В хоспис «Долголетие» привозят деда Демьяна — старого партизана, который вместо таблеток лечит травами и заговаривает скотину. Родственники жалуются, что по ночам он стоит над колыбелью правнука со свечой и шепчет что-то на непонятном языке.
В поликлинике, где первый этаж сияет пластиком, а верхние превратились в руины, герой с больной рукой ищет кабинет травматолога. Вместо врачей он находит очередь из людей с чудовищными, несовместимыми с жизнью ранами, которые спокойно ждут приема.
Перед клиникой Военно-Полевой Хирургии появляется чёрная «Волга» с охраной. Из неё выходит странный пассажир: дорогая одежда, чудовищные шрамы и деформации черепа, нервный тик и букет невиданных цветов. Генерал Дерябин приказывает проследить за ним, но отказывается объяснять, кто это, — и лишь намекает, что когда-то должен был вырезать этому человеку сердце.
Врач в глухой поселковой больнице получает пациента со стройки — тот наступил на корягу в болоте, и теперь его спина ведет себя странно: она смотрит на людей, поворачивается за ними и пытается двигаться в обратную сторону. Под одеждой спина покрыта черными бородавками, и кажется, что она хочет добраться до доктора.
В психиатрической клинике пациент с диагнозом «паранойя» пишет предсмертное письмо незнакомцу, утверждая, что его преследует Муравьиный человек — ходячий труп с пустыми глазницами, кишащими насекомыми. Он уверяет, что после его смерти именно ты станешь следующей жертвой, и умоляет дочитать историю до конца, чтобы спастись. Но почему его лучший друг Кирилл перед гибелью начал бояться солнечных очков, перестал есть и постоянно чесал лицо?
В глухой тайге Дальнего Востока, в больницу, где даже самолёт садится с третьей попытки, привозят мужчину с травмами, несовместимыми с жизнью: нога пережёвана, череп вскрыт, а зрачки странно вытянуты. Его жена рыдает, что в последнее время на него кидаются все животные, и всё началось после укуса в джунглях.
Психолог со стальными нервами, не верящая в мистику, получает работу в клинике с громким обещанием «успокоить душу». Ночью её будит ритмичный стук в дверь, а в глазке оказывается полупрозрачная фигура, которая не двигается, но продолжает издавать звуки. На следующую ночь к ней приходит уже не просто стук, а голос в голове и пара жёлтых глаз во тьме.
В ночь с 29 на 30 апреля 2001 года банда сатанистов на «Ниве» врезалась в «Белаз» на территории металлургического комбината. Пятеро погибли на месте, а их духовного лидера доставили в больницу с травмами, несовместимыми с жизнью. Но то, что началось после того, как его сердце остановилось в операционной, заставило врачей усомниться в законах медицины.
В психбольницу, где пациенты кажутся пугающе нормальными, заглядывает странная телепередача. Ведущий в разноцветной рубашке обсуждает с детьми, как вести себя в общественном транспорте, а затем задаёт вопрос: «Что делать, когда приходят Тени?».
В операционной умирает подросток, попавший в автокатастрофу. Врач уже готовится зашить тело, как вдруг труп открывает глаза и начинает кричать. Сердце мальчика не бьется, но он в сознании и умоляет о помощи.
В палате московской больницы умирающий пациент диктует блогеру-расследователю историю, начавшуюся со случайной ночи в Астане. Загадочная незнакомка оставила ему электронную книгу с текстом на неизвестном языке — и с тех пор реальность вокруг него начала плавиться, а сам он перестал понимать, где грань между галлюцинацией и явью.
Десятилетняя девочка остаётся одна дома, пока её отец борется за жизнь в реанимации. Внезапный звонок от незнакомца, который называет её по имени и обещает, что папа скоро поправится, звучит слишком уверенно для простого совпадения.
После автокатастрофы студент-медик приходит в себя в больнице, но вместо привычных запахов чувствует лишь смрад разложения. Окружающий мир превратился в кошмар, где даже люди выглядят иначе — и единственным лучиком надежды становится загадочная девушка, непохожая на всех остальных.
Мужчина поступает в реанимацию с симптомами, похожими на простуду. За несколько дней до болезни его укусила бродячая кошка, но ранка уже давно зажила. Пациент бодр и шутит, но врачи почему-то переводят его в отдельную палату и начинают готовить ремни для фиксации.
Сбитый в 1941 году летчик приходит в себя в больничной палате, где царит странная, мирная атмосфера. Вокруг — незнакомое оборудование, а из разговоров он узнает, что войны нет, император всё ещё на троне, а Гитлер мёртв уже шесть лет.
В послевоенном санатории маленькую девочку с туберкулезом привязывают к кровати. По ночам она слышит, как в темном коридоре бегают и играют другие дети, но днем выясняется, что палата пуста. Однажды она решает позвать на помощь высокую тень, которая бродит по коридору.
В госпитале 1941 года дед Юра, прошедший болота и первые бои, начинает видеть по ночам странную женщину в белом. Она бесшумно подходит к раненым, целует их в лоб — и к утру те умирают. Но однажды она задерживается прямо над его койкой.
Юрка рад увольнению из морга и встрече с девушкой-стажёркой из реанимации. Но её странный рассказ о пациентке, которая после клинической смерти выхаркивала цифры, заставляет его усомниться в реальности — и вскоре он сам затаскивает её в тёмный двор, где их ждёт нечто, не поддающееся пересчёту.
В старой районной больнице, где реанимация выходит окнами в лес, а трупы по ночам складируют в тёмном закутке за лифтом, мёртвые начали падать с каталок. Утром их находят на полу в неестественных позах, хотя санитарки клянутся, что клали надёжно.
В палате смертельно больного гонщика Клауса Кинкеля агент загадочной Корпорации предлагает сделку: подпиши договор — и получишь новую жизнь. Но в контракте есть пункт, который заставляет Клауса медлить с подписью.
В пустом крыле больницы, где ходят лишь редкие пациенты, женщина мечется у закрытых дверей служебного лифта. Она уверяет, что из шахты доносится детский плач, хотя детского отделения здесь нет и быть не может.
В очереди к маршрутке случайная попутчица обронила фразу о том, как важно правильно распорядиться чудом. Она рассказала о своей работе в страшном доме инвалидов, где среди забытых пациентов оказался немой и парализованный старик с пугающим взглядом и странной силой. Этот старик, заговорив, дал ей загадочный предмет, способный вернуть к жизни умирающих.
В одном из московских роддомов родился внешне здоровый мальчик, который при появлении на свет был подозрительно молчалив. На следующий день, когда мать впервые взяла его на руки, младенец проснулся и залился диким, истеричным смехом — хотя новорожденные не умеют смеяться.
Ночной госпиталь, уставшая медсестра и странная просьба — встретиться с тем, кого называют «Хранителем Сна». Если не струсить и пройти через пустую палату, можно оказаться в коридоре, где сонливость становится смертельной ловушкой. Но что скрывается за дверью в конце пути и почему нельзя смотреть поверх кровати спящего старика?
В любой психиатрической лечебнице мира можно найти дверь, ведущую в бесконечную винтовую лестницу. На её вершине, в зале, где тепло сменяется ледяным холодом, тебя поджидает безногая старуха с шарманкой. Главное — не отводить от неё взгляд, иначе узнаешь, что такое истинная агония.
Ночная смена в больнице — время странных встреч. Хирург, спускаясь в подвал, замечает в лифте женщину, а на этаже морга — другую, которую он только что оперировал. Но когда он в панике захлопывает дверь, его спутница лишь загадочно улыбается.
В любой больнице мира попроси у регистратора встречи с тем, кто называет себя «Хранитель Ненависти». Сотрудник пожмет твою руку, скажет «Что-то вы долго» и даст ключ от комнаты 532, дверь которой покрыта глубокими рубцами и ожогами. Если, заглянув в маленькое стеклянное окошко, ты увидишь пустую комнату, войди — и ответь на единственный вопрос сидящей в центре фигуры.
Молодая медсестра заступает на ночное дежурство в городской больнице. В новогоднюю ночь к ним привозят мужчину с чудовищной травмой лица после выстрела из ружья. Пациент остается жив, но ведет себя настолько странно и пугающе, что девушку оставляют с ним в палате один на один.
В изолированной клинике, больше похожей на секретный объект, доктору Брайану Холту предстоит обследовать пациента, найденного в лохмотьях из грубой синей ткани с металлическими нитями. При нём был лишь обломок пластины, напоминающий серый малахит, а его имя невозможно произнести. Но главная странность в том, что этот человек, кажется, лишился рассудка не от болезни, а от встречи с чем-то, что не должно существовать в этом мире.
В заброшенном родильном отделении архангельской больницы среди белых ночей двое мужчин слышат жуткое совиное уханье, переходящее в истеричный женский смех. Из темной палаты вылетает босая фигура в грязной ночнушке и, не оглядываясь, исчезает в ночи — хотя все местные сумасшедшие давно известны наперечет.
В больничной палате девушка по имени Ира после удачной операции выглядит странно бледной и замкнутой. Однажды она признаётся подругам, что больше не смотрит в зеркала — уже месяц в любом отражении видит не себя, а нечто чудовищное.
В любой психиатрической больнице мира попроси у регистратора встречи с тем, кто называет себя Хранителем Прошлого. Работник замрёт, глядя сквозь тебя, и молча поведёт по бесконечному коридору, где нельзя смотреть по сторонам. Ровно через 350 шагов он переведёт часы на час назад — и ты окажешься в залитой красным светом комнате без дверей, где на разбитом столе лежит мужчина, готовый ответить лишь на один вопрос.
Войдите в любую психиатрическую клинику и попросите встречи с тем, кто называет себя «Хранителем Забвения». Если регистратор нервно сглотнет, вас проведут в комнату глубоко под зданием, где на стуле нужно дождаться мерцания огней. Закройте глаза — и окажетесь в подземелье, прикованным цепями, лицом к лицу с палачом в кровавом частоколе из отрубленных голов.
В опустевшей на выходные больнице Маша лежит пластом, мучимая рвотой и поносом, но настоящая причина её недуга — не таблетки. С наступлением вечера с потолка спускаются густые, как смола, тени, что вырывают клок волос и скребутся в окно, не давая ей сомкнуть глаз.
Ночью в больнице к герою приходит обнажённая девушка и просит одеяло. Она исчезает, а наутро никто из пациенток её не видел. На следующую ночь она возвращается снова.
В больничной палате после операции я очнулся и обнаружил, что все соседи исчезли. Остался лишь странный мужчина, привязанный к койке, который смотрел в потолок невидящим взглядом.
В родильном доме скончался новорождённый. Когда медсестра подошла осмотреть его тело, она заметила странную деталь и в ужасе позвала врачей.
После аварии я осталась единственной выжившей в реанимации, где одна за другой умирали соседи по палате. На пятую ночь за окном появился таинственный белый шар, а наутро я услышала голоса и шаги там, где никого не было. Спустившись в пустую приёмную, я застала рыдающих родителей и телевизор, показывающий финал «Шестого чувства».
В реанимации есть койка, с которой пациенты не уходят живыми — каждое утро их находят мёртвыми, несмотря на усилия врачей и подключённый аппарат ИВЛ. Освящение палаты не помогло, и медики решают установить скрытое наблюдение, чтобы понять, что происходит в пустой палате по ночам.
Провинциальная больница, гипс и три соседа по палате: вечно спящий мужик и двое травмированных друзей с бутылкой сорокаградусного секрета под кроватью. На третью ночь спящий сосед встает и начинает орать, но это оказывается лишь началом кошмара — с каждым разом его ночные пробуждения становятся всё синхроннее, а проснуться по-настоящему — всё труднее.
Весной 2001 года меня без объяснений положили в больницу с красным стеклом в окне. По ночам, когда дежурная медсестра засыпала, мы сбегали через пожарную лестницу в парк. Но однажды соседка по палате увидела в темноте за окном то, что заставило её отменить привычную вылазку.
В пульмонологическом отделении областной больницы, где дети сами добывают сигареты и устраивают ночные вылазки, подросток прячется от медсестры в пустом боксе вместе с девочкой. Но в темноте комнаты, помимо них двоих, слышно чужое хриплое, булькающее дыхание.
Администратор ночной смены в больнице замечает, что один и тот же компьютер в 303-м кабинете отказывается работать, когда за него садится конкретный терапевт. Оставшись после работы чинить сервер, он слышит, как выключенный компьютер начинает издавать нечеловеческий вой, а в бронированное окно ломится нечто, согнувшее стальную решётку.
Подросток попадает в палату к маньяку, убившему свою семью, и начинает читать Лавкрафта. Вскоре его воображение начинает оживать: труп задушенного соседа открывает глаза, а по ночам над койкой нависает лицо того, кого там быть не может.
В любой психиатрической лечебнице мира можно попросить встречи с тем, кто называет себя «Хранитель Жизни». Сотрудник тяжело вздохнёт, но проведёт тебя в операционную, где ты станешь свидетелем странных родов и получишь шанс задать один-единственный вопрос. Главное — не ошибиться, иначе доктора начнут снимать с тебя кожу заживо.
В любом госпитале мира можно найти того, кто называет себя «Хранитель Хаоса», но клерк трижды откажет тебе, прежде чем проводит в комнату с одной дверью. Закрой глаза — или навсегда ослепнешь, видя лишь бесконечность хаоса.
В любой психбольнице мира можно попросить встречи с Хранителем Цвета. Сотрудник улыбнется и проведет тебя к клетке, где ждут двое мальчиков, лишенных всех красок. Если ты ошибёшься, выбирая, за какую руку взяться, — назад дороги уже не будет.
В любой психиатрической клинике мира попроси у регистратуры встречи с тем, кто называет себя «Хранителем Скорости». Если после этих слов мир вокруг застынет, а воздух начнет превращаться в лед — ты нашел вход. Твоя цель — вернуть мяч ребенку, блуждающему между статуями, пока смертельное удушье не сковала каждую клетку тела.
В любой больнице мира попроси у регистратуры встречи с тем, кто называет себя «Хранитель Неба». Ты потеряешь сознание, а очнешься под беззвучным дождем в сердце грозовой бури, где к тебе приближаются сотни фигур, окутанных тьмой.
Проснувшись в пустой палате, я обнаружила, что привычная больница превратилась в лабиринт из провалов в полу и торчащих из потолка прутьев. За окном вместо весеннего парка с мемориалом — лишь густой серый туман. Теперь мы с перепуганной соседкой ищем Сержа, который ушел разведать этот странный этаж, откуда доносится чужое хриплое дыхание.
