Каждое утро по пути к метро я прохожу мимо кладбища, где на скамейке неизменно сидит бледный скрипач в белой рубашке. Он сам приходит на чужие похороны и играет, пока закапывают гроб, хотя никто его не нанимал. А недавно он признался, что гоняет с кладбища бомжей, и сказал: «Что кладбище, что музыка — все искусство».
