В дождливом Петербурге голодный бедняк встречает существо в цилиндре выше обычного, с совиными очками и свиным рылом, которое предлагает работу в загадочном «Цирке Пресышенных». Вместо привычных номеров там демонстрируют недрессированных животных, а публика с бледными лицами жаждет странных зрелищ. Герой соглашается стать частью этого представления, ещё не зная, какую роль ему уготовано сыграть.
В квартире героини каждую ночь появляются разноцветные листья — она сметает их снова и снова, но не может вынести. А когда за окном раздаётся детский крик «Мама!», она выбегает на улицу и обнаруживает, что не одна — десятки женщин слышат тот же зов.
В парке у памятника обезьянам Люба замечает, что её муж на фото выглядит неестественно, а гранитная статуя гамадрила на разных снимках словно меняет выражение морды. Но настоящая дрожь пробирает её, когда в шерсти каменного вождя ей мерещатся то ли перья, то ли бабушкина шаль.
Выйдя из нью-йоркского метро с редкими дисками от таинственного коллекционера, Боря Бергман даже не взглянул на волонтеров, собирающих деньги для гибнущей от эпидемии Индонезии. Дома, в предвкушении запретных кадров гибели актеров на съемках, он вставляет в дисковод первую болванку, не подозревая, что самое страшное кино уже началось за его окном.
Офисный служащий Влад Полонский, измотанный бесконечной работой, получает неожиданное увольнение. В тот же вечер его начинают мучить странный зуд и боль в дёснах, а переезд в новую квартиру знакомит его с агрессивным соседом.
В подъезде пахнет перегаром, а сосед дядя Митя бредит спутниками, управляющими сознанием. Но настоящий холодок пробегает по спине, когда Макс замечает, что привычные вещи в его доме начинают жить своей жизнью: исчезают ступени, а выключатель переезжает на другую стену.
Паша приходит в себя на карнизе Исаакиевского собора, сжимая в руках малую пехотную лопатку. В голове — голос давно умершей сестры, а внизу грохочет что-то, упавшее с колоннады. Он не помнит, как здесь оказался, но понимает: сегодня случилось что-то непоправимое.
В канун Хеллоуина, когда граница между мирами истончается, отморозок Гена Рабин отправляется в промзону к знакомому сутенеру. По пути он встречает юную проститутку, чье странное поведение и пугающая красота вызывают у него нездоровый интерес.
В пустом вечернем троллейбусе мужчина по кличке Ящер сжимает в кармане нож. Он едет мстить той, кто заставил его страдать в прошлом, и выходит у речного вокзала. Но когда дверь нужной квартиры открывается, девушка на пороге говорит, что её зовут не Ксения.
В очереди за новогодней елкой Василий кажется обычным простаком — высоким, худым и нескладным. Но он знает правду, которая делает его мишенью для странной пары: пышнотелой дамы и благообразного старичка, чья перепалка внезапно оборачивается против него.
Поздним вечером в пустом почтовом ящике вы находите длинное черное перо. Оно исчезает из мусорки, появляется в пакете с продуктами, а наутро на влажном песке парка проступают огромные птичьи следы. Вы пытаетесь убедить себя, что это игра воображения, но перо продолжает вас находить.
Девушка возвращается с концерта поздно ночью. У подъезда стоит незнакомец с серыми глазами и странной, пугающей улыбкой. Вокруг безлюдно, только трещит трансформатор, и тишина давит на виски.
В ночном кафе «Старый Сайгон» собираются странные люди: байкеры, затворники и женщины в черных очках. Но сегодня здесь что-то не так — хозяин застыл статуей, стулья развернуты к стойке, а тишина давит на уши. Герой чувствует: должно произойти нечто, что изменит всё.
В мире, где люди ходят по воздуху, а здания плывут, как корабли, над головой раскинулось Второе море. Но среди этой утопии, где каждый волосок — небоскреб, а счастье решено уравнением, в тесноте городов начинает работать жуткий закон: на телах прохожих отпечатываются лица их соседей.
В Петербург, среди бабьего лета, вползает сухой желтый туман, заставляя зажечь фонари среди дня и смешивая с людьми иных существ. По улицам, где из пустоты слышны лишь шаги, спешит юная Маруся, но её путь преграждает странный рыжий незнакомец с нечеловеческой улыбкой, который преследует её, целует прямо в губы и исчезает в тумане.
В Гонконге, где Европа и Азия смешиваются, как вода и масло в запечатанной бутылке, турист Хэнк потерял загадочную русскую девушку Катерину. Теперь он стоит в бесконечной очереди за «самым вкусным рисом», но местные слишком испуганно отмахиваются от вопроса о времени ожидания.
Рита с сыном уже неделю блуждает по чужим дворам, выискивая новые детские площадки. В одном из «зажиточных» кварталов она замечает мужчину в твидовом пиджаке, который кормит голубей и почему-то пристально разглядывает играющих детей.
В туманном ноябрьском городе героиня слышит предсмертный детский плач из переулка, но, добежав до светофора, находит на мостовой безмятежно спящего младенца. Она забирает его с собой в заброшенное здание на Старосадском, где её ждет коллега и важнейший эксперимент с жидким азотом. Но странное спокойствие ребёнка и ледяная тишина вокруг — лишь первая трещина в реальности, которая вот-вот даст течь.
В осеннем Подольске Афанасий бредёт домой после неудачного свидания. На пустынной улице его внимание привлекает ржавый автомобиль с банановой шкуркой на лобовом стекле, а вскоре во мраке мелькает что-то большое и жёлтое.
В белесых сумерках белой ночи пустынный Петербург кажется вымершим, а случайная встреча с загадочной незнакомкой в трауре оборачивается зловещей игрой. Она умоляет не смотреть ей в лицо и шепчет о невидимых тюрьмах и преступлениях, что творятся в каждом доме. Кто скрывается под тройной вуалью — жертва или сама смерть, явившаяся с косой?
На Комсомольской площади, среди вони шаурмы и толчеи приезжих, Рогнеда заметила брюнета в косухе с желтыми глазами — он смотрел так, будто ждал именно её, но через миг исчез в толпе. А в электричке, уносящей её в Подмосковье, за окном начали твориться вещи пострашнее зацеперов: вдоль путей неслись нарисованные псы с горящими глазами, и с каждой станцией их становилось всё больше.
Закат над Эрмитажем — идеальное время для сделки, но Кирпичеву стоило бы прислушаться к голосу, требующему покинуть набережную. Старик с бородой академика не проронил ни слова, когда кулак встретил его челюсть, — он просто не шелохнулся.
На плоской крыше кондоминиума монотонно стучит дождь. Лариса перечитывает рассказ, который написала её племянница Ева, — историю о том, как в торговом центре люди ослепли от яркого света, а знакомый программист исчез в темноте и вернулся другим. Теперь Лариса смотрит на соседнюю крышу с разбитым парком и гадает, что из этого вымысла — всего лишь совпадение.
