В детстве мы с братом играли у странной щели в гранитном валуне: она возвращала всё, что в неё кинешь, но вещи возвращались испорченными, а звуки — искажёнными до стона. Двадцать лет спустя я приехала в ту же деревню с дочерью — и щель стала в пять раз шире.
В хоспис «Долголетие» привозят деда Демьяна — старого партизана, который вместо таблеток лечит травами и заговаривает скотину. Родственники жалуются, что по ночам он стоит над колыбелью правнука со свечой и шепчет что-то на непонятном языке.
Дедушка обожал пугать внуков страшными играми и самодельными костюмами. Однажды зимним утром, когда родители ушли на работу, он снова затеял прятки. Но старший брат вдруг побледнел и запер младшую сестру в шкафу, прошептав: «Там не дед».
В тринадцать лет я остался без брата — десятилетний Билли пропал по пути на прогулку. Полиция списала всё на мужчину в белом фургоне, а мои родители до сих пор ждут его возвращения, обновляя комнату и покупая игрушки на вырост. Но я единственный в семье, кто смирился с тем, что он не вернётся, и теперь, спустя годы, тишина в доме начинает казаться слишком подозрительной.
В доме, где живут мама, бабушка и тётя, есть сотня правил — от цвета одежды до того, как есть борщ. Нарушишь одно — и ребёнок заболеет, умрёт, или в окно на шестом этаже заглянет кто-то чужой. Я стараюсь запоминать, но с каждым приездом правил становится только больше.
В кирпичной девятиэтажке среди пустырей и недостроек репетитор французского встречает странную семью: надменную мать, тощую девочку-балерину и тень, которая не сразу уходит вслед за хозяйкой. В квартире пахнет краской и уютом, но что-то здесь не так — и это «что-то» уже заметило гостью.
Уставший после работы герой с нетерпением ждёт домашнего уюта и ужина от любимой жены. Но внезапное сообщение в мессенджере с фотографией расчленённой туши, в которой угадываются очертания его старого пса, рушит реальность — и это только начало кошмара.
За ужином в их квартире появляется крошечная чёрная точка под потолком. Она медленно растёт, превращаясь в шар, но герой упорно запрещает жене звонить отцу и требует не обращать на неё внимания.
Религиозный отец-врач, никогда не куривший при детях, начинает странно себя вести: кричит на несуществующую собаку и предлагает сигарету пятнадцатилетней дочери. Он настойчиво спрашивает её о каком-то «всепоглощающем свете» и показывает белого муравья, которого больше никто не видит. Вскоре семья садится за завтрак, и дочь понимает, что всё вокруг неё начинает меняться пугающим образом.
Девочка умоляет родителей купить ей на праздник человека, ведь у всех друзей он уже есть. На рынке, где воздух пропитан сладковатыми запахами, продавцы расхваливают живой товар. Семья выбирает самого красивого и везет его домой, предвкушая радостный миг установки.
Женщина ловит себя на том, что смотрит на мужа с молотком и видит не ремонт, а идеальную возможность. Она знает, как легко столкнуть подругу с крыши или уронить младенца в ледяную реку — и пугается этих мыслей. Но когда муж внезапно зовёт её во Францию, она соглашается, надеясь, что смена обстановки поможет ей сбежать от тёмных желаний.
Тамара накрывает праздничный стол для сына, которого не видела год. Но после звонка из ГИБДД о смертельной аварии в дом приходит израненный Миша.
В старой квартире с выцветшими обоями и скорбными ликами икон Антонина Петровна каждую ночь проверяет свою шестнадцатилетнюю племянницу. Но девочка не просто не спит — ей снятся кошмары, и она отчаянно пытается не заснуть.
В придорожном магазинчике, где продавец смотрит слишком пристально, а на заднем сиденье машины ждут испуганные глаза жены и дочери, мужчина пытается купить еду для побега. Но три дня бегства начались задолго до этого — с фигуры в чёрном, которая каждый вечер подходила к их дому всё ближе, сжимая в руке что-то неразличимое.
Тёплый июньский день в уединённом доме на холме, где царили строгий порядок и тишина. Но однажды вечером отец, всегда спокойный и предсказуемый, переступил порог с чужой, пугающей аурой — и сломал идеальную картину семьи одним лишь взглядом.
Взрослый мужчина, успешный бизнесмен, до дрожи боится пустую квартиру своих родителей. Каждый раз, заходя туда, он первым делом включает телевизор, чтобы заглушить страх, и старается не оставаться там после заката. Но в этот солнечный майский день он решает, что приехал сюда в последний раз.
Двадцать лет назад моя двоюродная сестра Света привязалась к пятилетней девочке из детдома в сибирском гарнизоне и неофициально удочерила её. Когда семья вернулась в Москву, девочку поймали на воровстве и отослали обратно, но спустя годы в доме началась череда странных несчастий.
Семилетняя девочка впервые попадает в пустующую бабушкину квартиру, где отец запрещает ей выходить из комнаты. Но в коридоре она замечает дверь, искусно замаскированную под стену, из-за которой доносится тихий шорох.
Зимним вечером 2005 года студенты Аня и её троюродный брат решили вдвоём покатать блюдце в её квартире. После неудачных попыток вызвать классиков, они призвали духа умершего отца девушки — и ритуал неожиданно сработал. Вот только вызванная сущность вместо ответов на вопросы начала осыпать сестру непристойностями.
В июльской духоте маленькой квартиры четырехлетняя Женя пытается понять, почему бабушка спит при включенном ночнике-избушке. Упрямая девочка не верит в отговорки про старость и плохое зрение — и однажды ночью задает вопрос, от которого бабушка вскакивает с колотящимся сердцем.
Разбирая старый стеллаж, я нашёл камеру отца, на которой он снимал семейные праздники в девяностых. Просматривая запись новогоднего застолья, я заметил странные помехи и искажения голоса, когда камера наводилась на спящего дядю Сашу. На плёнке мелькали чёрно-белые пятна, скрывающие то, что происходило в тёмной комнате.
Тизер: Первое воспоминание Вити — вечер на кухне, манежик, мама и бабушка у телевизора. Но когда в дверь позвонили, они не просто испугались — они посмотрели на него так, будто он сделал что-то ужасное. С тех пор в доме действует странное правило: если звонок раздаётся один раз — нужно молчать и прятаться в шкафу.
В доме, где каждый шаг подчинен строгим правилам, 14-летний подросток решается на бунт — тайком приносит найденного во дворе кота. Но животное ведет себя странно: шипит, царапается и впадает в панику, а мать с пугающей уверенностью заявляет, что «чует» его присутствие. На следующий день кот бесследно исчезает, а за ужином дед вставляет челюсть в стакан с водой и пялится на внука немигающим взглядом.
В голодные военные годы старший сын ломает дедушкины часы, чтобы отец не уходил к солдатам за едой. Когда отец всё же чинит их и уходит, он возвращается с целым состоянием — ягнятиной, приправами и обещанием сытой жизни. Но почему мать не притрагивается к еде, а в мясе чувствуется странная сладость?
Мать строго-настрого запретила девочке покупать черные колготки. В магазине был выбор только из двух цветов, и девочка сделала свой выбор.
В новую квартиру въехала семья, и их сын Игорь наконец-то получил собственную комнату. Но в первую же ночь он заметил, как странно мерцает огонек новенького телевизора, даже когда шнур выдернут из розетки. А наутро родители уставились в экран пустыми глазами, беззвучно шевеля губами, словно не замечая сына.
Шестилетний Артем пытается объяснить отцу, что его воображаемый друг существует, но папа настаивает на обратном. В разговоре мальчик упоминает, что друг задает вопросы, на которые у взрослого нет ответов.
В Хиросиме 1946 года, где голод и радиация косят выживших, тринадцатилетний Джун остается за старшего для младших сестер. Мать уходит в ночь, пообещав добыть еду любой ценой, а мальчик смотрит ей вслед, не зная, что в городе, где даже река выносит кости, цена эта может оказаться непомерной.
В этой семье всё пошло наперекосяк: безработный отец, злая мать и пятилетняя Васька, которую считают дурочкой. Но однажды на рынке к Ивану подходит старушка с мёртвым чёрным петухом — и с этого момента тишина в доме становится слишком тяжёлой.
В восемь лет мальчик впервые видит, как его руки покрываются шерстью. С тех пор реальность начинает трещать по швам: из ран течет вода, в шкафу заводится невидимое существо, а у родителей вместо ног — копыта.
Дед предупреждал внука: если долго смотреть на звезды, тебя заметят бесы из бездны. Мальчик посмеялся над суеверием, но той же осенью его атеистка-бабушка внезапно превратилась в набожную старуху, а по дому поползли иконы и лампады. Теперь, просыпаясь под шёпот молитв, парень гадает: что же такого она увидела в ночном небе?
Каждое лето в старом семейном доме, где тетка рассказывала детям истории при свете керосиновой лампы, было сказкой. Но теперь хозяйка превратилась в тень, которая шепчет о невидимом преследователе и запрещает подходить к окнам ночью.
После ночной гулянки Макс просыпается с диким похмельем, но странный взгляд дяди Андрея и его скрипучий смех заставляют сердце биться от страха. В квартире творится неладное: дверь в ванную ходит ходуном, а родственник ведёт себя так, будто внутри сидит кто-то ещё.
Женщина с детьми переезжает в дом у кладбища, спасаясь от тирании свекрови. Соседка намекает, что скоро она сама всё поймёт, и с этого момента на семью начинают сыпаться несчастья. А однажды ночью героиня видит за окном женщину с венчиком на лбу, которая медленно уходит в сторону кладбища.
В плацкарте до Липовки мужчина просыпается оттого, что его будит проводница, которую он не помнит. В животе тяжесть после вокзальной закусочной, впереди пересадка на Харьков, а на телефоне — пропущенный звонок от брата, который никогда не звонит просто так.
На ежегодном психиатрическом осмотре что-то встревожило врачей в ответах Виктора, и теперь он вынужден посещать психолога. Беседы о детстве заставили его заглянуть на страницы давно погибших родственников — и, взломав аккаунт матери, он обнаружил, что её переписка с братом... не прекратилась после их смерти.
Девочка ждет брата на свой девятый день рождения. Он обещал привезти настоящий боевой патрон, но праздник идет, а его все нет. Ночью в ее комнате с потолка начинает сыпаться пепел.
Каждую пятницу я навещаю своего дяди Мартина, опасаясь, что наследственное безумие, погубившее всех мужчин в нашей семье, вот-вот проявит себя. Сегодня я нашла в мусорном ведре фамильную серебряную ложку, а в семейном альбоме — выколотые глаза на всех фотографиях предков.
Вернувшись в Темноводск спустя годы, я не узнаю родные улицы: дома стоят, но кажутся чужими, а воздух пропитан странной, гнетущей тишиной. Дед и Бабушка встретили меня как обычно, но в их улыбках появилась тревожная тень, а по ночам из огорода доносится звук, которого там быть не может. Кажется, вместе с домом старики продали что-то ещё, и это «что-то» теперь ищет меня.
В старой кладовке нашёлся контейнер с сотней неподписанных DVD. На них оказались не фильмы и не музыка, а странные получасовые видео, от которых у меня теперь куча вопросов к старшему брату. Первый ролик: мужик с отклеивающимися усами за полчаса съедает недельную норму еды, даже не моргнув глазом.
В старой тряской «скорой» человека, скованного смертельной слабостью, везут в «умиралище». Рядом — жена и дочь с обреченными лицами, а сам он чувствует: всё слишком реально для сна, и где-то здесь кроется дурной подвох.
Взрослая женщина, с детства запертая братьями в темном туалете, наконец перестала бояться темноты. Но однажды, оставшись с маленьким племянником, она слышит от него тот же леденящий душу звук, которым её пугали в детстве.
С детства меня преследуют двое: Беспокойство — безрукий мужчина с пальцами вместо кожи, и Депрессия — женщина с гниющей раной на затылке. Родители считают меня сумасшедшим, но сегодня утром я увидел нечто новое — на плече моей сестры сидело жуткое существо, которого она не замечала.
В Мариуполе, в частном секторе, умирала столетняя прабабушка. Перед самой смертью она вдруг потребовала у внучки: «Навари борща!» — и, не получив желаемого, отошла с сердитым лицом и поднятым вверх пальцем. А вскоре после похорон в окно раздался настойчивый стук.
В тихом японском доме пожилая пара годами скрывает от соседей своего взрослого сына-хикикомори. Однажды психиатра-соседа просят зайти в семью, где мать в ярости набрасывается на спящего под одеялом сына с клюшкой для гольфа. Но когда врач оттаскивает женщину и проверяет пострадавшего, он замирает, не в силах поверить своим глазам.
В тесной квартире с грудным ребенком мать замечает, что ночью кто-то надкусывает оставленную еду и оставляет следы в стакане с молоком. На новоселье она в шутку предлагает невидимому «барабашке» переехать с ними в старой шапке — и вскоре в новой квартире на нее в упор смотрят два блестящих глаза из темноты антресолей.
В усадьбе Окрамов умирающий сэр Хью улыбается странной, мертвенной улыбкой, которая против воли передается его сыну и племяннице. В старом доме, где эхо повторяет проклятия, а склеп хранит жуткие легенды, влюбленные чувствуют, как тень этой улыбки ложится и на их лица.
Моя дочь плачет и кричит по ночам. Каждый раз, когда я прихожу к ней, я прошу её остановиться, но она не слушает меня.
Вероника — серая мышка из бедной семьи, мечтающая о богатстве. Однажды она находит способ изменить свою жизнь, но для этого ей срочно нужен интернет. Девушка готова на всё, даже терпеть общество нелюбимой тёти, чтобы заполучить заветный компьютер.
На похоронах деда-цветовода брат получил в наследство его знаменитую оранжерею. Через сорок дней на могиле старика появились цветы, которых никто из родных никогда не видел.
