В старом доме со странной планировкой герой находит замурованное за шкафом окно, выходящее в глухой двор-колодец. Однажды в разгар ливня он замечает, что из этого окна бьет яркий солнечный свет, хотя весь остальной город залит дождем. Решив, что сходит с ума, он готовит снаряжение, чтобы спуститься вниз и узнать, что скрывается за этой аномалией.
В кладовке старой квартиры нашелся дневник, спрятанный в «Литературной газете». Его автор потерял жилье из-за мошенника и теперь ночует на вокзале, но страшнее бездомности — тени, что шевелятся под лестницей, и голос, назвавший его квартиру. Кто или что наблюдает за ним из темноты?
В утренней толчее метро «Киевская» Виктор уже не замечает заученную песню попрошайки в синей телогрейке, пока однажды не понимает: этот «командировочный из Харькова» появляется в его вагоне слишком регулярно, чтобы быть просто актером или мошенником. А вечером, свернув в знакомый переулок на Пятницкой, он натыкается на дверь, которой здесь быть не должно.
В электричках и переходах Щёлкова девяностых заправлял смотрящий Паша. Среди его подопечных попрошаек была Вобла — снулая баба с малолетней дочкой, которая вечно булькала одно и то же: «Освободите меня». А потом они пропали на две недели.
В спальном районе на окраине Москвы, в длинном доме-Левиафане, новосёл замечает странный ритуал: ровно в 00:25 в каждом освещённом окне напротив застывают силуэты людей, молча глядящих в пустой двор. Ни звука, ни причины — только синхронное исчезновение ровно через минуту.
В подвале московского министерского здания, куда спускаются на эскалаторе, служил срочник. В пятницу вечером майор Рокотов ушёл домой, сдав пропуск, но через несколько часов с дальнего узла, куда невозможно попасть без ведома дежурного, начали звонить и представляться его именем.
Прогуливаясь по парку, я столкнулся с существом, чей размытый силуэт скрывался в пустоте. Оно вцепилось в меня, но не оставило ни царапины — лишь странную пустоту внутри, которую я попытался заглушить кофе. Вскоре мир вокруг начал меняться: машина соседа сменила цвет, коллегу стали звать другим именем, а однажды я обнаружил себя посреди улицы в пижаме.
В подъезде все ненавидят старика Никанора Семёновича: он годами поливает грязью любого, кто приближается к его двери, даже не открывая её. Соседи давно не видели его вживую, а по ночам из квартиры доносится лишь привычный мат в адрес неудачливых взломщиков. Но однажды двое грабителей решают залезть к нему через окно — и находят нечто, от чего у самого крепкого из них подкашиваются ноги.
В спальном районе Нижнего Новгорода работяга вступается за странного парня в берцах, а через месяц его набожная мать и тихая квартирантка начинают вести себя так, будто их подменили. Когда силы покидают и самого героя, тот самый доходяга предлагает помощь — и в его взгляде мелькает что-то, от чего становится не по себе.
В подмосковной многоэтажке живёт тихий и безобидный Марат, которого все привыкли пинать. Но после его смерти в районе начинают происходить странные вещи, а причинно-следственные связи дают трещину.
В командировочном городе мужчина встречает бывшую жену, с которой не виделся 12 лет. Она ничуть не изменилась, только кожа стала слишком бледной, и просит его зайти с ней в одну контору. Он соглашается, но здание оказывается заброшенным, а женщина исчезает за дверью, бросив странную фразу на прощание.
Охотник за призраками приезжает в квартиру нервной клиентки, которая жалуется на скрежет снаружи окна на пятом этаже. Оставшись один в тёмной комнате, он слышит мерзкое хихиканье и шаги когтей по стеклу. Открыв окно, он замечает тень, скользнувшую внутрь.
На лондонском вокзале Сент-Панкрасс молодая нищенка с младенцем сидит в самом проходном месте, но другие босяки обходят её стороной, словно чумы. Бывший беспризорник, узнавший в ней отражение собственного голодного детства, чувствует, как завтрак в его кармане превращается в камень. Почему вокруг этой женщины образовалась пустота, и что скрывается в грязном свертке на её руках?
На двенадцатом этаже, глядя на дом напротив, я заметил странность: в синих вспышках от искрящих трамваев на секунду проступает тёмная вуаль, окутывающая верхние этажи. Она не рассеивается на ветру, её видно только в этих вспышках, и она словно колышется. Мы с напарником пытаемся понять, что это — но чем дольше смотрим, тем больше она растёт.
В кирпичной девятиэтажке среди пустырей и недостроек репетитор французского встречает странную семью: надменную мать, тощую девочку-балерину и тень, которая не сразу уходит вслед за хозяйкой. В квартире пахнет краской и уютом, но что-то здесь не так — и это «что-то» уже заметило гостью.
Владелец придорожного павильона устанавливает скрытые камеры, чтобы поймать хулиганов, бьющих окна. Просматривая запись после обнаружения трупа бомжа на остановке, он замечает странность: мертвец всю ночь простоял на ногах, не шевелясь, пока не появилась компания пьяных.
Вернувшись из командировки, я попал в аварию, но очнулся не в больнице, а в Пустом мире — бледной копии родного города, где у домов нет окон, деревья похожи на недорисованные смазанные стволы, а тишину разрывает лишь «шум сверху», лишающий мир всех звуков. Я бродил по безлюдным улицам, пытаясь понять, почему одни предметы здесь целы, а другие — будто стерты, пока не заметил, что за мной кто-то наблюдает из пустых окон.
В октябрьском тумане офисное здание взвыло сиреной воздушной тревоги, загоняя сотни людей в сырой подвал. Но в темноте бомбоубежища кто-то невидимый толкается в спину и хихикает, а стены, кажется, медленно сжимаются.
Ночные прогулки по городу открыли ему жуткую закономерность: некоторые прохожие ведут себя неестественно, словно механические куклы, повторяя одни и те же действия с пугающей точностью. Они появляются только с темнотой и исчезают ровно в два часа ночи. Однажды его любопытство заходит слишком далеко.
В подмосковном городе 93-го года на лестничной клетке между этажами находят свежий труп мужчины. Следов борьбы никто не слышал, а соседи клянутся, что из подъезда никто не выходил. Но характер ран и странный след челюстей заставляют следователя усомниться в человеческой природе нападавшего.
В Перловке, среди бараков и котельной, двое братьев научили меня лазить по помойкам и травить страшилки. Но настоящий ужас начался, когда мы заглянули в окно коррекционной школы и увидели там не то, что ожидали.
В московском «Макдональдсе» ко мне подсел незнакомец, услышавший мои рассказы о жестоких играх. Он предложил работу: придумать развлечение для богачей с «московским колоритом» и обязательной жестокостью. Я получил аванс в 100 долларов и согласился.
Саня пришёл с пивом и признанием в измене, а ушёл в ночь, так и не решившись ехать к невесте. Наутро он молчит, хотя обычно не замолкает ни на минуту. Катя считает Настю ведьмой, но дело не в чёрных ногтях и гороскопах — в её пустой квартире находят странный рисунок на стене, которого там быть не должно.
Водитель автобуса уехал, а Женя так и стоит на остановке, не решаясь войти в родной квартал: вечером сюда возвращается что-то необъяснимое, от чего стынет кровь даже у флегматичной реалистки. Дома её ждёт только чайник, но соседка Ксюха утверждает, что за Женей от самой остановки шёл незнакомый мужчина — и до сих пор торчит во дворе.
В родном городе, где каждый двор когда-то казался безопасным королевством, теперь по улицам бродит нечто, рожденное человеческим пороком. Бывший опер, сломленный однажды воплотившимся кошмаром, снова оказывается на месте кровавой бойни, где исчезли четыре тела, оставив лишь кровавый след.
В тихом московском дворе две девочки заигрались до сумерек. В окне первого этажа зажёгся свет, и на подоконнике появилась девочка с роскошными игрушками, которая приветливо помахала и жестом пригласила их в гости. Что-то в этой картине показалось одной из подруг неправильным, и она отказалась входить.
В сером, прокопченном городе, где даже воздух кажется липким, девушка выходит на Кривую улицу — не для прогулки, а для отчаянной подработки. Но сегодня к ней привязывается не обычный клиент, а странный старик в мятой шляпе, от которого пахнет лекарствами и который предлагает слишком много.
В деловой центр Москвы, где тучи трутся об антенны, а швейцары кланяются за пятисотку, врывается Катя с кейсом, полным компромата на миллионера-педофила. Но её ледяной ультиматум встречает не страх, а чересчур спокойную ухмылку — и короткую фразу, от которой у опытной охотницы закипает кровь. Теперь, запершись в хрущёвке с пистолетом, ей предстоит понять: что именно этот человек сказал ей на прощание?
В вечернем метро я заметил девушку, которая металось между пассажирами с отчаянием загнанного зверя. Она пыталась выйти на каждой станции, но толпа каждый раз оттесняла её обратно в вагон. Я знаю, что она здесь третий день, и знаю, что скоро ей придётся научиться жить по-новому.
В захламлённом кабинете, где пахнет пылью и дешёвым одеколоном, чиновник с часами за целое состояние принимает посетителей. Он привык видеть в них лишь досадную помеху, пока один из просителей не начинает вести себя странно — слишком спокойно, слишком пристально глядя на «Патек Филипп» под лацканом пиджака.
Летом 2001 года сослуживец возвращается из командировки и получает отпуск. Поздним вечером, выйдя из гаражного кооператива, он направляется домой по темной неосвещенной дороге через пустырь. Внезапно он замечает, что за ним кто-то идет, и шаги преследователя начинают стремительно приближаться.
В городе, где сирены еще молчат, герой уже знает, что мир вокруг него стремительно умирает. Он чувствует это в каждом холодном прикосновении ветра и скрипе трамвайных колес, но никто вокруг не спешит замечать приближающуюся угрозу.
В сибирском городке из крана пошла ржавая вода с металлическим привкусом, и с этого момента окружающие начали странно меняться. Люди всё настойчивее предлагают выпить эту дрянь, а в их взглядах сквозит пугающая одержимость. Даже местные бомжи предупреждают: не пей эту воду, она делает с людьми что-то неладное.
В студгородке, где серая дрянь правит бал, наркодилер Макс едет на сделку к новой клиентке, которую ломает без дозы. Но утро начинается с череды странностей: пьяный мужик сам бросается под колёса, а на месте жуткой аварии трупы в мешках начинают подавать признаки жизни.
В городе, где асфальт диктует свои законы, а трещины требуют особого шага, Саша знает: стоит ошибиться — и случится непоправимое. Но когда привычные правила сменяются новыми, а ночью даже любимые вещи начинают стоять неправильно, мальчик понимает: Игра становится смертельно опасной.
Ночью в тёмном подъезде девятиэтажки человек с загипсованной ногой замечает застывший силуэт на лестнице. Незнакомец стоит в неестественной позе, не двигаясь и не издавая ни звука, а когда поворачивается — его лицо оказывается чудовищной пустой маской, видимой даже в кромешной тьме.
Мужчина на 72-м этаже Северной башни Всемирного торгового центра слышит странный свист, и здание содрогается. В окно он видит, как с неба падают горящий мусор и бумаги, а затем мимо пролетает мужской костюм — пока он не понимает, что это был человек.
В захудалом городке, где страшнее пьяной драки ничего не бывает, за два месяца с балконов спрыгнули тринадцать человек. Четырнадцатое самоубийство только что случилось прямо напротив моего окна, и я — единственный свидетель, который видел всё, что происходило до, во время и после падения. Но я молчу, потому что сам ещё не понял, что именно увидел, и какое отношение к этому имеет странный звук, похожий на скрип ржавого крана и волчий вой, доносившийся с чердака.
В хмурый ноябрьский вечер больной студент-медик находит в гаражах жалобно пищащее существо. Оно оказывается не котёнком, а крошечным гуманоидом с обломанными крыльями и клыками, который умеет говорить. Спасая странного найдёныша, герой ещё не знает, какую цену заплатит за своё сострадание.
Москва, спальный район, глухая ночь. Я сижу на самодельной лавке у старой голубятни, потягиваю пиво — и вдруг замечаю, что в её матовом окне стоит неподвижный человеческий силуэт. Меня накрывает животный ужас, заставляющий броситься прочь, хотя никто за мной не гонится.
В тихом районе города пропадают девушки, которых никто не связывает между собой. Офисный работник с неожиданным даром чувствует, кого не найдут, и теперь его вечера проходят за изучением ориентировок на холодильнике. Он решает выйти на охоту сам, пока чутьё не привело его к следующей жертве.
Женщина возвращается домой после неудачного дня и обнаруживает, что её двор, подъезд и даже дверь в квартиру полностью преобразились. А ключ больше не подходит к замку.
В подвальной квартире на улице Котовского у Толика было всё, как в настоящей сказке — тепло, уютно и даже немного таинственно. Но однажды, после того как его отец в одиночку разогнал кровавую драку с поножовщиной и уехал в бесконечную командировку, в жизни мальчика начали происходить вещи, которые не объяснить простым везением. И первым знаком стало то, что посреди людного тротуара для него одного нашлась нетронутая двадцатипятирублёвка, которую почему-то не видел больше никто.
Охранник престижной башни в Москва-сити наконец-то получил «блатное» ночное дежурство на тихих этажах. Но в лабиринте одинаковых коридоров и дверей, где каждый час нужно отмечаться на контрольных точках, тишина оказалась обманчивой. Три недели назад началось то, из-за чего он уже подал заявление на перевод, сославшись на внезапную боязнь высоты.
В провинциальном городе грузчик Егор приютил у себя девушку Женю, только что выписанную из психбольницы. Она утверждает, что её довёл до психоза звонок в дверь от мёртвой соседки с вырезанной брюшиной. Егор уверен, что это был спектакль ради жилплощади, но, соглашаясь съездить за её вещами, он ещё не знает, что́ на самом деле ждёт их в пустой квартире.
Поздним вечером на узкой московской тропинке вы встречаете сумасшедшую бабулю, бормочущую себе под нос. Она не просто преграждает путь — с нечеловеческой силой и чёрной ненавистью в глазах она начинает преследовать вас, легко догоняя тридцатилетнего мужчину. Укрывшись в подъезде, вы слышите, как за дверью кто-то воет, скрежещет и тихо смеётся.
В промозглом переулке за Полл Молл Алан Остин находит комнатушку, где старик в кресле-качалке предлагает необычные снадобья. Одно из них, бесцветное и безвкусное, он называет «средством для сведения пятен с жизни», но цена в пять тысяч заставляет Алана нервно переспрашивать о другом товаре.
В городе, где после землетрясения исчезли все звуки, а люди застыли в пустом оцепенении, один парень пытается найти свою девушку. Он бродит среди молчаливых фигур, не понимая, что заставило их замереть, и что скрывается в центре оплавленной воронки на главной площади.
В подмосковном городке, где утренние маршруты ведут мимо строек, а вечерние — вдоль темных промышленных зон, герой годами замечал на асфальте странные капли. Но однажды декабрьской ночью он наступил в свежую, дымящуюся лужу и увидел, что цепочка следов ведет к одинокому силуэту впереди.
Ноябрьским утром десять мужчин покинули свои дома, объяснив отсутствие до вечера разными предлогами. Миша Потапов, фотограф, однажды застрял на шоссе возле мрачного квартала Опольцевские хрущобы, от которого веяло безысходностью и опасностью. Вскоре он узнает, что именно в этом месте произошло нечто, заставившее его пожалеть о собственном любопытстве.
