На крутом берегу реки, где трава примята, а тина свисает с ив, разведчик Дубенко готовится к смертельно опасной вылазке. Командир предупреждает: если услышишь внутри голоса, которые велят не ходить — слушай их. Но лучший разведчик роты, однажды вернувшийся из тыла врага с пленным полковником, сейчас думает только о доме и послевоенной жизни.
В семейном альбоме хранилась странная записка 1943 года — расписка раненого красноармейца мальчику Саше из села Шумилово, спасшему ему жизнь. Но в рассказе деда о той встрече было что-то неуловимо тревожное: слишком много странностей в поведении и словах белобрысого спасителя.
В ИПТАПе, где смерть — обычная профессия, капитан Удальцов, командовавший артиллерийской разведкой, слыл «заговоренным»: он прошел три войны, не получив ни царапины, и выходил живым из самых безнадежных передряг. Но за этой невероятной удачей крылась странная, почти мистическая отчужденность — сослуживцы не спешили с ним сближаться, словно чувствуя в его везении что-то неправильное.
Гришке снится, что война кончилась и он с Георгием на груди возвращается в родную станицу, где его ждёт живая семья. Но реальность жестока: всех его родных давно забрала холера, а сам он — солдат на передовой, где отступление идёт полным ходом. Среди привычного быта и солдатской дружбы с Сашей-Иподьяконом проступает тревожный вопрос: что будет, когда немец подойдёт вплотную?
В арке старого жилого дома местные боятся ходить даже днём. Говорят, однажды там встретили странного солдата с ожогами на лице за год до начала войны. А ещё через арку пробежал мальчик, которого похоронили за две недели до этой встречи.
Комбриг Остенберг, бывший сыщик из Одессы, пятую неделю гонится по кровавому следу за атаманом Юдиным по прозвищу Упырь. Тот не грабит, а режет всех подряд — детей, стариков, женщин, жжёт церкви, и за ним не стоит ни белых, ни красных. Но чем ближе комбриг к своей цели, тем чаще местные шепчут, что Юдин не человек вовсе, а сам дьявол, и что пуля его не возьмёт.
В блокадном Ленинграде, где смерть стала привычным соседом, истощённая девочка Шура однажды замечает за окном странный свет. На пустыре, среди мрака и голода, стоит снеговик, который держит в руке горящий бенгальский огонь.
Копатель слышит в наушниках металлоискателя женский крик, а затем находит на земле фрагмент старой каски. В другой раз, ощутив на себе пристальный взгляд из темноты, он идёт к кустам и находит там останки солдата.
В затерянном горном кишлаке, только что отбитом у банды, под ногами — мины, а в черных окнах мертвых домов чудится чей-то взгляд. Среди трупного запаха и яблонь с неестественно красивыми плодами я нахожу в траве фотографию большеглазой девчушки. А ночью из пустого кишлака доносится тягучая женская колыбельная.
В госпитале 1941 года дед Юра, прошедший болота и первые бои, начинает видеть по ночам странную женщину в белом. Она бесшумно подходит к раненым, целует их в лоб — и к утру те умирают. Но однажды она задерживается прямо над его койкой.
В раскаленном аду бесконечного марша, где солнце сжигает мозг, а армия немых теней пожирает саму себя, один солдат внезапно вспоминает клочок голубых обоев и пыльный графин с водой. Но этот призрак мирной жизни — не спасение, а первый симптом, когда реальность начинает плавиться, а в голове поселяется что-то чужое и страшное.
В электричке под Ригой старый латыш рассказывает попутчику историю о своем соседе — спекулянте, который наживался на голоде в еврейском гетто. Но однажды этот бессердечный делец отправился туда с фурой картошки и вернулся… совершенно другим человеком.
В кольце гор застряла горстка солдат, забытых миром, подписавшим мир. Ева дежурит на стене древней крепости, где война кончилась, но не для них, а рядом с бездонной расщелиной, проглотившей все брошенные камни. Здесь слишком тихо, слишком холодно, и каждый новый день похож на ожидание конца, который уже наступил.
В оккупированном Воронеже в дом, где прячут раненых, входит немецкий офицер и просит прикурить. С чердака внезапно раздаются стоны, выдающие тайник.
Спустя двадцать лет после войны запах соляры и гари возвращает бывшего танкиста в прошлое. Посреди ночи он просыпается от духоты и видит на стуле обгоревший силуэт командира, которого считал погибшим.
В голодные военные годы старший сын ломает дедушкины часы, чтобы отец не уходил к солдатам за едой. Когда отец всё же чинит их и уходит, он возвращается с целым состоянием — ягнятиной, приправами и обещанием сытой жизни. Но почему мать не притрагивается к еде, а в мясе чувствуется странная сладость?
Капитан Попеску, историк по образованию, прибывает в оккупированную Одессу, где его назначают в спецотряд по расследованию серии загадочных смертей. Жертв находят полностью обескровленными, без единой раны, но с необъяснимой сыпью на коже, а город охвачен паникой и слухами о вампире, скрывающемся в катакомбах.
В траншее Первой мировой, среди трупов и иллюзий, рожденных усталостью, герой начинает видеть то, чего не должно быть. Но когда он решает последовать за этим видением, граница между внушением и реальностью исчезает навсегда.
В белорусском селе Няфеды компания мальчишек ищет клады в оврагах, где шли бои Второй мировой. Во время раскопок земля под ними внезапно проваливается, открывая глубокую канаву с прогнившими тряпками на потолке. Внутри они находят склад консервов и аккуратно сложенную груду человеческих костей.
Двое воинов закапывают друга на холодном рассвете, но их мысли заняты не могилой, а черепом в руках — артефактом, который должен был нести проклятую силу, но молчит. Вскоре им предстоит дать бой врагу, что уже однажды приходил, и готовить последнюю битву, исход которой не знает никто.
В послевоенной белорусской деревне бабушка с соседями возвращалась ночью с поля. Посреди дороги лошадь встала как вкопанная, а из кустов навстречу выскочил всадник в солдатской форме и бесшумно пронесся мимо, не обернувшись.
В 1944 году бабушка осталась одна с детьми в подвале бывшего купеческого особняка, где до войны постоянно что-то искали работники органов. Её начали мучить кошмары, а юродивая на паперти вдруг прокричала страшное пророчество: «Ночью к тебе придет мужик бородатый, а ты его топором!». И вот однажды в темноте она услышала тяжелые шаги на кухне, и в дверном проеме появилась мужская фигура.
После войны в деревне бабы тянули всё на себе. Манька Евстропова, получив похоронку на мужа, день ото дня худела и бледнела не от голода, а от страха: каждую ночь, ровно в полночь, к ней в избу кто-то приходил.
В оккупированном Киеве журналист встречает старуху-долгожительницу, которая вспоминает, как немцы закапывали евреев заживо у реки Трубеж. Земля после той расправы неделями шевелилась от агонии, но местные не помогли — а потом в проклятом урочище начали пропадать люди, пришедшие за наживой.
В глухой деревне припадочная Матрена задолго до официальных сводок предсказала точную дату начала войны — и всё сбылось. Теперь к ней идут за новыми пророчествами, но она молчит, лишь однажды вцепившись в Колю Жухова, шепчет ему страшное: он не погибнет на фронте, но потеряет всё. Коля уходит на войну в день рождения двойняшек, которых так и не увидел, и с тех пор носит у сердца их фотографию, с ужасом ожидая, когда сбудется второе предсказание.
В глухой деревне, где земля помнит кровавые бои двух войн, местная жительница повстречала в ночном поле паренька без ног. Он тянул к ней руки, словно моля о помощи, а за ним тянулся кровавый след. С тех пор призрак является односельчанам, а его горький плач под окнами предвещает скорую беду.
В запыленном городе, где никогда не бывает дождя, командир квардилии уже шесть лет марширует по пустынным улицам с двадцатью воинами. Он уверен, что давно мертв, а вокруг лишь тени — пока однажды не находит в тени казармы чахлый зеленый росток.
В двенадцать лет Колка Вагзибин уже великий полководец: он лично удерживает тропу, пока его Ополчение отбивает атаки с реки, а вражеская армия полнится трёхногими уродами и жестяными големами. Но когда двое братцев с Отшиба вызываются пожертвовать жизнями ради командира, а на другом фланге красавица Огре берёт командование на себя, исход битвы начинает зависеть не только от меча героя.
В училище механизации среди обожжённых войной взрослых студентов выделялся один тихий парень. Он не любил говорить о прошлом, но однажды признался преподавательнице: до войны он был Стефаном, сыном богатого бургомистра, и умер в детстве, подавившись яблоком. С тех пор в его жизни появилась странность, которую он тщательно скрывает.
Октябрь сорок первого, ясный день. Военврач возвращается в медсанбат по пустынной дороге, когда её догоняет попутный «газик» с приветливым водителем. Она уже готова сесть в машину, но случайная неисправность кобуры заставляет её замешкаться и взглянуть на шофёра иначе.
В Афганистане, на базе «Скоба», пропадают группы солдат, которых находят с чудовищными, ритуальными увечьями. Но когда карательный отряд добирается до логова «духов», они застают странную картину: все боевики мертвы, а их глотки вырваны с нечеловеческой силой, словно зверем. Что или кто расправилось с убийцами, не оставив ни единого следа борьбы и пощадив пленных?
Ты засиделся за компом до трёх ночи, проходя старые шутеры про Вторую мировую, и сам не заметил, как отключился. Очнулся ты уже не в своей квартире, а в окопе, под артобстрелом, и игру сохранить нельзя.
На болотах Демянского котла, где до сих пор белеют кости солдат, вас начнет преследовать чей-то невидимый взгляд. А однажды вы просто потеряете несколько часов жизни, очнувшись в глухих зарослях без единого воспоминания о том, что с вами произошло.
В военные годы к двум маленьким сестрам, оставшимся без отца, погибшего на фронте, начал приходить домой молчаливый мужчина. Он в точности повторял отцовские привычки: носил младшую на руках, щипал старшую и мыл горы грязной посуды, не проронив ни слова. Девочки впускали его с ужасом, но ослушаться не смели, а мать, застав их за этим, лишь плакала, не в силах объяснить происходящее.
Август 1944 года. Подбитый американский бомбардировщик падает в тайге под Комсомольском-на-Амуре, экипаж эвакуируется на советскую территорию. Спустя девять дней городская больница, куда накануне тайно доставили странного буйного пленного в иностранной форме, сгорает дотла от бомб неизвестных ВВС.
В архивах о Великой Отечественной войне я наткнулся на документы о секретных бункерах, построенных по всему миру. Согласно записям, они скрывают не только убежища, но и результаты чудовищных экспериментов. А еще там указана дата их открытия — и она уже наступила.
Артиллерийский обстрел разносит бронепоезд красноармейцев, но случайный снаряд вскрывает древнее захоронение скифской жрицы. Солдаты в ужасе отшатываются: мумия с яшмовыми бусами на шее улыбается им, и над полем боя разносится тихий женский смех. На следующий день здоровые бойцы начинают умирать от странной болезни, а штабс-капитан найден повешенным в своей палатке.
Сержант, прошедший не одну кровавую переделку, хладнокровно срезал очередью выскочившего из-за угла венгерского партийца. Городок взят, бой окончен, и взвод располагается на ночлег в пустом складе. Но с наступлением темноты сержант понимает, что его последняя победа — это только начало.
Афганистан, 1988 год. Разведгруппа ВДВ залегает на сутки у заброшенного кишлака с огромным старым кладбищем, где надгробия перемешаны с чужеродными, непонятными символами. В безлунную ночь при отходе двое бойцов замечают, как над разрушенной могилой всплывают одни лишь светящиеся зеленые глаза.
В темноте собственного дома, пахнущей мокрой землей, я встретил того, кого лично сжёг на погребальном костре. Мертвец с синими глазами пришёл не как драугр, а как вестник, и его ледяное прикосновение во сне оказалось лишь прелюдией к пробуждению в мире, где конунг требует моих воинов для безумной войны.
Муж Вики пропал без вести в Афганистане. Она отказывается верить в его гибель, и однажды вещий сон подтверждает её надежду. Но когда гадалка обещает скорое возвращение, женщина ещё не знает, что самое страшное только начинается.
Во время войны во Вьетнаме десантный самолет сбивают над джунглями. Раненый солдат оказывается придавлен деревом, без возможности пошевелиться, и с каждым днем теряет силы. По ночам к нему начинают приходить молчаливые фигуры из его отряда, но их вид вызывает не надежду, а леденящий ужас.
Старый дом на окраине Нового Орлеана, где ветеран Второй мировой Питер Макфол пытается удержать сына от отправки во Вьетнам. Чтобы сломать юношескую романтику войны, он решает нарушить подписку о неразглашении и рассказать о том, что произошло в 1947 году на забытой базе «Форт-Сан-Педро» на Филиппинах. Но чем дольше он говорит, тем яснее становится: тайна, которую он двадцать лет носил в себе, всё ещё жива — и, возможно, ждала именно этого разговора.
Трое подростков, отправившихся на места боёв Великой Отечественной, поняли, что болото хранит не только ржавые каски. Мертвецы в немецкой форме видят даже без глаз, а их пустые глазницы не сулят ничего хорошего. Ира вжалась в мох, молясь, чтобы сердце стучало тише — но один неверный звук может стать последним.
В степи, где небо плавится от жары, а земля усеяна телами павших, дружинник Ёрш приходит в себя, придавленный трупом собственного коня. Среди кромешной тьмы и душных запахов он слышит голоса своих — но спасшие его воины ведут себя странно, а в темноте вокруг словно кто-то шевелится и шепчет.
В Сером Доле, на границе с Волхаринским княжеством, пятеро ветеранов, получивших за десять лет кровавой службы фамилию и землю, наконец обрели покой. Но тишину их нового дома нарушает странная находка, которая не вписывается ни в одну из историй, слышанных ими на войне.
Сэт за рулём — это уже риск, а Верден с его изрытыми воронками лесами — риск вдвойне. Мы свернули с туристической тропы, навигатор сдох, и под ногами всё чаще попадались ямы, которые природа так и не смогла заровнять. Где-то здесь, среди табличек с черепом и костями, начинается зона, куда лучше не заходить.
В разгар войны в Ливане по телевизору показывали жуткое детское шоу, где непослушных детей пугали запертой дверью и криками за ней. Спустя годы повзрослевший герой находит заброшенную студию, где снимали программу, и взламывает ту самую ржавую дверь.
Отец-скептик и его друг-священник отправились на рыбалку в живописные места Калужской области, где когда-то шли жестокие бои. Неведомая сила внезапно парализовала их волю, заставив потерять сознание, а очнулись они в совершенно другом месте, среди нетронутых камышей. А ближе к полуночи из тумана начали проявляться десятки призрачных солдат, бесшумно уходящих в сторону старой березовой рощи.
В Сайгоне есть здание с тринадцатью этажами, которое местные обходят стороной. Я, бывший солдат, назначен охранять эту руину, где каждый камень помнит французов и американцев. Строительство здесь с самого начала сопровождалось странными смертями, и теперь, спустя годы, тени прошлого всё ещё бродят по коридорам.
