безжизненную статую. Через минуту я вбегаю обратно с остальными, и она уже жива и сбита с толку, будто ничего не было.
Ночное общение в пустой Сети кажется безопасным, пока в тишине квартиры не начинает ходить ходуном дверная ручка. Тот, кто ломится, не стучит и не звонит — он просто давит на ручку снова и снова, а в глазок не видно ни души.
В электричке читал книгу про рабство и смиренных овец, а вышел в городе, где за месяц пропало с десяток наркоманов. Снял странную квартиру за бесценок у хозяйки, которая боится зеркал и сбегает на две недели. Только вот соседи здесь рисуют на стенах портреты «дядьки Валеры», а в спальне, куда нельзя заходить, до сих пор стоит запах краски.
В детстве он был весёлым мальчиком, пока на него не напала чёрная собака. После этого случая его жизнь превратилась в бесконечный кошмар болезней и страха, а сам он вырос затворником с тёмными наклонностями. Теперь, листая интернет в поисках запретного контента, он натыкается на сообщение от старого знакомого, которое обещает перевернуть всё с ног на голову.
В кабинете психотерапевта — тишина, нарушаемая лишь дыханием маньяка, который сам сдался полиции. Но не жестокость его преступлений пугает доктора, а то, что за усталым взглядом «Потрошителя из Мэн» скрывается не безумие, а нечто, заставившее его искать спасения за решёткой.
Пациент психиатрической клиники утверждает, что видит, как реальность вокруг него идет рябью. Он убежден, что наш мир — лишь тонкая пленка, отделяющая нас от ужаса, скрытого с другой стороны.
В затерянной хакасской деревне за две недели повесились шесть человек. Местный почтальон Михаил слышит от старухи легенду о древнем духе Поончах, который приходит по ночам и уговаривает накинуть петлю. А наутро старуха тоже найдена мёртвой.
В палате, где голоса — норма, одна пациентка замолкает на полуслове, когда её история становится слишком страшной для других. Она помнит, как невидимая ладонь мягко зажимала ей рот, стоило только собраться рассказать о том, что она видит на самом деле.
В старой двухкомнатной квартире на окраине города брат с сестрой делили двухъярусную кровать. Поздно ночью, вернувшись домой, рассказчик перекинулся парой слов с верхней койки и передал стакан воды. Утром его разбудил звонок в дверь — на пороге стоял брат, который, оказывается, не ночевал дома.
Участковый стоит у соседнего дома и всматривается в окно квартиры, где недавно повесилась одинокая женщина. Месяцами она жаловалась, что по ночам из угла лезет чёрное чучело, но никто ничего не видел. Теперь он сам вглядывается туда и говорит, что ему кажется, будто там что-то шевелится.
Глухой стук шагов на чердаке посреди ночи заставляет героя взяться за бейсбольную биту. Но наверху никого нет, и, вернувшись в постель, он слышит те же звуки, но теперь прямо над своей кроватью.
Ночью в поезде, мчащемся через пустоту, наше купе обогнал состав, идущий в ту же сторону с нечеловеческой скоростью. Через секунду экстренное торможение, бледная проводница и тишина. А утром на станции мы вышли за пирожками — и наш поезд исчез, словно его никогда не существовало.
Семейная пара имеет опасную привычку никогда не запирать входную дверь. Однажды ночью героя мучает навязчивое желание проверить замок, и он впервые защелкивает оба. Сразу после этого снаружи начинают доноситься странные звуки.
В промозглом переулке за Полл Молл Алан Остин находит комнатушку, где старик в кресле-качалке предлагает необычные снадобья. Одно из них, бесцветное и безвкусное, он называет «средством для сведения пятен с жизни», но цена в пять тысяч заставляет Алана нервно переспрашивать о другом товаре.
Из земляной норы на опушке леса выбралось нечто, с трудом распрямившее чешуйчатое тело. Оно смотрит на огни деревни, где когда-то стоял его дом, и в его шипении слышна тоска. Но стоит ему заметить движение среди людей, как оно замирает, сливаясь с лесной тенью.
Дима успевает вскочить в поезд за минуту до отправления, а в пустом купе его ждёт только мятный перегар и мокрая постель. Ночью на полустанке в вагон входит потный толстяк с тростью — снимает шапку, и под ней оказывается лишь половина головы, словно аккуратно срезанная по линии бровей.
В старой районной больнице, где реанимация выходит окнами в лес, а трупы по ночам складируют в тёмном закутке за лифтом, мёртвые начали падать с каталок. Утром их находят на полу в неестественных позах, хотя санитарки клянутся, что клали надёжно.
В девяностые после квартирной кражи Света купила на барахолке новый дверной глазок. Через несколько дней она заметила в него соседку, которая умерла пять лет назад.
В электричке под Ригой старый латыш рассказывает попутчику историю о своем соседе — спекулянте, который наживался на голоде в еврейском гетто. Но однажды этот бессердечный делец отправился туда с фурой картошки и вернулся… совершенно другим человеком.
В предпоследней электричке, затерянной среди ночной тьмы, женщина просыпается и обнаруживает напротив себя странную старуху, появившуюся из ниоткуда. Та настойчиво спрашивает о пропавшем младенце, которого, по её словам, она родила всего несколько часов назад.
Девятилетняя рассказчица гоняется наперегонки с соседским мальчишкой по деревне, и они разъезжаются разными путями к полю. Добравшись до места первой, она замечает у стога сена велосипед друга, но самого Лехи нигде нет. Тишина и пустота вокруг кажутся неправильными, а брошенный велик посреди поля не сулит ничего хорошего.
