Вернувшись в опустевшую квартиру детства, я надеялся лишь избавиться от наследства, но случайная встреча с матерью исчезнувшего одноклассника заставила меня заглянуть в старую переписку. Восстановив доступ к странице, я обнаружил, что сам когда-то заблокировал этого мальчика, а его профиль хранит молчание уже больше десяти лет. Теперь мне предстоит понять, почему мои собственные воспоминания об Алёше так пусты, а его мать ищет ответы именно у меня.
На закате у заброшенного полустанка я остановился перекурить. По тропинке прошли странная парочка — мужчина-интеллигент с рыжей девочкой, а навстречу им вывалился толстяк в сером костюме. Девочка спросила: «Папа, это Колобок?», и толстяк начал рассказывать жуткую историю о древнем чудовище, а затем его рот превратился в пасть с клыками.
В приторно-сказочной «Колыбельной» певицы МакSим за каждым словом чудится скрытый ужас. Волшебник с крыш потирает руки, а «гирлянды» подозрительно напоминают пожары.
Однокурсник пропал на месяц, а когда наконец объявился, принёс с собой старую аудиокассету. Он утверждает, что в ней записана песня, которая звучит для каждого по-своему, и с тех пор его сны заканчиваются одним и тем же жутким местом.
В детстве мама уверяла меня, что она ведьма, и показывала доказательство в собственных глазах — мир в них отражался вверх ногами. Бабушка хранила на верхней полке загадочную черную тетрадь с пометкой «ЧЕРНАЯ» и проводила странные ритуалы со свечами по ночам. А ещё у парализованной тети Сони на шее висел медальон с секретным словом, которое должно было спасать её от смерти.
Мальчик находит на дороге странную сумку, а внутри — нога в кожаном ботинке. Она угрожает прийти к нему ночью, и выключенный телевизор предупреждает: она уже поднимается по лестнице.
Ночная смена на заброшенном заводе в глухом пермском городке. В два часа ночи из давно неработающей котельной доносятся хлопки и шипение пара. Местный рабочий бледнеет: котельную разграбили ещё в девяностых.
Выезд на плэнер в конце октября — последняя надежда Ирины найти вдохновение для портрета Осени. Но в лесу её ждёт не просто модель, а нечто, что заставит вспомнить давно потерянный оберег и странное предупреждение цыганки. Ирина ещё не знает, что её творческий поиск может стоить ей самой себя.
В провинциальном городе живёт женщина лёгкого поведения, которую все презирают. Однажды ночью её подвозит фура с выключенными фарами, и водитель с бледным лицом и чёрными глазами пугает её до онемения. После этой поездки дома начинают происходить необъяснимые вещи.
Поздним вечером водитель попутки подвозит рассказчика до Киева. В темноте он просит пассажира присмотреться к женщине, стоящей у обочины, и назвать цвет её волос. После ответа водитель мрачнеет и рассказывает, что много лет назад здесь орудовал неуловимый маньяк, а теперь на этом же месте снова видят его погибших жертв.
Поздним вечером по Москве курсирует троллейбус, который видят лишь те, кто решил свести счёты с жизнью. В пустом салоне вас встречает только пожилой кондуктор, который вежливо просит оплатить проезд. Но когда вы протягиваете ему мелочь, он вдруг хватает вас за руку и задаёт странный вопрос, от которого кровь стынет в жилах.
В Шиповом лесу, среди холмистых посадок, компания подростков заметила на склоне чёрную фигуру, вдвое выше человека, исполняющую безумный танец. Когда один из них крикнул, существо повернулось, сделало странный реверанс и бесследно исчезло, а из ближайшего цыганского двора донеслось леденящее кровь песнопение о душах и крови.
В курортном городке на Чёрном море герой находит сталинский дом с распахнутой дверью. Внутри — тёплые пульсирующие стены, которые ускоряют биение в ответ на его прикосновения, и лестница, ведущая в квартиру, откуда доносится неразборчивый хор. Стоит переступить порог — и он оказывается в вагоне поезда без окон, где стены, койки и пассажиры сделаны из плоти.
В гимназии есть традиция: раз в пять лет ученики носят передачу учителю истории, который сел на 15 суток за драку с милицией. Но в этот раз его посадили не на привычную Окрестину, а в странный изолятор на Дражне, где пахнет затхлостью и велят устроить свидание. А сам Сергей Наумович бормочет про африканских детей за решёткой в больнице КГБ — и, кажется, боится их куда сильнее, чем собственного срока.
Ночью на даче героя будит тихий, настойчивый стук в дверь. Стук перемещается к окну, но до него невозможно дотянуться с земли, а затем раздается уже из стены, с пугающей методичностью обходя дом по кругу.
Весна 1977 года. На лыжной трассе в сосновом лесу у дач Сергеляха школьники срезают дистанцию и натыкаются на торчащую из снега фигуру. Тело выгнуто дугой, словно пыталось подняться, и смотрит в сторону остановки.
В захолустном ДС находят мумифицированный труп задрота, умершего за компьютером. Спустя годы на лжедваче появляется ссылка на несуществующий IP, и один школьник решает по ней перейти.
В 2007 году на YouTube появилось трёхминутное видео с названием на неизвестном языке. В кадре — девушка, неподвижно сидящая за столом с опущенной головой, а в её руке зажата бритва.
В мае 1985 года на Московский дрожжевой завод пришло письмо о человеке, вскрывшем себе горло жестяной банкой после глотка странного напитка под названием «пиво». Сотрудники проигнорировали сообщение, но через месяцы новые трупы и панические письма в ЦК КПСС заставили их проверить состав — и первый же глоток вызвал у функционера необъяснимую нервную истерику.
В своей собственной квартире, куда он переместился на неделю вперед, изобретатель Самуил Аполлонович обнаружил точную копию своей машины времени. А на приборной панели ждала записка с его же почерком: «попался».
Зимней ночью 17-летняя девушка натыкается у подъезда на замерзшего друга Димку в футболке и тапках. Он напуган до дрожи и лепечет, что из открытой форточки его кухни влезла старуха и жрет борщ руками прямо из кастрюли. В пустой квартире их встречает комната, забрызганная горячим супом до потолка, и пустая посудина на подоконнике.
Ночное дежурство в пустом морге обещало быть скучным, пока трое патологоанатомов не приняли странный труп девушки. Вскоре после полуночи в запертом помещении начали происходить необъяснимые вещи: с грохотом падали шкафы, а из холодильной камеры доносились подозрительные звуки.
В городе Бережное, куда Олег сбежал от прошлого, воздух пропитан сладковатой вонью разложения, которую местные упорно не замечают. Пьяное блуждание ночью приводит его не к гостинице, а на пустырь, откуда исчезают все знакомые ориентиры. Теперь под ногами слышен тяжелый глухой звон, доносящийся словно из-под земли.
Я медлю после полуночи, не успевая покинуть могилу до рассвета. Я любил засыпать, обняв тебя сзади, но теперь выше плеч у тебя ничего нет.
В канун 2010 года семнадцатилетний Олег, мечтающий остаться вечным ребёнком, встречает Новый год в компании скучающего мальчишки и пьяных родственников. Выйдя на балкон под бой курантов, он замечает боковым зрением размытую тень, которая хватает его за руку и увлекает в полёт с пятого этажа в сугроб.
В мультиплеерной песочнице трое игроков обустраивали шахты. Во время ночёвки на пустынном острове в подземном убежище один из них заметил, что восточная стена сама собой исчезает — блоки пропадают мгновенно, а ресурс падает на пол. Стеклянный потолок оказался разбит, хотя никто к нему не прикасался.
В уютной квартире тихой пятиэтажки Вера однажды слышит детский шёпот из стока раковины. Голос жалуется на тесноту и темноту, а спустя время из трубы начинают доноситься настойчивые удары.
В заброшенной воинской части среди выжженных августовским солнцем полей двое друзей находят старую схему объекта. На ней обозначены строения в глубине леса, которых нет ни на одной карте спутника. Когда закат окрашивает руины в багровый, птицы замолкают, а воздух наполняется странным, тревожным запахом.
В новой квартире, купленной после развода, поселились тишина и покой. Но мама перед переездом странно вздыхала: «Здесь слез много». Однажды, принимая ванну, я услышала сквозь воду дикий детский плач — хотя дочь крепко спала в кроватке.
Двое друзей, искатели острых ощущений, проникают в заброшенное подземное хранилище военной части, окутанное слухами о пропавших людях и паранормальной активности. Уже у входа их встречает неестественная тишина, пожухлая растительность и заклинившая гермодверь, словно само место не желает их пускать.
В заброшенной церкви на окраине города я наткнулся на старую, пыльную Библию. Внутри неё, на полях, были сделаны странные пометки, перечёркивающие привычные строки о спасении души.
Одиннадцатилетний мальчик и его друг возвращаются через знакомый парк после купания, но внезапно понимают, что привычный шум машин исчез, сменившись неестественной, давящей тишиной. Спустя полчаса блужданий они с ужасом замечают, что парк, который всегда проходится за двадцать минут, не кончается, а его края, видные из любой точки, бесследно исчезли.
В новой высотке на окраине лабиринта спальных районов застрял лифт. В темноте кабины — девушка, двое парней и местный дурачок Витька с лицом, от которого стынет кровь. Но страшнее искажённых черт — то, что начинает происходить, когда гаснет свет.
Каждый Новый год рассказчик впадает в медикаментозный сон, чтобы не видеть того, что приходит в праздничную ночь. Всё началось в семь лет, когда его отца нашли мёртвым в печной трубе с мешком подарков, а мать — синей и прекрасной, как Снежная Королева. Теперь за окном, в черноте зимней ночи, кто-то ждёт.
Девушка разорвала пополам выпускную папку, чтобы часть осталась у неё, а часть — у парня. Вскоре её половина бесследно исчезла, но они не придали этому значения.
В двухэтажном доме в Сиэтле Джеймс Райт снова слышит шорох, которого там быть не должно. Он уже избавился от нашествия грызунов, но странный звук возвращается, а вместе с ним — провал в памяти о ритуале, который помог тогда.
В заброшенной лаборатории лежит дневник с последней записью: «Если вы это читаете, я, скорее всего, мертв». Его автор решил проверить, существует ли удача, создав механизм, где шанс на выстрел и осечку абсолютно равен, а ставкой стала его собственная жизнь.
В Бресте, где даже пылающий Ленин летает, а в канализации водятся кикиморы, двенадцатилетняя ведьма Телема Гайдучик берется за новое дело. В женском туалете гимназии завелся невидимый грузовик, который гудит по утрам, и местные школьницы готовы заплатить за расследование кусочком легендарной пиццы.
В детской компании завелась странная традиция: каждый, кто получал травму, исчезал из жизни навсегда. Сначала Вовка напоролся на невидимый корень, а потом Женька трижды порезался об один и тот же сук, который каждый раз оказывался в другом месте.
В условленной точке тайги группа оперативников возвращается к зимовью, где должны были ждать товарищи, но встречает гнетущую, физически ощутимую тишину. У коновязи нет лошадей, лишь обрывки поводьев, а в нескольких метрах от жилья лежат два человеческих скелета, почти скрытые шевелящимися массами, похожими на зернистую икру.
Говард поселился в трущобах Бронкса, чтобы отомстить бывшей жене, но та лишь рассмеялась в ответ. Вернувшись домой глубокой ночью, он нашел в унитазе общей ванной младенца, которого кто-то пытался утопить.
В любой психиатрической больнице мира попроси у регистратора встречи с тем, кто называет себя Хранителем Прошлого. Работник замрёт, глядя сквозь тебя, и молча поведёт по бесконечному коридору, где нельзя смотреть по сторонам. Ровно через 350 шагов он переведёт часы на час назад — и ты окажешься в залитой красным светом комнате без дверей, где на разбитом столе лежит мужчина, готовый ответить лишь на один вопрос.
В любой психиатрической клинике мира можно попросить встречи с тем, кто называет себя «Хранителем Ветра». Сотрудник уйдет, не обратив на тебя внимания, словно ты пустое место, и начнет насвистывать мотив, который определит твою судьбу. Если ты узнаешь мелодию, тебе откроется дверь в бескрайнюю степь, где теплый ветерок сулит нечто большее, чем просто покой.
Сельское кладбище, раскопанная могила и странные следы когтей на влажной земле — это лишь начало любительской видеозаписи 1996 года. Вскоре оператор начинает слышать в ночном лесу жуткий лай, похожий на вой, а местные мальчишки рассказывают о неком огромном косматом звере, который, кажется, сам ищет встречи.
В детстве я жил в трущобах, где пили все, кроме моей семьи. Нашим излюбленным развлечением были жестокие шутки над дворовым сумасшедшим по кличке Шапочка, а любимой игрой — прятки. Однажды, спасаясь от водящего, я забрался в бетонную трубу в старом овраге, откуда пахло кислым и слышался шум воды — и спустя три года, проходя мимо, я услышал оттуда скулящий звук.
Фанатка крипипасты ради шутки разыграла незнакомца, соврав, что её сестру убил Бен Утопленник после просмотра мифического видео. В ответ ей прислали архив с этим самым файлом, и теперь она не знает, что делать с реальной угрозой, которую сама же и призвала.
Заблудившись в родном, исхоженном вдоль и поперёк лесу, дед бредёт всё глубже в чащу, где вековые ели смыкаются в чёрный шатёр, а под ногами чавкает трясина. Среди мрака и бурелома его манит далёкий огонёк, но стоит приблизиться — болото засасывает, а спасительный свет гаснет, оставляя один на один с лешим.
В лесу под вечер трактор с прицепом сена встал на ровной дороге, словно вкопанный. Двигатель ревёт, но колёса не крутятся, а на стоге сидит высокий чёрный силуэт, от которого разит гнилью. Когда незваный пассажир исчез, трактор поехал, но наутро на дороге нашли ямы от колёс глубиной в пятнадцать сантиметров.
В городе, где запретили алкоголь, а западные танки готовятся перейти границу, Алик и его друг Дюша отправляются через вымирающие улицы к таинственному аппарату, который может изменить всё. Но владелец устройства, прячущий его в квартире, пропахшей нищетой, встречает гостей слишком странной улыбкой.
В новой квартире годовалый сын подруги начал видеть в тёмных углах «страшного дядю», которого не замечали взрослые. Малыш рисовал его портреты, просыпался в синяках и наотрез отказывался оставаться в детской один.
