В поселке Первомайка бесследно исчезает девочка, ушедшая в лес у железной дороги. Через неделю её обезглавленное тело находят на путях, но голову так и не удается отыскать. Обезумевший от горя отец начинает пить, а спустя полгода его тянет обратно в тот самый лес.
Ночная охота на кабана при полной луне. В тишине заснеженного поля охотник внезапно слышит, как кто-то отчётливо называет его по имени и отчеству. Голос доносится со стороны луны, и вскоре из темноты начинает медленно приближаться тёмный силуэт.
В медкорпусе пахнет тиной, в волосах Нади застрял речной песок, а дешёвый чай давно остыл. Она мечтает смыть с себя вонь этого проклятого лагеря, но душ ей так и не дали. И когда мать наконец приезжает, чтобы забрать её отсюда, Надя понимает: объяснять, что именно случилось на речке, придётся самой.
В заброшенном подвале, куда мальчика запирали в наказание, из темноты явились существа, шепчущие одну и ту же фразу. Спустя годы, когда он уже забыл о них, на безлюдной лесной тропе его путь преградил оскаленный пёс.
В советском поселке Овгорт, на краю кедрового леса, пятилетняя девочка подружилась с соседской Ирой, которая хвасталась растущей косой. Однажды ночью, в темноте, девочка прикоснулась к плечу подруги и вместо волос нащупала теплый, пульсирующий кожаный вырост — и небо озарила слепящая вспышка. Наутро мама ничего не помнила о странном происшествии, а «коса» бесследно исчезла, словно её и не было.
Материалист, привыкший всё мерить и объяснять, слышит в своей квартире на последнем этаже шаги несуществующего кота и детские шарики, катящиеся по несуществующей квартире сверху. А в весеннем лесу, в палатке, его будит вой, от которого закладывает уши и который не похож ни на одного известного зверя.
Из леса, где по слухам было старое кладбище для самоубийц, к танкистам на учениях вышел их сослуживец. Он был страшно изувечен и не подавал признаков жизни, хотя только что сам дошел до своих.
Трое мальчишек заблудились в тайге у заброшенного лагеря ГУЛАГа. Спасаясь, они наткнулись на древний дольмен с идеально круглой дырой в плите — и один из них провалился внутрь. Местная старуха-нанайка запретила взрослым лезть туда ночью, вспоминая страшные поверья о злых духах.
В лесу, где после Великой Жатвы мутировали звери, охотник Карась всадил целый рожок в кабана — но зверь не падал. У костра группа выживших переваривает ужин, не зная, что странное началось не с мутаций.
Лыжная гонка, снегопад и внезапный соперник с номером 12, которого не было в списке участников. Я вхожу в его лыжню, но в лесополосе след обрывается в нетронутый сугроб.
Отец всю жизнь ходил в тайгу один, но однажды ночью в охотничьем домике дверь начала открываться сама — со скрипом, которого наутро не стало. Спустя годы та же история повторилась в сотнях километров от тайги, в пустом школьном коридоре.
В лесу, где не растут ёлки, девушка по имени Ёлка ищет дерево для моряков, но снег здесь липнет, как живые пауки, а лес молчит так, будто не собирается выпускать обратно. Под ногами хрустят не ветки, а чьи-то черепа.
Володя, наследник железнодорожной династии из станции Глушь, влюбляется в Марину — девушку из хакасского хутора, где тишина давит сильнее мороза, а по ночам из тайги бесшумно приходят волки. Он приезжает к ней на мотоцикле, оставаясь в степи, где на десятки километров нет ни души, и впервые чувствует себя свободным от семьи. Но однажды, оставшись на хуторе в будний день, он замечает, что тишина здесь — не просто отсутствие звуков.
Прохладным августовским утром грибник заходит в знакомый лес — и обнаруживает, что знакомые тропы ведут в незнакомую чащу, а лес не кончается там, где должен. В мёртвой тишине, без ветра и птиц, он упорно бредёт вперёд, но грибов нет, а болото с огромными валунами возникает там, где его быть не может. Сосед, замеченный в начале пути, исчезает навсегда — а лес, кажется, никого не хотел отпускать.
В парке за липовой аллеей росли четыре каштана, и каждую осень дети сражались за их плоды. Но однажды пропавшая туфля и шутка отца породили легенду о каштановом человеке — и теперь он приходит по ночам, прорастая сквозь стены детских снов.
Ночная фотосессия на лесном озере обернулась встречей с девушкой, которая смотрела в пустоту и говорила без единой эмоции. Она умоляла не ходить в ту сторону, а потом исчезла, оставив героя без сознания в кустах.
В осеннем лесу на краю города, посреди ночи, ты слышишь чей-то полный боли крик о помощи. Из темноты появляется огромный силуэт, обвешанный чёрными тряпками, и звуки, которые он издаёт, не похожи ни на что человеческое. Ты хочешь помочь, но понимаешь: тот, кто зовёт, уже не может быть спасён.
В лесу за домом в Пенсильвании раздался крик о помощи. Мой отец схватил пистолет, а из чащи донесся жуткий, нечеловеческий визг. Спустя месяцы, той же ночью, из леса послышалось мяуканье кота, а затем чей-то искаженный голос повторил слова моего друга.
В конце октября на заброшенной даче в одиннадцатом саду, рядом с импровизированным скотомогильником, компания друзей замечает странный силуэт. Незнакомец с неестественной, дёрганой походкой медленно приближается, а затем, словно зверь, опускается на четвереньки и исчезает в траве. Вскоре один из гостей бесследно пропадает, и ночные поиски в густом тумане оборачиваются леденящим ужасом.
В глухих пермских лесах, на краю непроходимых болот, группа сталкеров находит сияющую огнями турбазу, которой по всем картам быть не должно. Внутри — свежие постели, работающий свет и холодильники, забитые продуктами из давно исчезнувшей эпохи, но ни одной живой души. Только мёртвая тишина и липкое чувство, что этот гостеприимный оазис ждал именно их.
В дремучем лесу, среди покосившихся избушек без единой собаки, заблудившийся герой находит приют у слишком гостеприимных хозяев. Свет в их доме гаснет и загорается одновременно, а в полночь ему предлагают попариться в третьем пару.
В глухой деревне на опушке дремучего леса живет семья «хурри» — потомки древнего кочевого народа, которые воруют скот и проводят кровавые ритуалы. Их дети с черными глазами и неестественными, вывернутыми движениями приходят играть с местными, пока однажды трагедия не заставляет лесные огни вспыхнуть ярче обычного.
В глухом лесу, где местные запирают двери с закатом, пожилая женщина отказывает в помощи заблудившейся паре. Она знает: стоит впустить их в дом — и беда придет за ней самой. Но когда за окном гаснет крик, а к стеклу прижимается лицо, с которого стерлись все краски, она понимает: Он уже здесь.
В деревне, затерянной среди глухих лесов, Новый год — это не просто праздник, а древний ритуал единения. Но когда на улицах начинают звенеть крохотные колокольчики, развешанные детьми по строгому указанию главы, в воздухе появляется что-то, помимо мороза и предвкушения чуда.
В лесу нашли старую видеокассету, торчащую из земли. Дома я вставил её в видик и увидел интервью напуганной женщины, которая рассказывала, что её сын боится ночного гостя, прилетающего к нему поиграть.
Ночная смена на оружейном заводе у леса. В тишине начинает звенеть севшая батарейка дверного звонка в соседнем пустом боксе, а затем кто-то осторожно стучится в ворота. Камеры никого не фиксируют, но на снегу остаются огромные следы, и этот «кто-то» возвращается снова и снова — только к нему.
Семнадцатилетняя девушка и её возлюбленный-конюх каждое утро встречают рассвет верхом в сосновом лесу. В одно такое утро их лошади внезапно встают как вкопанные, испугавшись бородатого мужика, стоящего на дороге. Когда незнакомец исчезает за деревом, герои обнаруживают, что лес вокруг них неузнаваемо изменился, а под копытами лошадей начинает чавкать болото.
В провинциальном городке начала 80-х двое обычных, спокойных мужиков с разницей в полгода ведут себя странно перед тем, как исчезнуть. Первый, нервно поглядывая на часы, срывается с места и бежит в гараж, а второй покупает дорогой коньяк и уходит в лесопосадку, не заходя домой.
Летнюю ночь на даче в глухой деревне, где лес начинается у порога, разорвали хрип и рычание. Семилетний мальчик, оставленный с прабабкой, леденеет от ужаса, понимая, что звук доносится из её комнаты. Свет включен, дверь открыта, но то, что он увидит в щели, навсегда лишит его дара речи.
В лесу, полном грибов, я наткнулся на уютную полянку с аккуратной кучей веток. Сколько ни пытался уйти, каждый раз возвращался на то же место, а ветка дерева цепко хватала меня за капюшон, будто не пуская. Потеряв дорогую сердцу зажигалку, я вернулся за ней и нашёл её лежащей поверх той самой кучи, к которой даже не подходил.
В детстве меня пугали козлоногим человеком, который бродит по лесу и отрубает головы. Спустя годы, вернувшись в деревню, я слышу, как соседка пугает той же историей свою внучку.
В дикой Нарымской тайге есть тропа, ведущая от одинокого кедра в темную еловую чащу. Тот, кто ступит на нее с наступлением сумерек, рискует навсегда потерять чувство реальности.
На мокрой трассе после дождя Вадим подсаживает в свою «девятку» рыжую жрицу любви с необычным именем Меридиана. Она сама ведет его в глухой лес к заброшенному домику, но в самый интимный момент что-то идет не так.
В широком поле, у одинокой сосны, где ветер раскачивает ветви, а ворона каркает, не желая улетать, девушка ищет пропавшего брата. Но его окровавленное лицо и пустой взгляд, жующий сырое мясо, не выходят у неё из головы. Что за напасть постигла Ронара и почему он исчез, оставив после себя лишь этот жуткий образ?
Охотник Санёк, привыкший ночевать в глуши, нашёл приют в заброшенной деревне среди леса. В первую же ночь его разбудило невозможное здесь тиканье часов, но источник звука так и не нашёлся. На вторую ночь тиканье вернулось, и теперь Санёк знает, где искать — в углу, который ему приснился в кошмаре.
В Алтайской глуши компания охотников сталкивается с необъяснимым: ночью их лагерь окружают жуткие звуки, а наутро один из них бесследно исчезает. Вскоре они находят лишь кровавые следы и разорванную экипировку, а из-за реки на них смотрит нечто, не похожее ни на одного зверя.
Молодой музыкант уезжает в глухую сельскую местность, чтобы записать звук своего собственного сна для главного проекта в жизни. Проснувшись, он часами вслушивается в ночные шорохи на плёнке, пока не натыкается на то, что заставляет его кровь стынуть в жилах.
В заброшенном леспромхозе трое детей каждое утро едут на самодельной дрезине по узкоколейке в школу. Но в этом году их путь стерегут не только голодные волки — в тумане над холмами появляется молчаливый великан в зэковском бушлате, который машет им вслед. Дети уже привыкли махать в ответ, но однажды ноябрьским вечером волки впервые бросаются в погоню.
Охотник Марвик и монах Павел заметили странный танец птиц над лесом — верный признак нечисти. Но в чаще их ждал не знакомый дух, а тридцатиметровый силуэт с елью вместо головы, который срезает вековые деревья одним взмахом руки. Теперь друзья пытаются оторваться от Хозяина леса, который гонит их неведомыми тропами.
В затерянном среди якутской тайги аласе двое мальчиков остаются одни присматривать за телятами. Нарушив строгий наказ родителей не ходить за ограду в сторону древних могил, они отправляются за ирисами и брусникой. Среди тишины уходящего солнца один из детей внезапно замолкает, а затем раздается истошный крик — над ними возвышается длинный черный человек ростом с дерево.
Зимней ночью в лесу молодая девушка сбилась с пути и уже готовилась к худшему, как вдруг заметила на ветке мохнатый силуэт. Существо спустилось и молча указало ей путь, терпеливо дожидаясь, когда она отдохнёт. Проведя её до самой деревни, странный проводник бесшумно исчез в снежной круговерти.
Ночной лес у подножия Бештау. Двое туристов у костра слышат странный металлический стон, который с каждым разом звучит всё ближе. Эхо скрывает источник, но когда звук раздаётся прямо за спиной, становится ясно: в темноте за кругом света кто-то есть.
В Аокигахаре, где самоубийцы находят последний покой, Цушима Сюдзи готовится шагнуть с ветки. Но голос из ниоткуда нарушает его планы, и лес, который должен был стать могилой, вдруг начинает играть с ним в другую игру.
В глухой уральской деревне, где тьма идеальна для астрофотографии, местные обходят стороной болотистое озерцо — после череды несчастных случаев там стало нечисто. Однажды ночью, во время съемки звезд, тишину разрывает громкий всплеск, а спустя минуты из темноты доносится угрожающее хлюпанье и тяжелое сопение.
Каждую пятницу он готовится к ночной поездке в лес. Его девушка не просит денег или внимания — ей нужно лишь, чтобы он убирал следы её еженощных прогулок. Но самое страшное начинается, когда он, борясь со сном, понимает: он не может её остановить.
Солдат ВДВ, бегущий ночью через знакомую приграничную зону, вдруг понимает, что местность вокруг неузнаваема. Среди редкого леса он натыкается на старое кладбище, которого быть не может, а затем выходит к совершенно мёртвой деревне, где тишину разрывает лишь скрип и хлопанье ставен.
Охотник-любитель Эдик привёз из Германии грозное ружьё и отправился испытывать его в глухие леса за Верхней Ослянкой. В чаще он встретил огромного лося, который повёл себя совершенно неестественно — не испугался человека и не бросился прочь.
В поселке горняков и геологов, где в девяностые заправляла агрессивная гопота, компания «ботаников» нашла общую тему с новенькой девочкой Наташей. Но её имя и фамилия совпадали с местной страшилкой — про вечную пятилетнюю девочку на сопке, которая заманивает детей и вскрывает им животы стеклом. Однажды жарким летним днём мы с Наташей поднялись повыше, подальше от чужих глаз, и среди кустов стланника нас настигла та самая фигура в серых гнилых тряпках.
Ночной лес, уютный костер и компания старых друзей — что может быть спокойнее? Но Андрей, измотанный тяжелым переходом, чувствует, как в эту идиллию закрадывается что-то неладное. Взгляд брата, застывший на огне, кажется слишком пустым, а его молчаливая улыбка — чужой.
В Забайкалье, в глухом лесу у озера, мать с дочерью сбились с пути в сумерках. Внезапно из-за воды донесся девичий смех и плеск, а когда мать пошла проверить, что там, она вернулась с лицом белее мела и потащила ребенка прочь, не говоря ни слова.
