Ночная проверка на смелость завела компанию подростков в заброшенный недострой на краю поселка — место, где царит абсолютная тишина, не слышно ни птиц, ни собак. Внутри, в полной темноте, они слышат приближающиеся шаркающие шаги, а луч фонаря выхватывает из мрака фигуру той самой старухи, что молча стояла у дороги.
Задержавшись у друга в Лосиноостровской, я обнаружил, что ночная станция пуста, а в билетном автомате появились пункты назначения, которых не существует. Сев в последнюю электричку, я понял, что это древняя рухлядь, которая вдруг свернула туда, где рельсов быть не может.
Отец всю жизнь ходил в тайгу один, но однажды ночью в охотничьем домике дверь начала открываться сама — со скрипом, которого наутро не стало. Спустя годы та же история повторилась в сотнях километров от тайги, в пустом школьном коридоре.
В глухой тайге стоит старый барак, который местные охотники обходят стороной, считая проклятым. Двое бывалых мужчин, не верящих в приметы, решают заночевать там в непогоду. Среди ночи один из них просыпается от скрипа лестницы — кто-то тяжело поднимается и начинает обходить помещение.
Журналист Дима проникает в подвал Ховринской заброшенной больницы, где когда-то орудовала сатанинская секта. Там он натыкается на странного парня, который при свете фонарика выводит на стене непонятные письмена. Дима решает притвориться своим, чтобы выведать тайны этого места, но его собеседник оказывается не просто случайным сталкером.
В тихом хуторе на краю леса стоял летний дом, где двое братьев однажды ночью услышали, как кто-то размеренно царапает стену снаружи. Звук шёл строго на одной высоте, огибая здание по кругу, но ничьих шагов, дыхания или попыток открыть дверь не было слышно. И это повторялось снова — только в тёмные безветренные августовские ночи.
Группа туристов на двух джипах застревает у странного круглого озера посреди казахстанской степи. Местные жители в полузаброшенной деревне отчаянно отговаривают их ехать в этом направлении, а вода в водоеме оказывается подозрительно теплой и начинает мягко светиться в темноте.
В промозглом мраке криминального района 90-х Ларису преследуют пьяные голоса, ищущие добычу. Спасаясь, она врывается в заброшенный подъезд, где её встречает лишь тусклый свет из бомбоубежища. Но когда дверь за ней захлопывается, в полной темноте раздаётся спокойный голос, которого там быть не должно.
В дачном поселке Заречье, где осенью вымерла ровно половина жителей, а вторая половина еще надеется вернуться, по ночам стало слишком тихо. Сначала бесследно исчезает учительница химии, оставив на веранде перевернутый чайник и взрытую землю в палисаднике, а затем пропадает подросток — и на тропинке находят трехпалые следы, уходящие прямо в грунт без следа лопаты. Старый сторож с ружьем утверждает, что видел нечто, умеющее думать, и теперь в поселке запирают двери, но щели в заборах позволяют разглядеть, как что-то движется под землей, словно вода подо льдом.
В заброшенном доме, где по слухам погиб целый род, парень по уши влюблён в девушку, мнящую себя ведьмой. Ради её расположения он таскается за ней в опасные места и даже держит в руках настоящую руку мертвеца. Но когда нарисованная мелом дверь вспыхивает светом, он оказывается в лабиринте комнат, где нет выхода, а время и пространство сходят с ума.
Вертолёт садится в заснеженной Волочанке, чтобы забросить журналистов в почти отрезанный от мира Усть-Кылын. Местный пилот впервые за десять лет слышит, что кто-то едет в этот странный посёлок, и его ухмылка не сулит ничего хорошего.
В пещере, уходящей в непроглядный мрак, диггеры в гидрокостюмах из автокамер случайно вызвали бородатого стража, способного исполнять желания. Но вместо сокровищ они попросили у него берестяные подгузники и резиновые сапоги, после чего страж бесследно исчез. Теперь, промокшие до нитки, они бредут дальше, не зная, была ли их встреча благословением или проклятием.
Лесник находит на поляне странные бурые кирпичи, а под деревом — закопанный мешок с чем-то неопознанным. Участковый падает в обморок, а местные мужики уносят находку в город, но правду так никто и не узнает.
Странные координаты, разбросанные по всему миру, ведут к пустым полям, ямам у дорог и водам океанов. Каждая точка — это загадочная метка AVN'KE с изменяющейся высотой, а приложенные фотографии показывают лишь безлюдные места. Кто и зачем оставил этот список, и что скрывается в местах, где даже координаты перестают существовать?
Холм, заросший непроходимой стеной борщевика и спутанных деревьев, — чей-то дом. Люди ускоряют шаг, проходя мимо, и шепчут обереги, но никто не решается сунуться в чащу. А ночью над холмом загорается белая мраморная ротонда, и мир вокруг начинает дрожать.
В заброшенную Фукусиму, где радиация выгрызла жизнь из почвы, а ёкаи выходят из укрытий в дождь, приезжают двое сталкеров за снимками «духов атома». Местный торговец настаивает, что им нужно купить его подержанный товар, и слишком настойчиво указывает путь в мёртвый город.
В провинциальном Черномедске, в старой хрущевке, пятилетний мальчик ведет себя так, что врачи разводят руками. Его мать уверена: это не болезнь, а нечто иное — и этот же дом уже фигурировал в череде странных смертей. Бывалый охотник за аномалиями едет проверить, что скрывается за стенами, где сходят с ума даже дети.
В окнах заброшенного здания напротив всегда горел свет. Сначала я просто замечал это, а потом увидел в одном из них неподвижный силуэт, который, казалось, смотрел прямо на меня. Однажды ночью я коснулся стекла — и он сделал то же самое.
В мрачном поместье на севере графства, где стены покрыты плесенью, а витражи скрыты сухим виноградом, герой остается один охранять библиотеку с древними фолиантами. Его друг-генерал срочно уезжает, спасаясь от обвинений в поджогах, а в запертой гостиной покойного хозяина хранятся не только драгоценности. Первая же ночь в этом доме обещает быть бесконечной.
В заброшенной гостинице посреди ночной дороги героиня не может уснуть и вглядывается в старинное зеркало, которое кажется ей неуместным в номере. Внезапно она замечает, что отражение в нём живёт своей, пугающей жизнью.
В подвале старого дома умирающий Кирилл пишет на стене собственной кровью предсмертное послание. Его друг Боря, спустившись вниз, видит, как нечто неописуемое пожирает товарища, и успевает снять это на телефон. Теперь, запершись в тупиковой каморке, он лихорадочно набирает SMS, пока доски двери трещат под ударами щупалец.
Ты позвонил по номеру с забора, ищущий работу и отчаявшийся, а на том конце провода оказался старый школьный друг. Вместо обещанной подработки он завёл тебя на свиноферму, охраняемую людьми с автоматами, где его наркотическое прошлое сменилось чем-то новым и нелегальным. Ты ещё не знаешь, что именно скрывается за этим бизнесом, но свиньи здесь — не просто свиньи.
В заброшенном фургончике у остановки, который, казалось, стоял там годами, девушка купила божественное миндальное пирожное. Теперь ларек исчез, а в любой другой кондитерской макароны на вкус — отвратительное «говно». Она готова на всё, чтобы снова ощутить тот самый вкус.
В пустом выселенном микрорайоне, в первом часу ночи, на детской площадке скрипят качели. Герой слышит их, но не видит — а когда поднимает глаза, рядом стоит маленькая девочка в белом платье, хотя здесь не может быть детей. Её одежда плавно переходит в кожу, а в глазах — красные прожилки.
В ноябрьском саду миссис Хайрайс бережно укрывает от непогоды неоконченную картину мужа, засохшую два месяца назад. К февралю в поместье пропадает ребенок, и полиция вновь и вновь светит фонарями в лица старой леди и садовника.
В заброшенном доме компания друзей находит старый черно-белый портрет серьезного юноши. Уже на выходе один из них замирает, глядя на фотографию, и в комнате повисает леденящая тишина.
В заброшенном детском саду, где когда-то погибла затравленная воспитанница, собираются бывшие одногруппники. Они знают, что каждую зиму призрачная девочка зовет их сыграть в прятки, и на этот раз они снова готовятся прятаться.
В заброшенном доме покойной родственницы, откуда отец решил взять доски для бани, герой находит старую шкатулку с её стеклянным глазным протезом. А спустя несколько часов, когда компания прячется там от дождя, из пустой комнаты доносится странный скрип.
В заброшенном учебном корпусе, который местные обходят стороной, курсант чувствует на себе чей-то ледяной взгляд даже среди бела дня. Однажды ночью дежурный слышит женские крики из выгоревшего здания — и его напарник бежит внутрь, чтобы больше никогда не вернуться.
В заброшенном дачном поселке на окраине криминального района двое друзей сбиваются с пути в темноте. Их единственный ориентир — тусклый свет телефонной вспышки, но лес вокруг словно не желает выпускать путников. Когда они останавливаются на привал, чтобы начертить карту на земле, тишину разрывает странный звук — и становится ясно, что они здесь не одни.
В глухом лесу двое братьев, сбившись с пути после пьяной электрички, натыкаются на огни деревни. Но чем ближе они подходят к спасительному жилью, тем яснее понимают: здесь их никто не ждал, а тишина за окнами слишком тяжела для обычного сна.
Вернувшись в родной курортный поселок, я отправилась с друзьями в заброшенную «башню» недостроенного санатория, о которой ходили мрачные слухи. Поднимаясь по темным этажам, мы вдруг услышали странный шепот и увидели черную фигуру, словно вросшую в пол.
Вундэль-бубль, подаренный другом, дал сбой во время трансфазового перехода и забросил меня в измерение с чудовищно неправильной архитектурой. В тесном помещении я нашел лишь отвратительные сосуды с неизвестным содержимым и странные, неудобные инструменты. Но когда я наконец выбрался наружу, то понял: мир снаружи оказался во сто крат ужаснее того, что я видел внутри.
В тихом лесу у старой гостиницы исчезают знакомые тропы и многолетние костровища, а из оврага выползает странный человек в перчатках, стучащий палкой. Когда вокруг начинают трещать ветки, а путь к выходу пропадает, герои находят лишь яму со свежими следами и дугообразными бороздами в грязи.
В детстве я умолял родителей не оставлять свет, потому что мой Бука шел на него. Спустя годы, пытаясь уехать на похороны матери, я был вынужден покинуть автобус из-за удушающего запаха птичьего помета, который преследовал меня при мысли о возвращении в родной город. Теперь я вернулся в квартиру, окна которой выходят на пустырь с заброшенной голубятней — туда, где, по словам брата, живет маньяк, высматривающий жертв в освещенных окнах.
В 2002 году, срезая путь в соседнюю деревню, я услышал из леса полифоническую мелодию — редкий по тем временам звук мобильника. Звук манил, но стоило подойти ближе, как он отдалялся ровно на пять метров, словно дразня. Когда я плюнул и решил вернуться на дорогу, лес не отпустил меня, выкинув через полчаса блужданий в незнакомой деревне в пятидесяти километрах от дома.
В развалинах старого замка, где местные жители обходят стороной даже упоминания о нём, одинокий солдат ведёт последний бой. Четвёртые сутки без сна, последние патроны и странный смех победителей за стенами — но что-то в этом замке не так, и даже таксист отказывается объяснять, почему это место проклято.
В заброшенной деревушке под Одессой брат, тайком напившись хозяйского вина, исчезает в ночи. Вернувшись, он просит воды для раненого солдата с забинтованной головой — но за домом никого нет.
В конце октября на заброшенной даче в одиннадцатом саду, рядом с импровизированным скотомогильником, компания друзей замечает странный силуэт. Незнакомец с неестественной, дёрганой походкой медленно приближается, а затем, словно зверь, опускается на четвереньки и исчезает в траве. Вскоре один из гостей бесследно пропадает, и ночные поиски в густом тумане оборачиваются леденящим ужасом.
Ликвидатор в защитном костюме обследует блок ГР-73 после сигнала тревоги. В пустом коридоре он находит незапертую жилую ячейку, откуда доносятся голоса.
В дремучем лесу, среди покосившихся избушек без единой собаки, заблудившийся герой находит приют у слишком гостеприимных хозяев. Свет в их доме гаснет и загорается одновременно, а в полночь ему предлагают попариться в третьем пару.
Четверо друзей-искателей один за другим ушли в заброшенную психиатрическую лечебницу, чтобы встретиться с Хранителями — и ни один не вернулся. Последний из них, переступив порог обшарпанного здания, решает бросить вызов самому опасному из всех сущностей. Но вместо ужаса его встречает лишь глумливая усмешка регистраторши и смирительная рубашка.
Слесарь Игорь Седкин просыпается в пустом вагоне метро на незнакомой станции «Старт коммунистов», украшенной гипсовыми барельефами и мозаикой с рабочим, взмывающим в небо на электровозе. Двери не открываются, свет гаснет, а в тишине раздаются шаги — и голоса снаружи обсуждают, как вытащить потерявшую сознание машинистку. Но когда Игорь прячется в ящик под сиденьем, вагон начинает сжиматься, словно живой, и пробуждение среди врачей и крови оказывается лишь началом кошмара.
В 1995 году в закрытой психиатрической больнице находят тело пациента, сжимающего странную тетрадь. Спустя годы, в 2005-м, в сети появляется жуткая электронная копия этого дневника, фон которой состоит из полуразложившихся лиц. Говорят, достаточно открыть этот PDF, и по ночам к вам начнут приходить тени.
Купив дом с полем по дешёвке, герой находит в почтовом ящике мёртвую кошку с кровавой запиской. На следующее утро та же кошка возвращается, а из окна он видит, как из кукурузы выходит странная сгорбленная фигура.
Одинокий путник находит убежище на ночь в заброшенной будке посреди бескрайнего поля и старой железной дороги. Он ставит сигнальные растяжки, чтобы обезопасить сон, но просыпается от странного чувства. Вокруг — ни души, но тишина кажется слишком глубокой, а тьма за окном — слишком живой.
В заброшенном корпусе лагеря «Зеркальный пруд» мы решили вызвать Холодного Трогальщика по инструкции из старого матраса. Ритуал требовал полной наготы, тефтелей за спиной и железного молчания. Но когда в темноте зашлепали босые ноги, я понял, что игра пошла не по плану.
В подвале нового дома обнаружилась дверь, которой там никогда не было. За ней — земляной тоннель, уходящий в темноту. Герой уверен, что сходит с ума, но решает узнать, куда ведет этот проход.
В якутской «Долине Смерти», среди болот и непроходимых чащоб, скрываются гигантские металлические «котлы» из неведомого сплава, который не берет даже зубило. Растительность вокруг них аномально буйная, а те, кто осмелился переночевать внутри, навсегда уносят с собой странные отметины. Что это — следы древней цивилизации, инопланетное наследие или нечто, чему пока нет названия?
В лесу под Лебежем князь Григорий отбивает у троих «ловчих» окровавленную девочку, которую те собирались зарезать. Спаситель увозит её в свой терем, ласково называя Ступкой, но замечает в её чёрных волосах седую прядку. Кто на самом деле эта девочка и почему за ней охотились — остаётся загадкой.
