В захламлённом офисе страхового агента Дмитрия загорелась красная папка — новый труп и возможный криминал. Вместе с бодрым напарником Рафиком он мчится на улицу академика Гайдука, но за привычной рутиной скрывается нечто странное: два года назад клиент Василий взял кредит в Центральном Банке на нейроимплант, оставив каплю крови на договоре. Теперь его тело найдено, и тизер намекает, что банковская страховка — не просто формальность.
Кладбищенский сторож Михаил, оставшийся без жилья после проигрыша всех денег, на третью ночь работы обнаруживает в запертой сторожке незнакомца. Гость молча тасует карты и предрекает точное число и обстоятельства завтрашних похорон — и его слова сбываются.
Осень. Северное кладбище. Охотник на нежить выслеживает добычу, но сегодня он пришёл не за мумью, что роется в могилах. В темноте он замечает раздвоенный след копыта — в этих краях давно не видели чеморов.
Ночная трасса, дорогой кабриолет и одинокий силуэт в белом, манящий в темноте. Богатый чиновник, уверенный в своей безнаказанности, даже не подозревает, что его жертва — лишь приманка в ловушке, имя которой «Кирюша-бес».
Вдова, оцепеневшая от горя, машинально открывает дверь на наглый звонок. На пороге стоит незнакомец, называющий себя частным детективом, и в руках у него конверт с фотографиями. Свет в прихожей зажигается слишком ярко для женщины, привыкшей к полумраку занавешенных зеркал.
Дедушка научил внука страшной игре: смотреть в ночное окно, чтобы увидеть отражение комнаты. В отражении может появиться то, чего нет на самом деле — и это всегда плохой знак. Мальчик решил никогда не проверять это знание, но его глаза сами собой скользнули к стеклу.
В грозу на пустынной трассе подсадил попутчика — огромного старика в расшитой рубахе с дорожным посохом. Он попросил подбросить до деревни, но я точно знал, что таких людей у нас никогда не было.
Встреча выпускников в белорусском городке затянулась до полуночи. Внезапно погас свет, и в темноте я решил рассказать историю о квартире на первом этаже моей девятиэтажки, которую соседи обходят стороной.
Пьяный мужик забрёл в заброшенную высотку, торчащую посреди чистого поля, чтобы справить нужду с верхотуры. Внутри здания его встретил уродливый карлик с двумя головами и гремящим брюхом, который настойчиво просит спичку.
Проснувшись однажды утром, я обнаружил на своей шее ошейник с цепью, вбитой в потолок. Длины цепи хватает, чтобы бродить по всей квартире, но не дотянуться до входной двери. Я не знаю, сколько времени прошло, но часы стоят, а за окном всегда одно и то же серое небо.
Мальчик, который с детства чувствовал себя чужим в этом мире, однажды ночью столкнулся с черным светом, прожигающим его плоть. С тех пор он мечтает лишь об одном — снова раствориться в этой тьме, но вместо этого к нему в гости заявляется пьяный коллега.
Отец задерживается на работе, а из кухни доносятся звуки, будто кто-то открывает холодильник. Звонок от папы подтверждает, что его нет дома, но кто-то остался в квартире вместе с тобой.
В любой психиатрической клинике мира можно попросить встречи с тем, кто называет себя «Хранителем Страха». Если время подходящее, дежурный втолкнет тебя в чулан без пола, и ты рухнешь в бесконечную тьму. Главное — не испугаться в полёте, иначе острые колья на дне станут твоей последней встречей.
Ночной звонок в дверь. На пороге — соседка в слезах, босая, в пижаме. Она шепчет, что в её постели с мужем что-то пошло не так, но не может объяснить — только просит убежища.
В Карьяле, среди бескрайних болот и зеркальных озёр, инспектор Эйнар Нильссон мечтает лишь об одном — поскорее закончить командировку. Но местный поэт с озорными глазами предлагает прогулку к сгоревшей церкви, а в кармане Эйнара вдруг оказывается чужая вещь.
В сумерках захолустного района две молодые учительницы обходят дома, собирая данные для школьной переписи. Местные жители встречают их недружелюбно, а в одном из подъездов их уже поджидает странный мужчина с телевизором и тяжелым взглядом. Девушки решают держаться вместе, но тьма за окнами сгущается, и тишина в подъезде кажется слишком зловещей.
В 53 года я умер, но сейчас мне 112, и я живу в Бразилии. В юности, работая чиновником в Петербурге, я разводил на чердаке кроликов и птиц, чтобы справляться с неумолимой жаждой, которая грозила выдать меня с головой. Чтобы не сойти с ума, я уехал в южную Европу, где на фоне пылких местных жителей мои припадки оставались незамеченными.
Коллекционер винтажных кассетных магнитол находит в сети объявление о продаже идеально сохранившегося японского бумбокса за бесценок. Продавщица удивлена его звонку, ведь выставила лот всего пятнадцать минут назад, и охотно соглашается на встречу у себя дома. Герой спешит за своей «прелестью», не подозревая, что в этой квартире его ждёт нечто, что навсегда изменит его отношение к любимому хобби.
На западе Москвы, в обычной панельной высотке на Осеннем бульваре, каждую весну и осень кто-то сводит счеты с жизнью. Бабушки из дома напротив ведут мрачный календарь смертей, а новые жильцы разъезжаются, не прожив и полугода.
Ночной караул на заснеженной вышке в посёлке Завойко. В сильный мороз к посту приближается солдат с автоматом — и на глазах часового совершает нечто страшное. Но когда встревоженный герой сбегает вниз, на месте происшествия не оказывается ни тела, ни следов.
В почтовом ящике Олега снова оказался оранжевый конверт — тот самый, что год назад заставил его сменить три квартиры, пытаясь сбежать от «Зрелища». Он думал, что спрятался, но приглашение нашло его снова, а за ним — молчаливая очередь, гробовая тишина в зале и сцена, на которую зрители смотрят с голодным, нечеловеческим интересом.
В деревне, где каждый уголок сулил приключения, семилетний мальчик нашёл себе занятие — помогает одинокой старушке по хозяйству. Вот только в её доме живут странные старики, а в коровнике давно нет коровы.
В подмосковном Загорске культ Нглуи Нграка пожирает город изнутри: сектанты заняли все посты, а в служебных характеристиках чиновников появились слова «сочный» и «деликатесный». На этом фоне прапорщик ФСБ Вигол, мечтающий открыть сувенирную лавку, решает использовать обряд Приятия, чтобы избавиться от конкурента, занявшего его торговое место.
На окраине города возвышался почти достроенный особняк, о котором ходили странные слухи. Мы облазили его целиком, но так и не решились заглянуть в гараж, вход в который преграждала никогда не высыхающая лужа. В один из осенних дней, вооружившись новым фонариком, мы наконец решились спуститься в подвал.
В старой школьной парте ты найдёшь записку, где парень описывает, как в учительском туалете наткнулся на книгу, а вернувшись на урок, увидел на доске не тригонометрию, а задачу о вращении кишковорота. Весь класс молча уставился на него, и в тишине было слышно, как движется эта тошнотворная мандала. Годы спустя, в армии, когда тебя ведут на прокачку, ты снова вспомнишь ту историю — и найдёшь незапертую дверь, за которой деды читают «Унесённых ветром».
В деревне у дома местной ведьмы бродячая собака, уже кусавшая её дочь, загоняет отставшего от друзей путника. Внезапно из калитки раздаётся грубая команда на чужом языке, и пёс, вместо того чтобы напасть, начинает хихикать и кашлять, а затем по-человечьи убегает на задних лапах в кусты.
В тихом дворе незнакомец предлагает девочке конфету, но та отказывается, требуя сначала представиться. Их диалог превращается в странный торг, где внезапно выясняется, что у мужчины нет с собой денег.
В июньские выходные я купил помповое ружьё. Утром перед работой, оставшись один в съёмной однушке, я решил спародировать сцену из «Южного Парка» перед старым трюмо в прихожей. Но когда я улыбнулся своему отражению, что-то пошло не так.
Ночью в глухом лесу палатку семейной пары посетило нечто с рогом, издающее глухие, зычные звуки. Утром они нашли воткнутый напротив входа крест из веток, а их кошка бесследно исчезла, оставив лишь разорванный ошейник.
Двое мальчишек находят в лесу избушку, где живёт слепая старуха, угощающая их блинами и рассказывающая невероятные сказки про их же город. Вот только в каждой новой истории начинают мелькать имена их знакомых, а чудеса из рассказов — происходить наяву.
Шестилетняя девочка осталась одна в старом доме, ожидая отца с ночной смены. Внезапно в запертую на крючок дверь начинают ломиться, хотя нижняя дверь тоже закрыта.
В заснеженном городке, окружённом постами милиции, люди шепчутся о мёртвых девочках в берёзовой роще и о криворотой женщине, высасывающей мозги через нос. Пока партийные речи пытаются развеять суеверия, на окраине бывшей деревни Лужки из военного грузовика выходят четверо людей с лицами, искажёнными скорбью, и винтовками, заряженными серебром.
В подъезде старой пятиэтажки брат рассказывает младшему страшилку про монстра из мусоропровода, который утаскивает детей в подвал. Но когда крышка люка начинает сама собой подниматься и опускаться, становится понятно: это не просто детские сказки.
Теплый летний луг и роскошный лайнер «Адриана» остались в прошлом. Илья очнулся в ржавом, разваливающемся кошмаре той же каюты, где ледяная вода плещется под ногами, а по коридору бродит нечто невидимое. Кто-то, кто знает его имя, но явно не его жена, уже стоит за дверью.
Восьмилетний Андрей уверяет маму, что за дверью кладовки — длинный тёмный коридор. Женщина пытается объяснить сыну, что там лишь полки с инструментами, но когда мальчик забегает внутрь и захлопывает дверь, в крошечной комнатке он бесследно исчезает.
В синих сумерках пустой квартиры девочка слышит шорох за шкафом — там, где никого не может быть. Она знает, что это не тени и не игра воображения, ведь на пыли остаются свежие следы.
Вова, идеальный ребенок, вдруг начал бояться проходить мимо антресолей. Он утверждает, что там поселился кто-то маленький и страшный по имени Уголек, который просит есть и рассказывает страшные сказки.
Воспитатель в детском саду при кампусе сталкивается с четырёхлетним Томасом, который виртуозно притворяется спящим, но никогда не засыпает. Мальчик точно знает, как замедлить дыхание и когда приоткрыть глаза, чтобы проверить, ушёл ли взрослый. Но когда воспитатель решает выиграть в гляделки, ребёнок срывается на крик: «Хватит смотреть!».
Майское солнце слепит глаза, но из гаража доносится злобная ругань. Друзья собрались отдохнуть, но один из них сидит с побелевшим лицом, сжимая в кулаке найденный возле гаража блестящий шарик. Он не может разжать руку, потому что каждый раз, когда он это делает, происходит нечто необъяснимое и смертоносное.
В заброшенном цехе сталелитейного завода двое силачей готовятся к очередному трюку. Но заказчик, который оплачивает их реквизит, требует не просто согнуть металл — он хочет, чтобы они сломали саму реальность. Первая странность: гвозди, которые они гнут, наутро оказываются целыми, а на их ладонях проступают узоры, похожие на заводское клеймо.
На рабочем столе компьютера ни с того ни с сего появляется папка с интимным названием и фотографией шикарной девушки. Папка наотрез отказывается удаляться, а вскоре пустой текстовый файл внутри начинает сам собой вести диалог с героем.
В пустой квартире гаснет свет, а тишина становится слишком плотной. Одиночество притянуло нечто, что теперь шепчет из-за плеча, стирая память и управляя телом, как куклой.
В любой психиатрической лечебнице мира можно найти того, кто называет себя «Хранитель Души», — но только если персонал сочтет тебя достойным. Вместо ответа тебе протянут стеклянный шар, разделенный пополам: одна половина — чернее бездны, другая — чистый золотой свет, и ты никогда не сможешь сказать, где тьма, а где свет. Если разобьешь шар — вернешься к обычной жизни навсегда, но если решишь войти в дверь, путь вымощенный треснувшим камнем, покажет тебе, что счастье и боль — лишь иллюзии, а за финальной дверью тебя ждут тени, которые не прощают ошибок.
В заброшенном корпусе психиатрической больницы, где десятилетиями стирали память током и лоботомией, новый санитар находит старую историю болезни. Пациент поступил с тихим бредом: он утверждал, что слышит, как стены шепчут ему чужие имена — имена тех, кто ещё не родился.
В 1818 году в баварском Вюрцбурге поселился преуспевающий доктор Генрих Шпатц с молодой женой. Он был душой общества, лечил бедняков и писал научные труды, но в 1831 году внезапно распродал имущество и уехал в Чехию. После его отъезда бывшие ассистенты заявили полиции, что доктор с женой — вампиры, указав на таинственное исчезновение однорукого привратника из госпиталя.
Зимой 1855 года на побережье Девона жители Эксмута проснулись и увидели на свежем снегу цепочку идеальных отпечатков маленьких копыт. Следы вели по прямой, не отклоняясь, взбираясь на крыши домов и перепрыгивая через трёхметровые заборы, а каждый отпечаток был покрыт ледяной коркой — словно нечто раскалённое лишь на миг касалось земли. За одну ночь таинственный двуногий путник преодолел более 160 километров, и до сих пор никто не знает, кто или что оставило эти метки.
В керженских лесах, среди потомков старообрядцев, мёртвых хоронят прямо во дворе — под окнами, среди грядок и цветов. Соседка баба Клава, единственная добрая душа в деревне, умерла страшно, обварившись на печи. Но тем же летом в запертый дом снова кто-то начал просовывать в дверь морковку и душистые травки.
В городе на улице Рыскулова-Петрова стоит дом, где после кровавой трагедии новые жильцы начали замечать в окнах мертвенно-синий свет — хотя внутри никого не было. Те, кто осмеливался приблизиться, чувствовали, как на них наваливается животный ужас, а однажды из дома донесся крик, после которого нашли человека, с которого будто содрали кожу.
Летний день в Ростове-на-Дону, оживленная улица, полная людей — и женщина с пустыми глазницами, которая идет так, будто видит каждого прохожего. Она встречается с героиней взглядом, которого у нее быть не может, а затем память об этой встрече исчезает на целый год, оставив лишь вырезанный фрагмент реальности.
Мужчина просыпается от того, что его девушка в панике трясет его и указывает на окно их спальни. Они живут на седьмом этаже, но за стеклом отчетливо видны два темных силуэта, которые, кажется, пристально вглядываются в комнату.
