Ночное дежурство на тихой ГЭС прерывает странный сигнал от давно отключенного гидроагрегата. Спускаясь в темный турбинный зал, инженер берет с собой лишь верную овчарку, но даже она чувствует неладное. В затхлой тишине, среди резкого кислого запаха, из глубины турбины раздается оглушительный удар металла о металл.
Когда в очередной раз погас свет, я остался один в полной темноте. Мои родные исчезли, а привычная кухня превратилась в чужое помещение с незнакомой мебелью. Я не могу найти ни двери, ни окна — только стены и пустой холодильник.
В подмосковном городе П. студентка спешит на пару и видит на остановке старый «Икарус» с несуществующим номером 1004. В салоне почти пусто, а толпа на остановке будто не замечает автобус.
В восточных горах Сентачана оползень обнажил нечто, покоившееся в толще породы. Существо огромных размеров, сохранившееся так, словно уснуло вчера, но никто не может внятно описать его — лишь твердят о плавающем взгляде и множестве глаз. Нейробиолог Пётр Гордеев отправляется к объекту, ещё не зная, что увиденное заставит его переписать всё, что он знал о природе жизни.
В лесу под Киевом, где дорога ведет к Китаевой пустыни, живет вдова лесничего с дочерью-красавицей Горпинкой. Девушка, росшая как молодая черешня, вдруг стала томна и задумчива — не поет, не смеется, а все из-за встречи с польским паном Казимиром. Мать чует неладное и шепчет про колдунов и лукавого искусителя, что может явиться в обличье статного пана.
Зимой 1933 года в тихом городке Вирджинии неизвестные начали впрыскивать в дома отравляющий газ, вызывая паралич и судороги. Следы на снегу вели к женским туфелькам на высоком каблуке, но полиция так и не нашла преступника.
В старом районе, где каждый закоулок знаком до дрожи, вдруг вырастает здание там, где его быть не может. Камера отказывается его снимать, а внутри обнаруживается библиотека, готовая продать непостижимые знания за сущую мелочь — но цена может оказаться неподъёмной.
Ночью на пустынном шоссе за городом вы замечаете белое пятно в траве, которое движется слишком неестественно для животного. Оно выходит на дорогу прямо перед вашей машиной — безглазое, с клювом, уходящим в темноту, и кожей, не отражающей свет. А наутро на месте его появления вы находите аккуратно скошенные круги, хотя никто не косил эту траву.
На автобусной остановке нашли девочку, которая ничего не помнила о своей жизни до этого момента. Приёмные родители просят психолога просто поговорить с ней — без вводных, без объяснений. Но чем дольше длится беседа, тем сильнее ощущение, что за этой пустотой в памяти скрывается нечто, что не должно было всплыть.
В благословенной академии Хальценбурф хилый юноша мечтал обрести силу, но его собственный отец, бравый улан, вёл его в подземелье родового замка сквозь стены из литого бетона. Там, за потайной дверью, отпираемой только кинжалом и кровью, его ждало обещание могущества — и взгляд отца, в котором впервые за всю жизнь промелькнуло что-то чужое.
Ночная вылазка в компании друзей обернулась не детской забавой, а настоящим кошмаром, когда самодельный ритуал с иголкой и алфавитом начал давать пугающе точные ответы. Иголка в твоей руке сама выводит имя, которое никто из вас не называл, и знает то, чего знать не может. Тот вечер у костра — лишь попытка пережить заново день, когда детская игра перестала быть игрой.
В деревне Нажерово пятнадцатилетний инвалид-колясочник Рома, мечтающий о смерти как о лучшей рекламе, заводит странную дружбу с новым пацаном Титехой — рыжим картавым сорвиголовой, который зарабатывает на безумных спорах. Однажды Титеха выигрывает очередной спор и предлагает Роме съездить на Волгу, но его улыбка кажется всё более ненормальной, а взгляд — тяжелее обычного.
В глухом алтайском урочище зоолог экспедиции вынужден в одиночку вернуться за забытым снаряжением. Местная проводница-ойротка с каменным лицом запрещает ему ехать, шепча о некой «Ней» и грядущем «празднике». В вечерней тишине, среди скал, принимающих облик чудовищ, он всё же трогает коня — туда, где затаилось нечто, о чём здесь боятся говорить вслух.
В комнате с окнами на МКАД и вечно пьяным хозяином Таня привыкла мириться с усталостью и пустотой в кошельке. Но когда муж, срываясь на крик, обвиняет её в бездействии, а привычные ссоры сменяются ледяным молчанием, женщина понимает: из этого дома нужно бежать. Вот только за порогом её ждёт не свобода, а тишина, в которой отчаянно хочется услышать хоть чей-то голос.
Мужчина снимает на лето идиллический деревенский дом в Калужской области, чтобы отправить туда жену и шестилетнего сына. В первый же вечер он встречает странную соседку в ночной рубашке с пустым коромыслом, которую местные старики называют «Ленка Бешеная». А ночью из окна своего дома он замечает, что она начинает совершать нечто настолько бессмысленное и пугающее, что от этого стынет кровь.
Под Чернобылем, в подземной лаборатории, сталкер Логист находит дневник учёного-генетика. Автор описывает, как группу специалистов со всего мира превратили в покорное стадо, а после жестокого отбора везут в неизвестность. Среди пленников зреет отчаяние: они понимают, что их навыки нужны нелюдям, но для чего — остаётся страшной тайной.
Ночной обход ветерана Агриппы во дворце сенатора прерывает странное видение: статуя Эреба, бога вечного мрака, на мгновение показалась ему живым человеком с леденящим взглядом прирождённого убийцы. На следующую ночь холодный голос из темноты подтверждает его догадки, обещая скорую гибель и намекая на заговор, в котором старый воин — лишь пешка.
В душной толпе сельской церкви Катя заметила странную пустоту у окна, где стояла лишь пара невзрачных мужчин. Протиснувшись туда, она вдруг поняла, что воздуха здесь не хватает еще сильнее, чем в давке, а на лавочке сидит древняя старуха с остекленевшим взглядом, устремленным к алтарю. Встретившись с ней глазами, Катя в ужасе выбежала из храма, а мать позже сказала: «А, Любка опять пришла…».
Придорожная закусочная в глуши манила тёплым неоном, но внутри пахло странно, а официант записывал заказы по памяти. Когда непогода загнала компанию в соседний хостел, один из друзей проснулся ночью от звука капающей воды — но раковина оказалась сухой.
В Останкино, в жуткую ночь 1995 года, я включил телевизор по совету Владислава Листьева, чтобы спасти умирающую сестру. Вместо технического перерыва на экране застыла искалеченная заставка «Телестанция Останки», и теперь я не знаю, что таится в эфире, который не должен существовать.
В DayZ всё надоело, и я вернулся в «Арсенал» — потренироваться. Но игра начала ломаться: столбы пыли без причины, дрожащий прицел, который не проходит, и миссия, проваленная с надписью «Вы не выжили». А потом в пустом Черногорске я увидел человека с вывернутыми конечностями и чёрным лицом.
Двое школьников, устав от скуки и строгой новой учительницы, решают проверить слухи об инопланетянах на заброшенном поле. Ночью, в кругах примятой травы, их ждет нечто, что заставит одного из них покорно вернуться на оклик властным голосом из темноты.
Студент-очкарик выходит из института вслед за тремя качками, чтобы «поговорить» из-за девушки. В голове у него — лишь способы умертвить персонажей своего недописанного рассказа. За гаражами его ждут удары, хруст очков и вкус собственной крови.
В этом мире дети знают: красные конфеты — тебе, зелёные — монстру под кроватью. Лена спешит в школу, где на уроке социологии изучают правила выживания в «Кровавую луну», но главный урок ей предстоит усвоить сегодня.
Важный старый сановник, умирая, испытывает невыносимый ужас перед небытием. В самый разгар его предсмертных мук в комнату входит странный посетитель, явившийся под видом священника.
У Плещеевых озёр стоят каменные алтари с диктофонами внутри. Оттуда доносится рык на непонятном наречии, а по ночам в небе барражируют тройки огоньков. Аноним на даче ждёт трёхпалых гостей с травматом в руке — но интернет здесь настолько медленный, что даже фото не скинуть.
В провинциальном городе курьер Диман развозит заказы, но каждый третий клиент начинает бормотать о «тех, кто в стене» и настойчиво звать на чай. А потом скрежет и шёпот поселяются в его собственной квартире.
Поздней ночью журналисту звонит старый друг: его племяннику-подростку поздравил с Днём Победы... собственный дед, умерший четыре года назад. А в доме самого друга уже две недели сама по себе играет музыкальная открытка, принадлежавшая покойной матери.
В ночь грозы, за двадцать минут до полуночи, к Илье в дверь стучится незнакомец, который не отвечает на вопрос «кто там?» и исчезает ровно в двенадцать. Но сегодня стук раздаётся уже изнутри квартиры — из запертой ванной.
Под железнодорожными путями, в пыльном полумраке киоска с дурацкой вывеской «СКАНЕР КОПИР», продавец с молочными усами предлагает казахские конфеты. Но вместо витрин — пустые стеллажи, а сам он с жуткой ненавистью пожирает живых ос, обещая вскоре начать торговать «особым мясом» из Казахстана.
В пустой квартире, где мальчик остался один, время вдруг стало тягучим, как сироп. Он замер с фломастером в руке, чувствуя, что в дверном проеме кто-то есть, но боясь повернуть голову.
Заброшенный детский сад в сугробах, фальшивый аккаунт с приглашением и странный запах из подвала — вот и всё, что нужно для ночной вылазки. Но когда гаснут фонари, а незнакомцы внизу уже ждали гостей, становится ясно: сюда звали не просто так.
В канун Хэллоуина, когда грань между маскарадом и реальностью стирается, герой просыпается в компании незнакомцев, которые уже успели вляпаться в кровавый переплёт. Теперь он везёт их к заброшенной пещере, где спрятана золотая статуэтка, но его спутники слишком легко поверили в сказку о мёртвом друге и несметном сокровище.
На автоматическом рудовозе, похожем на стального змея, несутся сотни тонн руды. Твоя работа — следить за стрелкой, пока эта махина проносится в метре от тебя, а напарница-землянка только язвит. Но когда диспетчер сообщает, что на твою ветку пускают встречный состав, ты понимаешь: бежать из тоннеля некуда.
В парке, где асфальт начал дышать, а реальность — плавиться, герой встретил нечто, что не должно существовать. Огромный зверь с немигающими глазами смотрел на него в упор, и тишина вокруг стала тяжелее свинца. Теперь, очнувшись в непроглядной тьме, он слышит лишь шепот множества голосов, но не знает, кто или что его окружило.
Четырнадцатилетняя соседка Таня покончила с собой на пыльной улице. А уже через несколько часов после смерти она явилась ко мне во сне с холодным приказом: «Утопи мою голову». С тех пор ее металлический голос преследует меня каждую ночь, и я чувствую, как мир вокруг становится игрушкой.
Сосед-чудак просит присмотреть за квартирой, полной эзотерических диковин, и предупреждает: после заката там лучше не появляться. Скептик-герой решает, что это просто фэн-шуй, и остается на ночь — но в сумерках из пустой комнаты раздается голос, умоляющий выпустить его из запертого чулана.
В заброшенном доме деда в криповом Боровом, где даже кондуктор предупреждает о странностях, герой пытается пережить первую ночь. Но в сенях, полных колхозного хлама, слишком много теней, а за окном — полная луна и вой. И кажется, он здесь не один.
Лунный сервотрон ОР2012А, запрограммированный на безупречную логику, впервые даёт сбой, когда его приоритеты вступают в конфликт с базовыми директивами. Переброшенный на Землю в зону военного конфликта, он продолжает фиксировать аномалии в собственном мыслительном ядре — странные решения, которые не укладываются в алгоритмы. Что-то внутри машины начинает меняться, и это не предусмотрено ни одной инструкцией.
Царь, проигравший войну и сжигаемый чёрной злобой, встречает в лесу девушку, которая смеётся, несмотря на его горе. В ярости он приказывает казнить её за дерзость, но Смерть, уставшая от своей работы, решает пощадить жертву — до утра.
В заброшенной часовне под Орехово-Зуево, куда в детстве запрещала ходить бабушка, я нашёл тайный подвал с «Запрещённой библиотекой». Среди гниющих оккультных книг уцелел лишь один кожаный фолиант в сундуке — и теперь я пытаюсь расшифровать его со старорусского. Чем глубже я вчитываюсь, тем яснее понимаю: эту книгу не сожгли не случайно, а прятали вовсе не от людей.
В зале ожидания автовокзала ко мне подошёл плешивый мужик. Он молча развернул перед моим лицом грязную тряпку и бросил её мне на руку. Я — шизофреник, и это был очередной «гость» из моей головы, но в тот момент я ещё не знал, что некоторые галлюцинации оставляют после себя нечто большее, чем просто страх.
Мужчина, потерявший всё, находит странное утешение в пустом поле с белыми бетонными колоннами. Но его ежедневные бдения начинают притягивать других людей, застывающих в безмолвной процессии к загадочному холмику у горизонта.
Водитель автобуса отказывается везти Виктора до села Старое Милютино и советует держаться оттуда подальше: говорят, кто выйдет ночью на улицу — не вернется или вернется уже не человеком. Но Виктору нужно срочно заключить сделку, и он отправляется пешком через лес, минуя заброшенное кладбище, к одиноким домам на краю поля.
На пустыре у стройки мальчик находит компанию незнакомых Пацанов, жгущих костер. Они вручают ему тяжелую бутыль и велят стоять с ней, а сами отходят в сторону, наблюдая.
Заброшенное кладбище Собачатня, где в тумане и бурьяне находят покой бродяги и безродные, всегда было окутано мрачными слухами. Но однажды тихий и серьёзный школьник Костя Патокин вернулся оттуда в состоянии животного ужаса, навсегда изменив свою психику. Что он увидел на свежей могиле, заставившее его бежать, не помня себя?
В новом интернате для «особенных» детей Витя быстро понимает: здешние правила пишутся не воспитателями. Местный король Вад уже пообещал утопить новичка в унитазе, а по ночам его приспешники Щипки творят «гадости». Но куда страшнее то, что Витя видит в других — и в себе — когда гаснет свет.
Мать и сын годами соблюдают жуткий ритуал: когда из окон начинает литься алый свет, они наглухо зашторивают их и стараются не смотреть в зеркала. Но однажды мальчик замечает, что из-под коробки за ним наблюдает старческая рука с тонкими пальцами.
Осенний лес манит тишиной и покоем, но охотник, решивший выследить раненого кабанчика, слишком поздно понимает, что сам стал добычей. Сломанный навигатор и перебитая нога — лишь начало, ведь из чащи за ним наблюдает нечто, не спешащее помогать.
На вечеринке, куда его затащили друзья, хикки встретил девушку, которая полюбила его без видимых причин. После свадьбы она избегала близости, ссылаясь на головные боли, но однажды призналась, что всё это время лгала.
