Мальчик просит не выключать свет и спрашивает отца, знает ли он Песочного Человека. Отец убирает с полки книгу Гофмана, а ночью мама признаётся, что её мучают кошмары.
Дедушка обожал пугать внуков страшными играми и самодельными костюмами. Однажды зимним утром, когда родители ушли на работу, он снова затеял прятки. Но старший брат вдруг побледнел и запер младшую сестру в шкафу, прошептав: «Там не дед».
В тринадцать лет я остался без брата — десятилетний Билли пропал по пути на прогулку. Полиция списала всё на мужчину в белом фургоне, а мои родители до сих пор ждут его возвращения, обновляя комнату и покупая игрушки на вырост. Но я единственный в семье, кто смирился с тем, что он не вернётся, и теперь, спустя годы, тишина в доме начинает казаться слишком подозрительной.
В доме, где живут мама, бабушка и тётя, есть сотня правил — от цвета одежды до того, как есть борщ. Нарушишь одно — и ребёнок заболеет, умрёт, или в окно на шестом этаже заглянет кто-то чужой. Я стараюсь запоминать, но с каждым приездом правил становится только больше.
Мама настаивает, чтобы Руська надел «секретный» свитер с вплетённым волосом и завязала на шее шёлковую верёвочку на семь узлов. Перед выходом в театр она тревожно бормочет о том, что надо было вчера просить освобождение.
Отец пытается иносказательно объяснить сыновьям значение слова «потец», но те требуют прямого ответа. Чем настойчивее сыновья допрашивают умирающего родителя, тем более странными и пугающими становятся его уклончивые речи.
В доме, где стены гниют заживо, а мать медленно исчезает в бутылке, старшая сестра пытается вырастить младшую на полуфабрикатах и страшилках. Но однажды ночью, когда мать возвращается с очередными «друзьями», тишина в детской становится тяжелее, чем обычно.
Ночью на пустынной улице мужчина спешит к дому, где в окне его ждет маленький сын. Дома мальчик встречает его странной новостью: приходила бабушка и принесла подарок «от зайчика». Но голос ребенка меняется, а на столе в черном пакете лежит что-то, что заставляет отца вспомнить жуткую историю из собственного детства.
Соня вырвалась из опостылевшего Кызыла в Москву, отрезала косу и почувствовала себя столичной девой. Но в комнате общежития, где живет мать с дядей Степой, пропадает белье, а сам дядя по-отечески хлопает по заду. Соня не видит в этом ничего странного — ей льстит внимание взрослого мужчины.
Уставший после работы герой с нетерпением ждёт домашнего уюта и ужина от любимой жены. Но внезапное сообщение в мессенджере с фотографией расчленённой туши, в которой угадываются очертания его старого пса, рушит реальность — и это только начало кошмара.
Маленький Петя Жаботыкин, выдирая хвост у игрушечной лошадки, слышит от отца странное обещание: «когда рак свистнет». С этого момента одна-единственная фраза застревает в голове мальчика, превращая его жизнь в бесконечную погоню за разгадкой — как заставить молчаливое существо заговорить свистом.
На семейном барбекю выяснилось, что никто не может вспомнить, с чьей стороны семьи дядя Мэтт. Его нет ни на одной фотографии, а номера телефона бесследно исчезли из контактов у всех родственников.
Религиозный отец-врач, никогда не куривший при детях, начинает странно себя вести: кричит на несуществующую собаку и предлагает сигарету пятнадцатилетней дочери. Он настойчиво спрашивает её о каком-то «всепоглощающем свете» и показывает белого муравья, которого больше никто не видит. Вскоре семья садится за завтрак, и дочь понимает, что всё вокруг неё начинает меняться пугающим образом.
В новой квартире Игорёк наконец-то перестал бояться улицы, но теперь его покой рушит собственная кошка. Любимица Машка шипит на пустые углы, бросается на стены и ведёт себя так, будто видит в доме кого-то невидимого. Родители не придают этому значения, но мальчик начинает подозревать, что они переехали не одни.
После инсульта отец почти оправился, но походка изменилась — стала враскачку, как у старого моряка, хотя он никогда не был на море. А новая копенгагенская кепка, которую он так полюбил, словно пробудила в нём странную, давнюю тоску. Однажды он попросил привезти ему сигареты, которые курил лишь раз в жизни — в ночь моего рождения.
Тамара накрывает праздничный стол для сына, которого не видела год. Но после звонка из ГИБДД о смертельной аварии в дом приходит израненный Миша.
Молодая мать готовится к появлению малыша: покупает распашонки, выбирает кроватку у окна, прячет в ящик говорящего мишку. После родов она замечает, что ребенок улыбается «светлой улыбкой без донца», а муж уходит спать в другую комнату. Но когда она вызывает массажистку для сына, та, взглянув на ребенка, в ужасе уходит, не притронувшись к нему.
В придорожном магазинчике, где продавец смотрит слишком пристально, а на заднем сиденье машины ждут испуганные глаза жены и дочери, мужчина пытается купить еду для побега. Но три дня бегства начались задолго до этого — с фигуры в чёрном, которая каждый вечер подходила к их дому всё ближе, сжимая в руке что-то неразличимое.
В родительском доме, где прошло моё детство, я осталась одна на неделю. На полке над кроватью сидят два плюшевых мишки с записанными голосами умерших дедушек — единственное, что от них осталось. Но в первую же ночь я понимаю, что эти игрушки хранят не только тёплые воспоминания.
Взрослый мужчина, успешный бизнесмен, до дрожи боится пустую квартиру своих родителей. Каждый раз, заходя туда, он первым делом включает телевизор, чтобы заглушить страх, и старается не оставаться там после заката. Но в этот солнечный майский день он решает, что приехал сюда в последний раз.
В жаркий июльский день восьмилетняя Саша на секунду отвлеклась на клоуна в парке, а когда обернулась, её семья исчезла. Рядом стояла мама, но что-то было не так — слишком сухая и холодная рука, едва уловимый металлический звон в голосе. А на краю зрения мелькнула фигура в пальто, которую девочка узнала, хотя этого человека не должно было быть в живых.
Семья переезжает в ультрасовременный город, где даже детская игрушка подчиняется строгим законам. Сын пытается объяснить отцу, что он не клянчил чужую вещь, а лишь попросил её «потестировать». Но за этим невинным на первый взгляд поступком уже захлопывается капкан новой реальности.
Двадцать лет назад моя двоюродная сестра Света привязалась к пятилетней девочке из детдома в сибирском гарнизоне и неофициально удочерила её. Когда семья вернулась в Москву, девочку поймали на воровстве и отослали обратно, но спустя годы в доме началась череда странных несчастий.
В доме купца Попеняки творится неладное: скисает молоко, подгорает обед, а слуги в ужасе разбегаются после того, как в особняк проник загадочный прекрасный господин. Теперь очередь дошла до младшей дочки Марыси — и ни один караван не возьмет девушку, которая приглянулась ночному гостю.
Семилетняя девочка впервые попадает в пустующую бабушкину квартиру, где отец запрещает ей выходить из комнаты. Но в коридоре она замечает дверь, искусно замаскированную под стену, из-за которой доносится тихий шорох.
Вернувшись из лагеря, я застал на кухне отца, которого считал погибшим моряком. Сначала всё было прекрасно, но на второй неделе он настоял выбросить старый шкаф, в котором жил настоящий шёпот, дававший мне советы. После продажи шкафа в новой дорогой мебели завелась странная моль, а мои мама и бабушка начали… холодеть.
В июльской духоте маленькой квартиры четырехлетняя Женя пытается понять, почему бабушка спит при включенном ночнике-избушке. Упрямая девочка не верит в отговорки про старость и плохое зрение — и однажды ночью задает вопрос, от которого бабушка вскакивает с колотящимся сердцем.
Звонок сына застал Марину на работе: мальчик в панике кричал, что собака не пускает его в комнату к бабушке и рычит. Примчавшись домой, женщина застала странную картину: пес радостно виляет хвостом, но его живот неестественно раздут, а бабушка лежит на кровати, безучастно хлопая глазами.
Разбирая старый стеллаж, я нашёл камеру отца, на которой он снимал семейные праздники в девяностых. Просматривая запись новогоднего застолья, я заметил странные помехи и искажения голоса, когда камера наводилась на спящего дядю Сашу. На плёнке мелькали чёрно-белые пятна, скрывающие то, что происходило в тёмной комнате.
В доме, где каждый шаг подчинен строгим правилам, 14-летний подросток решается на бунт — тайком приносит найденного во дворе кота. Но животное ведет себя странно: шипит, царапается и впадает в панику, а мать с пугающей уверенностью заявляет, что «чует» его присутствие. На следующий день кот бесследно исчезает, а за ужином дед вставляет челюсть в стакан с водой и пялится на внука немигающим взглядом.
Отец-одиночка перевозит двоих детей в старый дом приходского священника, доставшийся по подозрительно низкой цене. Вскоре он находит на заднем дворе папку с рисунками прежней жилицы — художницы, чьи иллюстрации к детским книгам полны жутких полулюдей. А затем его дочь начинает меняться.
В комнате с окнами на МКАД и вечно пьяным хозяином Таня привыкла мириться с усталостью и пустотой в кошельке. Но когда муж, срываясь на крик, обвиняет её в бездействии, а привычные ссоры сменяются ледяным молчанием, женщина понимает: из этого дома нужно бежать. Вот только за порогом её ждёт не свобода, а тишина, в которой отчаянно хочется услышать хоть чей-то голос.
В голодные военные годы старший сын ломает дедушкины часы, чтобы отец не уходил к солдатам за едой. Когда отец всё же чинит их и уходит, он возвращается с целым состоянием — ягнятиной, приправами и обещанием сытой жизни. Но почему мать не притрагивается к еде, а в мясе чувствуется странная сладость?
Вернувшись с работы, Джордж застал жену в спальне: она сидела перед трюмо, почти касаясь зеркала лицом, пока их годовалый сын спал в кроватке. С тех пор как она начала часами вглядываться в своё отражение, в доме поселилась тревога, которую не могут развеять ни врачи, ни убранные зеркала.
В старой тетради отца, найденной ночью, Даша читает дневник подростка. С каждой записью его мать становится всё более странной: она запирается в комнате, отказывается говорить, а по дому расползается невыносимый запах. Что происходит с женщиной, которую сын боится узнать заново?
В подмосковном доме, сгоревшем дотла при загадочных обстоятельствах, пожарные находят чудом уцелевший блокнот. Записи, сделанные детской рукой, рассказывают о девочке, чья мать тяжело больна, а отец с каждым днем ведет себя все более странно и пугающе. Последняя запись обрывается на том, как отец, наконец, разрешает дочери увидеть маму и силой заталкивает ее в спальню.
После переезда в старую квартиру мы пытались наладить быт и отношения, но во время ремонта я обнаружил в стене нишу со скелетом младенца. Моя жена застала меня за этой находкой, и теперь её поведение пугает меня всё сильнее.
В детстве отец рассказал мне, что под кроватью живет Бабайка, а в шкафу — уставший монстр Федя. Брат добавил, что в ящике обитает Анатолий из теней, а на балкон приходят гости из гниющей плоти. Когда я попыталась рассказать об этом в садике, любимая воспитательница исчезла, а друзья сказали, что взрослые просто пугают детей.
Среди ночи семью будит непонятный грохот. Мужчина отправляется на поиски источника шума и в окне пустой комнаты встречается взглядом с жуткой старухой с белыми глазами. Наутро под тем самым окном в глубоком снегу не оказывается ни единого следа.
Семилетняя Маша знает, что её бабушка умерла. Но из комнаты с телом доносится голос старухи, умоляющей внучку сыграть ей на гармошке. Родители девочки почему-то не видят в этом ничего страшного и настаивают, чтобы Маша подчинилась.
В голодном 1933 году прадед Аркадий уходит из села за слухами о спрятанном в овраге спасительном запасе еды. Через четыре дня он возвращается с двумя тяжелыми мешками крупы — и узнает, что его младший сын умер на следующий день после его ухода. Но старший сын Семён начинает жаловаться, что по ночам в доме слышно, как кто-то ходит.
Дед предупреждал внука: если долго смотреть на звезды, тебя заметят бесы из бездны. Мальчик посмеялся над суеверием, но той же осенью его атеистка-бабушка внезапно превратилась в набожную старуху, а по дому поползли иконы и лампады. Теперь, просыпаясь под шёпот молитв, парень гадает: что же такого она увидела в ночном небе?
В детстве у меня было две мамы: тихая, вечно грустная и её веселая, раздражительная «сестра». Однажды вторая мама увезла меня на машине, хотя настоящая не умела водить, а потом я слышал, как кто-то, похожий на неё, плакал и ломился в нашу дверь.
На кухне, засиженной мухами, женщина не сводит глаз с грязно-желтой липкой ленты, где бьются полтора десятка насекомых. Скрип замка входной двери заставляет её вздрогнуть — звук, пробуждающий давний, въевшийся в кости страх. Муж садится за стол, и в тарелке с супом того же тошнотворного цвета, что и лента, плавает муха, бессмысленно суча лапками.
В реабилитационном центре женщина записывает историю своего падения, начавшуюся с безобидного котёнка, которого муж принёс в дом. Но её шестилетняя дочь Настя боится оставаться одна, а брак трещит по швам — и вскоре тихий ужас прорастёт из бытовой ссоры.
В кабинете школьного психолога сидит дядя мальчика, который стремительно чахнет на глазах. Он готов рассказать, что происходит с племянником, но боится, что его сочтут сумасшедшим. В руках у психолога — рисунок ребенка: черный человечек с длинными пальцами в неровном прямоугольнике.
Вернувшись в отчий дом, я надеялся найти хотя бы тень ушедшей матери, но вместо этого встретил мачеху с её чудовищным отпрыском — карликом с рыбьими глазами и стальной хваткой. Этот «брат» с гордостью заявляет, что его сердце — это здоровый ум, и в его присутствии воздух сперся от злобы и фальши. Но страшнее всего то, что в этом доме, где когда-то жила любовь, теперь воцарилась пустая роскошь, а из теней прошлого на меня смотрят глаза той, кого я потерял навсегда.
Мать, которую ты бросил много лет назад, внезапно пишет: «У тебя будет братик». В её чистой квартире пахнет уютом, а на тебя смотрит не прежняя безответственная девчонка, а спокойная хранительница очага. Но её живот подозрительно велик, а дверь в твою старую комнату наглухо заперта.
В магазине одежды семья сталкивается с необъяснимым: продавщицы застыли, уставившись в стену, а на вешалках висят вещи со странными, будто чужими деталями. Когда отец примеряет пиджак, он с ужасом обнаруживает, что не может снять его, а его собственные руки… исчезают.
Бабушка Лилечка, веселая роллерша, вдруг превратилась в молчаливую старуху в байковом халате, заменив яркие диваны на железные кровати и выгнав внука из своей половины. А вскоре в доме завелась Минна — компаньонка, которую все боятся, которая бормочет так, что подслушавший рискует сойти с ума.
