В морге — рутинная работа: привести в порядок тело семнадцатилетнего парня, разбившего голову о бетон. Но когда извлекаешь застрявший во лбу камень, из черепа вместо мозга брызжет прозрачная жидкость.
В поликлинике, где первый этаж сияет пластиком, а верхние превратились в руины, герой с больной рукой ищет кабинет травматолога. Вместо врачей он находит очередь из людей с чудовищными, несовместимыми с жизнью ранами, которые спокойно ждут приема.
В крохотном магазинчике «Семёрка пентаклей» отчаявшаяся женщина ищет чудодейственное средство от лишнего веса. Но продавец, прячущий лицо под капюшоном, торгует не просто снадобьями — в его аквариумах плавают омерзительные белёсые твари, а цена за «лечение» достигает восьмисот тысяч. Стоит ли худоба таких денег и такой встречи?
В парке после обеда меня укусил бледный бомж, выбравшийся из кустов. Очнулся я в полной темноте, чувствуя, как что-то шевелится под кожей, а тело движется само по себе, разрывая землю.
В подмосковном городе-спальне, куда Инна переехала ради московской мечты, ночные улицы хранят мёртвую тишину. На лавочке у её подъезда сидят три старухи, обсуждающие не погоду и не соседей, а то, как из человеческих тел вместо крови сочится труха и вылетают мотыльки. Девушка спешит домой, не подозревая, что эти бабушки уже знают о ней всё — и у них свои планы на новую жиличку.
Врач в глухой поселковой больнице получает пациента со стройки — тот наступил на корягу в болоте, и теперь его спина ведет себя странно: она смотрит на людей, поворачивается за ними и пытается двигаться в обратную сторону. Под одеждой спина покрыта черными бородавками, и кажется, что она хочет добраться до доктора.
Спортивная площадка у школы, компания качков и новое увлечение турниками. Но однажды утром герой замечает у себя под подбородком странные красные бородавки, а на голове — непонятное уплотнение, которое оказывается и у его новых друзей.
Обычная кассета Betamax из президентской библиотеки Рейгана хранит любительскую запись его речи 1983 года. Но уже через минуту президент начинает говорить не свойственным ему текстом, а на его теле появляются рваные раны без видимого источника.
Однажды утром герой проснулся и понял, что ослеп на один глаз. Внешне глаз выглядит здоровым, но самое странное — он чувствует, что этот глаз смотрит на него самого с любопытством. А за несколько дней до этого на затылке появилось странное покалывание, будто под кожей бегают муравьи.
Героиня, годами безуспешно борющаяся с лишним весом, получает от коллеги чудодейственное средство для похудения от заморских знахарей. Препарат позволяет есть всё подряд и при этом стремительно терять килограммы, но вскоре её тело покрывается странными зудящими прыщиками, а чувство голода становится неутолимым.
Мальчик с детства видит то, чего не видят другие: его тело покрывается шерстью, из ран течет вода, а в супе плавают насекомые. Он подозревает, что у него две матери, и одна из них хочет ему зла.
Я проснулся в родильном мешке на грязной мостовой среди безумной архитектурной мешанины. Незнакомец в кожаных лохмотьях молча сломал мне челюсть, руки и ноги, а затем начал пожирать меня заживо.
В кабинет доктора Лэнгли попала коробка с контактными линзами, заказанными по странному объявлению. Стоит надеть их на глаза, как мир вокруг начинает меняться до неузнаваемости.
В съёмной квартире, кишащей тараканами, Макс с ужасом замечает, как из носа его спящей подруги выползает мохнатый червь. Паразит скрывается обратно в её черепе, и парень понимает: странное поведение девушки — лишь верхушка кошмара. Теперь он не смыкает глаз, готовясь к смертельной схватке с тварью, что живёт внутри самого близкого человека.
В залитой солнцем комнате профессор в инвалидной коляске спокойно объясняет журналистке устройство своего вида — и с первой же фразы становится ясно: перед ней не человек. Он рассказывает о биологии, лишённой нервной системы, и о трёх стадиях развития, последняя из которых — необъяснимый регресс в бессознательную морскую форму. Но чем глубже она вникает в детали, тем тревожнее звучит главный вопрос: зачем разумному существу, способному регенерировать любую часть тела, превращаться в растение?
В герметичной камере, залитой инфракрасным светом, на цепях висит безногий и безрукий мужчина. На его спине, в зияющей ране, живёт второе лицо, которое беспрерывно поливает грязью прикованного напротив человека. Если жертва не выдерживает и даёт сдачи, раздаётся крик, убивающий всё живое.
Весенним вечером 19-летний парень перечитывал Джека Лондона, когда вдруг почувствовал странное подергивание в ноге. Через несколько минут под одеялом начал расти бугор, который медленно пополз вверх по коже.
Спящий обретает пугающую власть над собственным телом, чувствуя каждую клетку и зная, как исправить любой сбой. Но он не спешит вмешиваться, ведь это всего лишь сон… или нет?
В квартире Андрюхи из слива раковины торчит шевелящийся палец с острым когтем. Он царапает эмаль, игнорируя хозяина, и едва не выкалывает ему глаз. Андрюха не пьян — палец абсолютно реален, и это только начало.
В условленной точке тайги группа оперативников возвращается к зимовью, где должны были ждать товарищи, но встречает гнетущую, физически ощутимую тишину. У коновязи нет лошадей, лишь обрывки поводьев, а в нескольких метрах от жилья лежат два человеческих скелета, почти скрытые шевелящимися массами, похожими на зернистую икру.
В душном вагоне метро застрявший в дверях пожилой мужчина не может ни войти, ни выйти — его раздутое тело не пропускают створки. Пассажиры пытаются протолкнуть его, но каждый новый хлопок дверей выбивает из старика кровавый кашель. Школьница Тоня, только что проснувшаяся в этом кошмаре, старается не смотреть и не слушать — но отвратительное чавканье и сладковатый запах разносятся по всему вагону.
Студент укололся о ветку на елочном базаре и через неделю заметил, что рука воспалилась и покрывается странными наростами. Рана не заживает, а чернота расползается по телу, несмотря на все попытки самолечения. В бреду он выходит на улицу и босиком бредет к Красной площади, где его ноги сами находят начерченный мелом крест.
В любой психиатрической лечебнице мира можно попросить встречи с тем, кто называет себя «Хранитель Жизни». Сотрудник тяжело вздохнёт, но проведёт тебя в операционную, где ты станешь свидетелем странных родов и получишь шанс задать один-единственный вопрос. Главное — не ошибиться, иначе доктора начнут снимать с тебя кожу заживо.
В стенах живого цветка-дома пульсируют артерии, а из щелей тянутся ржавые пальцы. Ты выдергиваешь из головы метровые нитки, чтобы приложить их к сочащейся плоти, и слышишь, как за стеной кто-то нечеловечески смеется и плачет. Но сегодня в костре пещеры бьется мотылек, и стоит тебе его коснуться, как огонь начинает пожирать потолок вместе с корнями тех самых пальцев.
В system32 моего компьютера, вычищенного от вирусов, обнаружился файл sifting.exe с пугающим описанием «Просеивание. Измельчение. Диссоциация». Запустив его, я увидела минималистичный плеер с двумя кнопками и тремя видеофайлами в библиотеке. Первое видео оказалось странным набором искажённых кадров и шумов, после чего наутро я с удивлением обнаружила, что не могу связать и пары слов.
В руки попала книга на мёртвом языке, датированная 1006 годом. Её владелец просыпается в бесконечной череде кошмаров, где чайник становится причиной пожара, а из тела страхового агента извлекают странные зубы. Реальность дробится, и каждый новый сон оставляет на теле пугающие отметины.
В этой квартире даже икона подмигивает множеством глаз, а холодец в кастрюле начинает всматриваться в тебя в ответ. Герой просыпается на кухне, чтобы начать день с завтрака, который отказывается оставаться в желудке, и прогулки мимо мёртвых цыганят, улыбающихся дворнику. Доброе утро, соседский сын доедает бомжа, а впереди — речка, куда ещё никто не возвращался.
Операция по ампутации головы назначена на завтра. Врачи обещают, что через десять минут я стану безголовым, но буду жить. Только вот в палате меня не покидает один вопрос: если моя голова отделится от тела, где останусь я сам?
Андрей, скрывающий свою истинную природу за маской примерного семьянина, находит отдушину на анонимном форуме. Очередная встреча с партнером по переписке заходит слишком далеко, когда рука Андрея исчезает внутри его тела.
В мире слишком много людей, которые не чувствуют себя как дома. Таня нашла свой дом в пятилитровой банке с чайным грибом по имени Мико — единственном слушателе её ночных откровений. Но когда Мико переезжает в ванну, а Таня решает принять в нём вечернюю ванну, мягкие щупальца начинают отвечать на прикосновения.
Девочке с гастритом запретили лекарства и прописали странную диету у знахарки. Вскоре болезнь отступила, но аппетит пропал, а живот начал расти с пугающей скоростью.
Патологоанатом в глухой больнице замечает, что каждое лето к нему привозят детей с разорванными внутренностями — и каждый раз приезжают странные «газели», чтобы забрать тела. А потом на работу не выходит симпатичная коллега, у которой накануне «завелись бабочки в животе».
В крошечной келье кавказского скита безрукая Ольга, называющая себя Высшим Свидетелем, учит «умственному посту» и борьбе с блудом через нервные спазмы. Её быт — причудливая смесь детской чистоты и пугающих ритуалов с хлоркой, где игрушечный заяц на полотенце оказывается мудрее любых речей. Но чем обернется послушание, когда каждое прикосновение к телу отшельницы вызывает конвульсии, а Иисусова молитва перестает звучать в душе?
Из окна своего дома Катя наблюдает за странной больничной рутиной: через дверь морга, расположенную с тыльной стороны здания, каждую ночь проносят живых, но бледных и беспомощных людей, а обратно выносят отрубленные человеческие ноги. Прохожие не обращают на это внимания, а сама Катя годами не может найти объяснение этому жуткому круговороту.
В магазине одежды семья сталкивается с необъяснимым: продавщицы застыли, уставившись в стену, а на вешалках висят вещи со странными, будто чужими деталями. Когда отец примеряет пиджак, он с ужасом обнаруживает, что не может снять его, а его собственные руки… исчезают.
Герой с детства умел видеть чужими глазами и слышать чужими ушами, но с возрастом забыл о своём даре. Всё изменилось в миг, когда он упал под поезд и увидел собственное изувеченное тело… но кровь на рельсах оказалась зелёной, а одежда — чужой.
Встреча с первой школьной любовью спустя годы обернулась странным разговором на лавочке. Катя гладила живот и говорила о конце света, а потом поцеловала меня так, что я начал растворяться в блаженстве. Очнулся я в её платье и с её животом — или это был просто страшный сон?
Вундэль-бубль, подаренный другом, дал сбой во время трансфазового перехода и забросил меня в измерение с чудовищно неправильной архитектурой. В тесном помещении я нашел лишь отвратительные сосуды с неизвестным содержимым и странные, неудобные инструменты. Но когда я наконец выбрался наружу, то понял: мир снаружи оказался во сто крат ужаснее того, что я видел внутри.
Новый лифт в старом подъезде пахнет сдобой, солью и типографской краской, а в углах завелся белый синтепон, который шевелится, как черви. Утром эти волокна вылетели из моего носа, а у соседа, которого я встретил на выходе, из ноздрей торчали целые пучки той же дряни.
В палате неврологии Толян травит голубей хлебом с настойкой боярышника, наслаждаясь их драками. Его собственное тело, скрюченное и покрытое пятнами, с руками, похожими на лапы саранчи, — загадка, которую врачи не могут разгадать десять лет. Но однажды ночью, когда палата затихает, тишину нарушает нечто, не имеющее отношения к храпу или анекдотам.
Девочка Яна так привыкла врать, что однажды проснулась взрослой женщиной, а в зеркале увидела себя прежнюю — девятилетнюю. На следующее утро она очнулась мужчиной-полицейским, но руки снова оказались детскими.
В кабинет вошла красная от смущения девочка в шарфе в горошек. Она пожаловалась на странное «образование» на спине и шее, но когда врач попросил показать, под одеждой обнаружились пугающе правильные, рельефные линии. А через мгновение пациентка исчезла, оставив врача на полу без одной перчатки.
В заброшенной кузнице, где плавится жидкий металл, ты постепенно перестаёшь быть собой: твои пальцы удлиняются, глаза множатся, а тело покрывается трещинами. Среди хлама и запчастей ты собираешь жуткий механизм, но он отказывается работать — и однажды к тебе приходит нечто, чьё прикосновение оставляет лишь осколки.
В стеклянном баке «машины-матки» на глазах формируется двойник ютубера, но что-то пошло не так: у зародыша прорезается неизвестный орган, а черепа на трёх головах истончаются до прозрачности. Блогер пытается подправить творение мысленными командами, но каждый новый штрих — рога, крылья, лишние руки — лишь множит странность. Процесс вышел из-под контроля, и теперь непонятно, кто кого создаёт.
В августовском пекле, где воздух плавится над землей, Артем находит в старом бору каплю смолы неестественно яркого, золотого цвета. Она теплая на ощупь и мгновенно впитывается в кожу, оставляя лишь приторный запах меда и хвои. На третий день его палец немеет, а кожа становится полупрозрачной, и под ней начинают перетекать густые янтарные нити.
После удара молнии в компьютере поселилась странная рыжая плесень. Наутро весь город оказался покрыт ею, а на улицах лежали тела. Я успел выбраться в лес, но теперь чувствую, как что-то растёт внутри меня.
В животе поселился паразит, и с каждым его толчком реальность вокруг превращается в размытые зелёные пятна. Единственное, что ещё остаётся ярким и настоящим, — девушка на лавочке, которая всегда смотрит в небо. Но когда я наконец решаюсь заговорить с ней, мир начинает таять прямо у меня на глазах.
Летом 1986 года возле хрущёвки, где я жил с семьёй, постоянно стоял заброшенный зелёный фургон. Однажды вечером я заметил, что его дверь распахнута, а внутри вместо груза — стены, облицованные человеческой кожей.
В вагон метро в последнюю секунду врывается неприметный мужчина, но его рука кажется неестественно бледной и вывернутой, будто под кожей прячется лишний сустав. Секунда — и морок исчезает, оставляя героя с липким чувством, что он увидел то, чего быть не должно. Но когда вечером та же вагонная давка подносит к его лицу чужую ладонь, он понимает: утро было лишь прелюдией.
В парке после заката двое пикаперов отрабатывают техники знакомств. Один из них уводит в темноту пышную женщину в белом платье — и бесследно исчезает. Через три дня он возвращается, но его походка изменилась, а под курткой угадывается неестественно раздувшийся живот.
