В глухом лесу, где местные запирают двери с закатом, пожилая женщина отказывает в помощи заблудившейся паре. Она знает: стоит впустить их в дом — и беда придет за ней самой. Но когда за окном гаснет крик, а к стеклу прижимается лицо, с которого стерлись все краски, она понимает: Он уже здесь.
В заброшенной деревне, оставшись одна на ночь, я проснулась от ледяного взгляда из окна. На меня смотрела обычная лиса, но в её глазах таилось что-то настолько жуткое, что я потеряла сознание. Спустя год в городском трамвае я снова почувствовала этот взгляд.
В безмолвном посёлке, где не слышно ни зверей, ни птиц, а занавески в окнах дёргаются без ветра, путников встречает не тишина, а камни, летящие из темноты. Местный немой дурак с воем гонит их прочь, а великан-заступник прячет тревогу за ворчанием: «Не в добрый час вы сюда явились». Успей убраться до рассвета — или ночь в этом «склепе» станет последней.
В лесу, посреди тропинки, друзья наткнулись на массивную деревянную дверь, одиноко стоящую между деревьями. Дима, обычно спокойный лидер компании, при виде неё впал в неконтролируемый ужас, выронив телефон. Он умоляет друзей пройти сквозь дверь, чтобы он смог последовать за ними, но никто не понимает, почему эта странная находка вызывает у него такую панику.
Осенним вечером у «места силы» героиня оказывается в ловушке: трое пьяных мужчин спускаются прямо к ней, а бежать некуда — только в ледяную реку. Но когда один из них подходит вплотную, он… её не видит, хотя она сидит в ярко-красной куртке на открытой поляне. Воздух вокруг сгущается, замирают птицы и насекомые — и становится страшно не от бандитов, а от того, что именно скрыло её от их глаз.
Из леса, где по слухам было старое кладбище для самоубийц, к танкистам на учениях вышел их сослуживец. Он был страшно изувечен и не подавал признаков жизни, хотя только что сам дошел до своих.
В деревне Кузнечково восьмилетний мальчик отправился разбирать брошенный велосипед, но странное чувство чужого взгляда заставило его вернуться к костру. Оглянувшись, он увидел, как из-под куста, где только что лежал огромный мешок, в сторону леса уходит нечто мохнатое, серо-песочного цвета, ростом под три метра. Местные уверяют, что медведей здесь нет уже тридцать лет, но эту тварь видели все.
В заброшенной долине, усеянной телами искалеченных оленей, девушка пытается скрыться от безжалостной преследовательницы с фонарём, которая готова спрыгнуть за ней с обрыва. Но, потеряв рацию и оставшись без связи, она понимает: в этой ледяной тьме её единственный шанс — игра, где каждый неверный шаг может стать последним.
Фёдор Киселёв находит блокнот пропавшего напарника на аномальных рельсах посреди заповедника. Каждый шаг вдоль путей меняет реальность, а число шпал не сходится само с собой. Где заканчиваются рельсы и куда исчезает всё, что оставляют на обочине?
Старый деревенский пруд с табличкой «Купаться запрещено» и скрипучая тарзанка над черной водой. Героиня уговаривает застенчивую подругу прыгнуть с ней, вспоминая их последнюю встречу восемь лет назад на выпускном. Подруга нехотя лезет на дерево, с ужасом глядя на раскачивающуюся веревку.
В глухом лесу грибники наткнулись на городской канализационный люк, вросший в землю за много лет. Этот случай напомнил рассказчику историю со срочной службы на Дальнем Востоке, где на отдаленной точке ходили нехорошие слухи о пропавшем дезертире. Когда солдаты нашли такой же люк, самого безотказного бойца отправили исследовать подземелье.
Денис везет компанию в глухую деревню Враново, где не ловит мобильная связь, чтобы показать своей новой девушке место локальной легенды. В центре истории — бабка-травница из крайнего дома, которая видела людей насквозь, а однажды вернулась из леса с младенцем на руках.
Материалист, привыкший всё мерить и объяснять, слышит в своей квартире на последнем этаже шаги несуществующего кота и детские шарики, катящиеся по несуществующей квартире сверху. А в весеннем лесу, в палатке, его будит вой, от которого закладывает уши и который не похож ни на одного известного зверя.
В старом доме, где дождь стучит, как стрелы небесной армии, маленькая Мицуки собирает дикую сливу. Из терновых зарослей её зовёт белая, как перламутр, сестрёнка Ясунэ — но почему её кимоно остаётся безупречно чистым в мокрой грязи? А в сердце кустов, среди корней, проглядывают белые дуги, похожие на мосты, которые слива так старательно прячет.
Каждое утро девочка едет в лицей на автобусе, и её завораживает дорога. Но есть на маршруте остановка «Лес», где автобус никогда не останавливается, а пассажиры странно затихают. Девочка чувствует: в этом лесу скрыто что-то, о чём не говорят ни дома, ни в школе.
В заброшенном поселке на пути к хребту Сунтар-Хаята трое участников экспедиции слышат из густых зарослей тихий детский плач. Пробившись к источнику звука, они находят лишь старые ржавые качели с облезлым пластмассовым слоником — и в безветренной тишине качели едва заметно качаются.
Сестра зовет меня в заброшенный дом бабушки, что умерла три года назад. В лесах Ленинградской области, где не ловит связь и орудуют убийцы, мы натыкаемся на руины старой церкви. Среди мусора и камней там стоит странный стол с кровавыми разводами, а на стене висит черное распятие с лицом уродливого демона.
Кукурузные стебли стеной возвышаются над джипом, оставляя лишь узкую полоску неба. В тишине, оглушительной после гибели спутников, журналистка переслушивает старые записи — и вдруг замечает в голосе Роба странную оговорку, которая не вяжется с хронологией их путешествия.
В лесу, полном грибов, я наткнулся на полянку с молодыми елями и заметил крупный гриб, похожий на лисичку. Когда я дотронулся до его шляпки, пальцы увязли в вязкой массе, и рука намертво прилипла к необычной поверхности.
