Летние каникулы 2002 года, заброшенное футбольное поле у старого кладбища. Во время вечерней игры мяч улетает к ограде, и в сумерках компания замечает странного силуэт в старомодном плаще. Когда незнакомец поворачивается к ним, ребята понимают, что лица у него нет.
Славик купил дешёвую квартиру в старом доме, где предыдущий хозяин замёрз насмерть среди распахнутых окон. Первое время новосёла мучают только ночные звонки в домофон, но на экране — лишь помехи и пустая улица.
В Шиповом лесу, в доме старого лесника Федора Лукича, собираются егеря и подшучивают над хозяином: тот каждый раз оставляет угощение в бане для таинственных «навий». Лукич нехотя соглашается рассказать, откуда пошёл этот обычай, и вспоминает, как в молодости, ослушавшись наставника, отправился один на ночную охоту в страстную неделю — и забрёл в мёртвую деревню, где единственный живой человек двигался неестественно, словно деревянный.
Старый завод, построенный пленными немцами, хранит мрачные секреты. В пропарочной камере, где температура превышает сто градусов, однажды утром находят нечто ужасное. А в бетоносмесительном цехе у транспортерщиков своя страшная статистика, связанная с железным кожухом.
В запущенном доме местного алкаша компания друзей находит студию, полную рок-реликвий и фото с легендами. Но странный кислый запах, пронизывающий всё жильё, и неестественно слаженная игра на внезапной джем-сессии заставляют усомниться в гостеприимстве хозяина.
Зимой в старой школе, где пол вскрыли для ремонта труб, осталась лишь горстка детей и молоденькая учительница. В пустом коридоре, возле темной дыры в подвале, внезапно поднялся переполох.
В городе намертво запертых дверей и пустынных улиц Моррисон, привыкший к жизни за бронированными стенами, внезапно оказывается снаружи, без привычной оболочки автомобиля. Он бродит среди одинаковых домов, не помня, сколько времени прошло, а его собственный разум начинает подкидывать тревожные вопросы о том, остался ли человек самим собой.
В июльскую ночь 2011 года, заблудившись в лесу после звонка девушке, ты выходишь на поляну, где стоит изба, которой здесь никогда не было. Из окна доносится колыбельная — её поёт женский голос, от которого тело деревенеет, а мысли превращаются в пар. Ты хочешь бежать, но не можешь пошевелиться, а певица уже взяла кого-то на руки и качает.
В заброшенной воскресной школе мальчик подружился с Колей. После гибели друга в результате странного несчастного случая на мраморных лестницах, рассказчик забывает о трагедии. Но однажды ночью, выглянув в окно, он видит на пустой горке фигуру в красном.
На даче в забытом богом городе Электроугли я отдыхал с девушкой, когда внезапная гроза застала нас у озера. Спасаясь от ливня, я заметил странного мужчину в тёмном костюме и шляпе, который в тридцатиградусную жару молча наблюдал за нами с берега. Ночью, когда мы уже были в доме, в дверь постучали — на пороге стоял тот самый незнакомец и попросился войти, заявив, что это его дом.
Девятилетний Семён мечтал отметить день рождения в аквапарке, но друг Ярик затащил его на страшную горку «Чёрная дыра». Семён боится высоты, но не может уступить сопернику. Когда они поднимаются наверх, выясняется, что за горкой никто не следит — и мальчики остаются один на один с тёмным жерлом аттракциона.
Тишина загородного дома, где ты привык отдыхать от города, впервые кажется зловещей. Странные бугры на свежевскопанной земле и запах гнили из погреба — лишь предвестники того, что в четыре утра постучится в твою дверь. Готов ли ты узнать, кто хозяйничает в твоём убежище, пока ты спишь?
В заброшенной школе Риверсайда Антона преследуют обрывки одного и того же кошмара: холод, искажённые лица близких и погоня существ, на которые «больно смотреть». Проснувшись, он пытается убедить себя, что это был просто сон, но реальность начинает плавиться — учитель выворачивает шею, одноклассники застывают в неестественных позах, а слова вокруг превращаются в бессвязный шёпот.
Трое мальчишек, оставшись ночевать в пустом пионерлагере, хвастались своей храбростью и заперли дверь на верёвку. Но когда погас свет, в темноте раздался настойчивый стук, а затем кто-то начал барабанить по крыше — и не один, а сразу с нескольких сторон.
Поздней ночью на безлюдном перегоне за Купавной герой сходит с электрички и решает сократить путь по рельсам. Внезапно он замечает товарный состав, которого раньше никогда не видел из окна своего дома, а из-под вагонов навстречу ему выползает странная фигура.
В заброшенном театре, куда никто не мог попасть десятилетиями, трое подростков наконец находят лазейку. Внутри их встречает пугающая чистота — ни одной надписи на стенах, будто кто-то заботливо убирает это место. Но настоящая странность начинается, когда они открывают дверь в зрительный зал.
В украинской хате 1954 года трое двоюродных братьев спят на полу. Посреди ночи в дом входит женщина по имени Феня, которая давно уже здесь не живет, и начинает копаться в своих старых вещах в углу. Но когда один из парней окликает её, фигура замирает по стойке «смирно» и начинает раскачиваться, становясь всё прозрачнее.
В занесенной снегом степи у Андрея заглохла машина, а до эвакуатора — только к утру. Он находит укрытие в заброшенном доме, где дорожка к двери странно расчищена, а внутри — заправленная кровать и сухая печь, словно его здесь ждали.
Отец-одиночка перевозит двоих детей в старый дом приходского священника, доставшийся по подозрительно низкой цене. Вскоре он находит на заднем дворе папку с рисунками прежней жилицы — художницы, чьи иллюстрации к детским книгам полны жутких полулюдей. А затем его дочь начинает меняться.
В отеле у большого озера ночной администратор получает странные правила: не выходить к незнакомцам, не проверять шумы в закрытых помещениях и не пускать детей после заката. Тишину его смен нарушает лишь настойчивый стук из пустой котельной — но стоит отойти, и он смолкает.
В новосибирском Академгородке есть музей железнодорожной техники, где юный энтузиаст подружился со старым сторожем. Однажды в музей привозят редкий паровоз серии «Ы», и вместо радости сторож встречает мальчика мрачным молчанием. Он явно знает о новом экспонате нечто такое, что заставляет его нервничать и отмахиваться от расспросов.
В Новоуральске конца 80-х две семьи из хрущёвки внезапно получили просторные квартиры в новых домах. Местные шептались о ночных «учениях ГТО», шлангах и автокранах во дворе, но правду скрывали за железными дверями без ручек. Спустя годы в бывшей квартире на третьем этаже обнаружили сквозной проём в полу, пропиленный под странным углом — будто кто-то спешил проделать ход, о котором не должны были узнать.
В подвале заброшенного НИИ двое подростков стоят перед массивной дверью безэховой камеры — места, где, по слухам, абсолютная тишина сводила с ума подопытных за считанные часы. Старший, известный садист, забирает у младшего часы погибшего отца и приказывает зайти внутрь, чтобы доказать, что он «мужик». Антон вглядывается в темноту за порогом, не зная, что скрывается в этой гробовой тишине.
В детстве я гостил у бабушки и дружил с девочкой Маришкой. Спустя много лет её мать сказала, что дочь умерла пятнадцать лет назад — как раз после нашего последнего лета. А потом я наткнулся на заброшенный парк аттракционов, которого никогда не было на этом месте.
В московском метро 1975 года бесследно исчезает целый поезд с пассажирами. Ночная бригада обходчиков отправляется на поиски в тупик, где, по расчетам, состав просто не мог поместиться.
В безлюдной равнине ровно в 22:22 ты найдёшь пятиэтажный дом с единственным тёплым окном. Дверь откроется сама, но на пороге квартиры №22 тебя ждёт не просто жилец.
В крошечном городке, где маньяки заводятся чаще, чем грибы после дождя, есть место под названием Барахland — свалка у заброшенного вытрезвителя, куда подростки сбегают тайком. Мой племянник Максим пропадает там днями, но страшнее его дружбы с затравленным Коленькой, который ворует книги и никогда не плачет, даже когда его избивают до крови.
На станции «42 Стрит» в час ночи Тони Логан свернул не туда и оказался в тупике, которого быть не должно. А когда он нашел лестницу, уводящую вниз, на ней не было ни единого указателя — только тишина, слишком плотная для работающего метро.
В старом районе города, среди обветшалых сталинок, стоит квартира, где время застыло среди антиквариата и живых цветов. Её хозяйка, девушка неземной красоты, слишком легко впускает в свою обитель случайных визитёров. Но почему в этом роскошном саду так сладко пахнет, а ковёр под ногами кажется подозрительно мягким?
В старом заброшенном доме на окраине города группа бездомных детей прячется в подвале от страшного «плохого дядьки», который, по их словам, уже забрал двоих. Журналисты, пришедшие снять репортаж, решают проверить детские страхи и остаются на ночь — а из щели в стене начинает вылезать бледная рука.
В заброшенной деревне, куда невозможно проехать на машине, троих поисковиков встречает гнетущее чувство чужого взгляда. Среди пустых домов их манит голос товарища, доносящийся совсем не оттуда, где он находится на самом деле. А когда они решают уйти, заколоченная дверь одного из домов оказывается распахнута.
В старом доме, где буря стучится в окна, рассказчик обещает поведать жуткую сказку о ядовитом роднике и мертвом лесе. Но слушатель не отвечает — он крепко спит, зажав свечу меж бледных пальцев, пока свет озаряет лишь стены.
Красный дом манит забывчивого юношу, а внутри его уже ждут зелёный человек и череда мрачных комнат с чёрными дверями. Каждая новая дверь ведёт к очередному странному хозяину с чёрной тетрадью, и вопросы становятся всё более зловещими.
На окраине городка стоит заброшенный польский склеп графов Радзинских, который местные обходят стороной. Однажды оттуда начинают доноситься стуки и стоны, а после гибели подростка со слабым сердцем склеп решают вскрыть. Внутри находят необъяснимый беспорядок, который не поддается логике.
В заброшенной лачуге у края южноамериканской деревни, где нет электричества, а единственный свет — свечи, путешественник сталкивается с необъяснимым запретом. Хозяйка дома требует немедленно погасить огонь, но не объясняет причину.
В лесу под Питером двое копателей разбивают лагерь у глухого болота, где по старым немецким картам бесследно исчезла целая рота карателей. Ночью их будят звуки плеска и голоса — несколько фигур в длинных плащах бродят прямо по трясине, а когда их замечают, все разом оборачиваются и указывают в сторону лагеря.
Изольда в растерянности: её дети никогда не убегали, ведь они даже не умели передвигаться. Но однажды она завела живого ребенка с подвижными конечностями — и тут же случилось несчастье. Теперь старуха ищет сбежавшую девочку, а в углу кухни зияет узкий самодельный тоннель.
Сотрудница небольшого химического предприятия исчезла прямо с рабочего места, не пройдя через турникет на выход. Камеры зафиксировали, как она зашла в длинный Г-образный коридор, но на другой его стороне она так и не появилась. Единственный, кто мог встретить её в этом коридоре, — охранник, который клянётся, что никого там не видел.
Подруга вернулась домой после расставания с парнем и застала жуткий разгром: разбитые зеркала, оторванные головы у плюшевых игрушек, ножи, воткнутые в столешницу. Но вскоре стало ясно, что это не просто месть бывшего — в квартире начали происходить вещи, которые невозможно объяснить поломками проводки.
Старая советская горка в заброшенном парке — это лицо уродливого принца с распахнутым ртом, из которого вместо языка торчит длинный чёрный тоннель. Восьмилетняя Рая видит, как её знакомая Алёнка в одиночку забирается на площадку, чтобы скатиться в эту темноту.
Спортзал училища в Кижинге, июль 2007 года. Среди храпа уставшей бригады в три часа ночи просыпаешься от тихого пения — между кроватями бродит старуха в серых лохмотьях. Она исчезает за дверью, запертой снаружи на шпингалет, и местный аспирант позже скажет: хорошо, что у вас не было ключей от столовки.
В городе на улице Рыскулова-Петрова стоит дом, где после кровавой трагедии новые жильцы начали замечать в окнах мертвенно-синий свет — хотя внутри никого не было. Те, кто осмеливался приблизиться, чувствовали, как на них наваливается животный ужас, а однажды из дома донесся крик, после которого нашли человека, с которого будто содрали кожу.
Ночью на заброшенной метеостанции, среди воя грозы и странной восьмибитной музыки, пятилетний мальчик видит над церковной оградой пульсирующий фиолетовый шар, с которого стекает дождь. Внутри поднимается необъяснимое тепло и желание прикоснуться к нему, но мать грубо утаскивает ребёнка внутрь.
В заброшенной деревне среди леса бабушка каждую ночь заставляла маленького внука закрывать ставни, но отказывалась объяснять причину. Однажды мальчик ослушался — и ночью кто-то начал ходить вокруг дома, заглядывая в окна и тихо постукивая по стеклу.
В провинциальном городке я помогал выносить хлам из квартир — и видел такое, что не снилось риелторам. Первая же «двушка» оказалась выбелена краской от пола до потолка, включая мебель и технику, а хозяева лишь молча пожали плечами.
В дачном поселке, где солнце безжалостно будит именинника, двенадцатилетний Вадим спешит на встречу с девочкой, пообещавшей ему особенный подарок. Но в доме подруги его встречает не только усталая мать, но и странный голос из темноты, который называет мальчика ласковыми именами, словно знает его всю жизнь.
В заброшенной лесной избушке двое друзей находят люк в погреб, куда ведут свежие следы. Спустившись в темноту, один из них слышит шорох и звон цепи — а затем видит, как из мрака выступает чья-то фигура.
Зимний рассвет в горах. Я сижу у окна в пустой базе отдыха, пытаясь заварить чай из кленовых листьев. На диване спит женщина, чьи глаза ночью светились сами по себе, а за окном, в сугробе, плачет забытый ребенок в оранжевой курточке.
Две девочки пробираются на заброшенное кладбище с необычными домиками вместо крестов. В полночь, дрожа от страха, они бродят среди провалившихся плит в поисках привидений. И тут одна из них проваливается ногой в пустоту.
Ночные стуки из пустой запертой комнаты в общежитии, где когда-то жили две студентки. Дверь опечатана тяжелым амбарным замком, а внутри, по слухам, остались висеть два зеркала, направленные друг на друга.
