В глухой гомельской деревне, ныне заброшенной, женщина с дочерью приютила на ночь странную семью — бледную мать и двух девочек со стеклянными глазами и стиснутыми зубами. К утру гостьи бесследно исчезли, оставив лишь следы босых ног, а в округе начали твориться необъяснимые вещи: бесновалась скотина, людям снились кошмары, а местная шептуха предупредила, что в дом впустили покойника.
Ночной сторож на заброшенном объекте борется со сном, но его тело подкидывает новые загадки: странная шишка на шее и внезапный скрежет за воротами, которого там быть не должно. Кто скребется с той стороны в пустынном дворе?
Старый ржавый автобус без колёс и стёкол стоит у подножия холма столько лет, что местные подростки считают его частью пейзажа. Но в ночь выпускного, когда компания отправляется встречать рассвет на укромной поляне, выясняется, что у этого места и у автобуса есть тайна, которую не стоило тревожить.
Автобусный парк, 1997 год. Ночью я пробрался в запертую раздевалку, чтобы переждать ссору с родителями. Среди лабиринта шкафчиков меня разбудили звуки мокрых шагов по плитке — кто-то бродил в кромешной тьме.
Романтический вечер на заброшенном контейнеровозе оборачивается кошмаром, когда из темноты доносится ритмичный стук. Влюбленные находят источник звука — маленькую девочку в рваной одежде, стоящую лицом к стене.
В ночь перед Октябрьской революцией, когда даже продавцы запирают двери, спасаясь от «албаноидов», герой вынужден выйти из дома, чтобы купить отцу диск с классикой. В заброшенном киоске его встречает безумный бомж, который вручает странные артефакты — монокль для истинного зрения и сломанные наушники. Улица затаилась, и кажется, что тьма уже смотрит в ответ.
В пустошах Мохаве игра начала темнеть сама по себе, игнорируя настройки яркости. Телепорт по ID к убитому NPC забросил меня не в лагерь Цезаря, а в тёмное убежище с чужими текстурами на стенах, где группа фигур в комбинезонах стояла неподвижным кругом.
Станция метро «Обводный канал» в Петербурге открылась недавно, хотя пассажиров там почти нет. В один из вечеров я спустился туда, как обычно, но почему-то оказался на противоположной платформе, а часы над тоннелем показывали одно и то же время с обеих сторон.
В заброшенном храме Мельпомены маска на сцене подмигивает вам пустыми глазницами, и с каждым мгновением ржавый ливень усиливается, грозя затопить всё вокруг. Стены здесь дышат, тараканы — хозяева, а вы нравитесь этому месту настолько, что оно не хочет вас отпускать.
В коллекторе города N нашли мумифицированный труп — хотя в сырой канализации тело должно было разложиться. Рядом с погибшим лежала записная книжка, где он умолял о помощи, писал про лабиринт труб и странные шаги, преследующие его во тьме. Но главная загадка в другом: на стене рядом с телом кто-то оставил надпись «ОБМАНУЛ».
Тёплым летним вечером двое подруг решили срезать путь через заброшенные склады, и в кромешной тьме услышали, как кто-то хрустит ветками, двигаясь прямо на них. Спрятавшись в старом здании, они поняли, что за ними кто-то вошёл внутрь, и теперь крадущиеся шаги звучат всё ближе.
Строители объездной дороги под Богородицком работают в зоне радиоактивного заражения. Местные получают лишнюю неделю отпуска, а приборы зашкаливают. Среди бела дня дезориентированные майские жуки падают на асфальт, а у рабочих начинают распухать ноги и резко падать зрение.
В общежитии №13, где каждый блок хранит свою тайну, а из окон выпрыгивают от внезапных проверок, я делил комнату с двумя тихими соседями. Они исчезли бесследно, оставив после себя не только идеальный порядок, но и гнетущее чувство, что их никогда не существовало. Теперь я знаю: они поступили мудро, сбежав из этого места, где даже тараканы пахнут смертью.
В заброшенном здании компания натыкается на странно расставленные диван и стулья, словно в зрительном зале. Среди хлама они замечают нечто, что начинает двигаться само по себе, а воздух вокруг него искажается рябью.
Пилот Оксана нарушила приказ и спустилась на пустынную планету, где исчезла группа геологов. Единственная зацепка — ровная стена леса, словно подстриженная гигантской бритвой, и манящий огонек в его глубине. Но местный обитатель предупреждает: лес забирает всех, и главное — не дать чему-то к себе прикоснуться.
Компания друзей собирается в пустом доме, чтобы отметить конец лета. В хмельном угаре они решают написать шуточные объявления о продаже всего подряд — и один из них предлагает продать душу дьяволу. Утром выясняется, что один из парней ушёл по делам и пропал, а вскоре раздаётся тревожный звонок.
Двое друзей отправились на заброшенную военную базу в сумерках, но вскоре поняли, что они там не одни. Странные мотоциклисты, курсирующие туда-сюда, сменились необъяснимыми огоньками, летающими на огромной скорости, и звуками шагов по битому стеклу из пустых зданий. Когда из темноты донесся стук молотка по бетону, а в дверном проеме колыхнулась грязно-серая тень, стало ясно: пора уносить ноги.
В треугольной деревне, затерянной в глухом лесу, царит неестественная тишина, а дома стоят пустыми, словно декорации. Местные жители — жирные, потные мужчины с влажной кожей — спят мертвым сном, но, кажется, провожают гостей взглядами из-под приоткрытых век. Путники слышат странную, смутно знакомую речь, а у одного из встречающих... нет лица.
В Одессе, среди исторических зданий, обреченных на забвение, стоит «масонский дом» с пустыми глазницами окон. Исследователь заброшек проникает внутрь, чтобы запечатлеть его умирающую красоту, но среди мусора и обломков его встречают десятки разбросанных мягких игрушек. Кто оставил их здесь и почему они лежат у стен, словно охраняя покой руин?
Балкон пустого города, квартира, где старики с хохотом вырезают фигуру из живого поролонового куба, и родители, в ступоре глядящие в разбитый телевизор. В этом сне привычный мир сошел с ума, и каждая следующая комната — новая петля кошмара.
В больничной палате, где осыпается штукатурка и капает вода, двое пациентов коротают время за разговорами. Но сосед слишком увлечен старым радиоприемником, и его слова о том, что он боится остаться один, звучат странно. Кажется, он ждет не выписки, а чего-то другого.
В заброшенном городишке Острог, куда герой приехал лечить венерическую болезнь, местный «специалист» оказался не тем, за кого себя выдавал. Теплый августовский вечер на цветущей поляне у реки обернулся трупом с проломленной головой и тремя годами повторяющегося кошмара. Герой смирился с этим сном, но так и не вспомнил, что именно он сделал в тот миг, когда чувства вернулись к нему.
Парк аттракционов пуст, колесо обозрения застыло на тридцатиметровой высоте в полной темноте. Одинокая кабинка, внезапная остановка, и тишина, в которой собственный голос кажется едва слышным шепотом. А затем ты понимаешь, что ты здесь не один.
В заброшенном озере, где никто не купается, Андрей находит уединение и покой. Но вода здесь хранит тайну: нежные прикосновения невидимых рук дарят блаженство, а однажды спасают ему жизнь. Кто скрывается в глубине, лаская и обнимая юношу?
В городе, где никогда не показывается солнце, а луна пахнет гнилью, Лазар знает только серое небо и крыши, на которые запрещено забираться. Он смотрит на мир через экран телевизора, но заколоченная церковь и черный канал с антикварным магазином игрушек в устье — это не декорации. Здесь даже мэром служит гниющая кукла, и никто не покидает город, но однажды Лазар решает проверить, что скрывается за лесом.
В окнах заброшенного здания напротив всегда горел свет. Сначала я просто замечал это, а потом увидел в одном из них неподвижный силуэт, который, казалось, смотрел прямо на меня. Однажды ночью я коснулся стекла — и он сделал то же самое.
В заброшенном подвале на бабкиной даче, запершись в полной темноте и тишине, герой жует сырое мясо, ожидая, когда рассудок даст трещину. Но странности начинаются раньше, чем он планировал: стены перестают быть стенами, а дверь исчезает, чтобы появиться вновь. Сможет ли он отличить галлюцинацию от реальности, когда за ним уже пришли?
В заброшенной бухте среди ржавых свай и ярких шнуров охранник Валерий заметил странных птиц, которые при ближайшем рассмотрении оказались собаками. Он сделал шаг навстречу неизвестности, оставив товарищей позади. Что скрывается за этой жуткой подменой и куда ведут плетеные нити?
В серой комнате без окон девочка рисует в альбоме пальцы, тянущиеся к пустому кругу луны. Из-за железной двери в глазок лезут настоящие пальцы — длинные, голодные, они скребут металл и пытаются скинуть хлипкий крючок. У девочки есть только два карандаша, ножницы и страх, что однажды они дотянутся.
Песочный пейзаж за стеклом, мутное зеркало, талая вода. Кто-то неопознанный стоит за спиной, молча наблюдая, пока термиты пожирают стены и тела.
В детстве у нас были соседи: веселая Лаура, её красавица-дочка Салем и бабушка Ирина — добрая, но страшная инвалидка, которая не могла говорить и лишь бубнила. Однажды за праздничным ужином бабушка вдруг начала биться в истерике и кричать нечленораздельные слова, а на следующий день Лаура пришла просить прощения за что-то страшное. Спустя годы мама наконец рассказала, что сделало бабушку такой — и это началось на старой фабрике, где Ирина услышала странные звуки из подвала.
В полутемной комнате без окон и дверей просыпается человек, измазанный серо-черной краской. Незнакомцы встречают его как старого знакомого и говорят о каком-то договоре, о котором он сам ничего не помнит. Единственное, что всплывает в памяти — смутная прогулка по берегу заброшенной цистерны.
В заброшенной школе, где эхо шагов звучит как чужие голоса, ты находишь дневник с идеально ровным почерком, описывающим твои собственные сны. Только записи в нём датированы неделей назад, когда ты ещё не ложился спать.
В заброшенном доме старой ведьмы, где воздух пропитан смертью, а куклы следят пуговицами, Дима ищет трофей для спора. Но запертая комната манит сильнее, а в мутном зеркале мелькает силуэт, которого здесь быть не должно.
В сыром погребе частного дома на окраине Бийска человек вторые сутки прячется от того, кто настойчиво стучит в его окна. Стук не прекращается уже несколько дней, а соседи за стеной вдруг начали издавать жуткие завывания. Кто-то знает, что он дома, и явно не собирается уходить.
В тринадцать лет, глядя в телескоп из окна своего дома в канзасском пригороде, я заметил странные огни в лесу, где никогда не было дорог. Через несколько месяцев, катаясь на новом велосипеде, я решил проверить, что там построили, и нашёл заброшенную стройплощадку с работающими прожекторами и глубоким котлованом. На дне меня ждала находка, которая заставила меня бежать без оглядки, но настоящий холод приходит потом, когда вспоминаешь одну незначительную деталь на песке.
Группа друзей застряла с заглохшей машиной посреди ночного шоссе. Разделившись, двое парней отправляются пешком к арендованному домику у озера, но вместо тихого отдыха находят в высокой траве нечто, издающее жуткие нечеловеческие вопли.
Тихий августовский вечер на даче обернулся ледяным ужасом: исчезли звуки трассы, погасли все фонари, а небо лишилось звёзд. Пока герой пытается осмыслить внезапную вакуумную тишину, с противоположного берега стремительно наползает плотный белый туман, отрезая их от мира.
На острове среди ацтекских каналов Сочимилько отшельник вешает на деревья сотни гниющих кукол — он верит, что так сможет удержать злобный призрак утонувшей девочки. Но болотный дух не уходит, а лишь набирает силу, и каждую ночь из тумана доносится детский шёпот.
В заброшенном отеле, где каждый угол помнит его прошлый кошмар, мужчина просыпается в незнакомом номере. Он чувствует странную пустоту в левой руке, а из ванной доносится тихий звук бегущей воды.
В старой хрущёвке питерского Купчино, где каждый второй жилец — алкаш или нарком, я снимал комнату за бесценок. По ночам дверь в мою комнату и соседнюю, пустую, начинала открываться сама собой, а меня охватывал невыносимый, животный страх.
В Крайнем городе, где вместо окон — дыры, а сплетницу прозвали бабамухой, Крис уже два дня ждет мужа, ушедшего на охоту. Местные шепчутся о радиоактивном болоте, сводящем с ума, но Крис знает другую правду — и отправляет Брата 1 искать пропавшего, пообещав награду сушеными комариками.
В закрытом городе, построенном на костях заключенных, пропадают люди — их находят в подземельях, и каждый раз преступники сами сдаются полиции. Местный житель решает провернуть ночную кражу на заброшенном складе, который стоит на месте бывшего женского лагеря, но перед вылазкой ему снится сон: поляна, бездонная пропасть и бешеный ритм бубна. Теперь двое друзей пробираются в темноту, где стены помнят чужие страдания, а тишина склада кажется слишком живой.
Солнечный день на заброшенном военном полигоне. Сбор желтой серы для костра и внезапное нашествие матово-черных жуков, выползающих из-под песка. Когда их становится так много, что земля превращается в шевелящийся ковер, внутренний голос приказывает бежать.
Заброшенный сайт художника с ником Jellybrain69 хранит рисунки, от которых невозможно оторваться: существа на них совокупляются с пугающим анатомическим безразличием, словно иллюстрации из учебника по зоологии неизвестного мира. Герой, уставший от банальной порнографии, находит в этой холодной, прозекторской эстетике небывалое возбуждение. Но чем дольше он всматривается в эти схемы спаривания, тем сильнее его преследует ощущение, что сам художник наблюдал за своими созданиями слишком близко.
Золотая «Памятная дорожка» ведет сквозь воспоминания детства, но за каждым знакомым образом таится леденящая душу неправильность. В окне родного садика застыли дети, а среди них — мальчик, которого вы не помните, с глазами, полными жуткого смысла. Стоит ли сворачивать с пути, если каждый шаг приближает к избушке, откуда доносится праздничная музыка, но веет могильным холодом?
Зимняя охота обернулась кошмаром, когда один из братьев бесследно исчез на болоте, которое отказалось замерзать даже в лютый мороз. В поисках пропавшего охотники наткнулись посреди топи на роскошный десятиэтажный дом без единого огонька — здание, которого здесь не может быть по законам физики. А затем тишину разорвал предсмертный крик, приказывающий бежать, и начал нарастать гул, от которого стынет кровь.
В обычной советской библиотеке по ночам срабатывает сигнализация, хотя внутри никого нет. Жильцы верхних этажей слышат голоса и странные звуки из пустого здания, а однажды стекла вынесли изнутри, и кто-то сбежал.
Трое друзей отправляются в заброшенный парк, которого нет ни на одной карте, чтобы поохотиться на паранормальщину. Но ещё до того, как они ступают на его территорию, становится ясно: лес уже начал охоту на них.
Двое друзей отправляются в заброшенную церковь в канун Пасхи, чтобы сделать снимки. Внутри, вопреки запустению, убранство почти не тронуто, а на иконе — злые глаза. Внезапно за спиной хлопает дверь, которой быть не может.
